свои войска и направить силы против Англии. В Авиньоне его послы убеждали Папу Римского вмешаться. Как и его предшественник, Григорий XI всегда поддерживал Трастамарскую династию против ее внутренних врагов и поощрял союз Энрике II с Францией. Он, как и Карл V, был обеспокоен тем, что продолжающиеся военные действия между пиренейскими королевствами могут закончиться вторжением англичан на полуостров. У Григория XI был легат при кастильском дворе, французский аристократ, кардинал Ги Булонский, хитрый дипломат, состоявший в родстве с королем Франции и имевший хорошие связи с его министрами. 1 марта 1373 года Ги внезапно прибыл в замок Сантарем, где Фернанду I все еще трусливо прятался вместе со своими советниками. Он произнес перед королевским двором цветистую речь об ужасах войны и бедственном положении святого отца и предложил свои услуги в качестве посредника. Но португальский король и его советники пришли к соглашению, руководствуясь более мирскими соображениями. Фернанду I уже, должно быть, сообщили, что помощь из Англии придет к нему не раньше весны. Его королевство было не в состоянии продолжать войну в одиночку, а его столица, скорее всего, вскоре падет. Затем последовали две недели напряженных переговоров между кардиналом и представителями обоих королей во францисканском монастыре под Лиссабоном, где Энрике II устроил свою штаб-квартиру. Капитуляция Фернанду I, когда она наступила, не могла быть более полной. По договору, заключенному в Сантареме 19 марта 1373 года, он согласился заключить мир с Кастилией и присоединиться к кастильскому королю в союзе против Эдуарда III и Джона Гонта. Он должен был изгнать из своего королевства двадцать восемь названных сторонников покойного короля Педро I Кастильского и Джона Гонта, включая Андейро. Он также должен был передать в качестве гарантии исполнения договора большое количество заложников и семь главных пограничных крепостей Португалии. Любые английские войска, прибывающие в Португалию, должны были рассматриваться как враги и изгоняться, при необходимости с кастильской военной помощью[256].
За этим ударом по испанским амбициям Джона Гонта быстро последовал другой. Не распуская свою армию, Энрике II вернулся в свое королевство и двинулся в поход на Наварру. Карл Наваррский все еще удерживал ряд пограничных городов и замков, захваченных у кастильцев в ходе кампании принца Уэльского 1367 года. В их число входили город-крепость Логроньо на реке Эбро, а также обнесенные стенами города Витория и Сальватьерра, которые контролировали подступы к Наваррскому королевству с запада. Пришло время разобраться с этой постоянной головной болью. Энрике II расположил своих людей лагерем в большом дубовом лесу Баньярес возле монастырского городка Санто-Доминго-де-ла-Кальсада на дороге паломников, где шесть лет назад у него был штаб перед катастрофической битвой при Нахере. Отсюда он предъявил королю Наварры ультиматум: тот должен был отказаться от своих завоеваний и заключить постоянный мир со своим более крупным соседом или получить негативные последствия. Карл был не в состоянии сопротивляться. Он покорился почти так же полностью, как и Фернанду I. И снова именно кардинал Ги Булонский способствовал заключению окончательной сделки. После нескольких месяцев терпеливой дипломатии Карлу Наваррскому пришлось сдать спорные пограничные крепости и согласиться на брачный союз. Оба пути вторжения Джона Гонта в Кастилию теперь были перекрыты[257].
Результатом нового Сантаремского договора стало высвобождение кастильского галерного флота для войны против Англии. К маю 1373 года было решено, что Кастилия отправит не менее шести военных галер на соединение с французским флотом в северных водах в течение следующих трех летних сезонов. В итоге Энрике II решил послать пятнадцать. Король Португалии пообещал ежегодно добавлять еще две свои галеры, которые должны были содержаться за счет Энрике II. К несчастью для англичан, практически в то же время попытки Якопо Прована нанять галерный флот в Генуе закончились неудачей. Когда агенты английского короля добрались до Италии, они обнаружили, что между Генуэзской республикой и королевством Кипр началась война. Это был абсурдный конфликт, возникший из-за спора о порядке старшинства между генуэзской и венецианской делегациями на коронации короля Кипра. Но он закончился бунтом, смертью нескольких генуэзцев и крахом планов Эдуарда III по использованию галерного флота в Ла-Манше в 1373 году. Генуэзскому адмиралу было приказано отправиться в восточное Средиземноморье со всеми имеющимися боевыми кораблями[258].
* * *
В течение нескольких недель после заключения Сантаремского договора Бретань тоже была закрыта для англичан. О планах Джона Гонта высадиться там стало известно в Париже, по крайней мере, в общих чертах, к Рождеству 1372 года. Советники Карла V не питали иллюзий относительно отношений герцога Иоанна IV с англичанами. За два месяца после прибытия войск Невилла в герцогство герцог так и не смог представить ни приемлемого объяснения их присутствия на его территории, ни убедительного обещания избавиться от них. На Новый год, традиционный сезон для планирования военных операций, было решено окончательно покончить с ним. Герцог Бретани прислал королю Франции в феврале 1373 года письмо вместе с подарком из свежей рыбы и лицемерными заверениями в преданности. Англичане, по его словам, должны были уйти, как только погода позволит им отправиться в путь. В марте 1373 года король принял решение о немедленной оккупации Бретани[259].
В итоге первые английские войска и французская армия вторжения прибыли в Бретань почти одновременно. Англичане решили высадить свою армию в Сен-Мало, где граф Кембридж уже высаживался в 1369 году. Этот порт на острове имел очевидные преимущества для целей Гонта. Он был более доступен из Англии, чем Брест и обладал единственной первоклассной гаванью на скалистом северном побережье полуострова. Но он никогда не находился под твердым контролем герцога. Жители города, которым помогало их географическое положение, в течение многих лет отказывались признавать Иоанна IV и принимать его офицеров. В ответ на это Иоанна IV начал с ними открытую войну опираясь гарнизон крепости, которую он построил в Солидоре в устье реки Ранс. В 1373 году его лейтенанты построили там линию временных фортов вдоль берега. Эти меры, скорее всего, были согласованы с англичанами. Ведь примерно в середине апреля 1373 года в бухте появился английский флот под командованием графа Солсбери в сопровождении обоих адмиралов. Под их командованием было сорок пять кораблей и баланжье, на борту которых находилось более 1.700 английских солдат, а также около 2.000 моряков и несколько отрядов недавно нанятых королем генуэзских арбалетчиков. В гавани Сен-Мало англичане обнаружили семь кастильских торговых судов, которые они взяли на абордаж, убили их экипажи и захватили грузы. Затем они высадились на остров. Отсюда они высадили рейдовые отряды на материк, чтобы добыть припасы и разведать местность. Их задачей было обезопасить место высадки Джона Гонта, который должен был вскоре прибыть с основной частью армии в мае[260].
Французская армия Бретани уже собиралась в Анжере, когда Солсбери высадился в Сен-Мало. Основная часть ее была набрана
