и повернули ее голову малость не в ту сторону. Она ударилась в мистику и эзотерику и стала с виду милейшей женщиной. Она и впрямь была уверена, что все осталось позади. Пленка уничтожена, Карташов ведет дела фирмы, она получает деньги, на которые можно безбедно жить. Сестра тоже не держит на нее зла. Даже поселилась с ней в одном доме. Только вот далеко не из семейных чувств, так ведь, Ольга? Вы мечтали отомстить. Она сломала вам жизнь, а сама живет припеваючи. Вы поселились рядом с ней, чтобы при случае заставить ее страдать. Мелко пакостили, портили настроение, пока благодаря одному случаю не придумали новую идею: стать привидением.
– Что? – Кирилл, не удержавшись, выпалил, глядя на жену. – Привидение? Тот бред, который несла Алена?.. Так это была правда?
Ольга посмотрела на него, а потом на Ветра.
– Боже, Оля, чем ты думала, – простонал Кирилл. – Чего ты вообще хотела добиться?
– Я не убивала ее! – выпалила Карташова, глядя на Ветра, словно он единственный мог ее защитить. – Правда, не убивала. Да, я притворялась приведением, сшила платье, как было у мамы, и несколько балахонов, гримировалась, но я не убивала ее. Когда начались эти звонки… – она сбилась, испуганно глядя на Кирилла, он презрительно нахмурился, отворачиваясь.
– Я знаю про звонки, Ольга, – подбодрил ее Саша. – Итак, когда они начались, вы…
– Я все прекратила. Выкинула одежду, я… Я испугалась.
– Точно, вы испугались. Потому что не просто пугали сестру. Вы знали, что она принимает таблетки, и что ее психика стала податливой. И придумал трюк с привидением, чтобы заставить ее совершить самоубийство. Но когда начались звонки, вы решили, что продолжать опасно, и избавились от улик. Выбросили одежду в мусорный бак за торговым центром рядом с тем спа-отелем, где провели ночь.
– Откуда вы… – она побледнела, а я покачала головой. Она удивилась только последнему факту. Он стал для нее неожиданностью, и Ольга выдала себя этим, потому что остальные слова воспринимала в молчании, то есть была согласна с ними. Она действительно хотела избавиться от сестры.
– Вы плохая преступница, Ольга, – заметил Саша, вздохнув, как мне показалось, сочувственно. – Это, скорее, хорошо, значит, насилие вам не близко. Но тем не менее, доведение до самоубийства – это тоже убийство.
Глава 28
Ольга вдруг сморщилась, а потом заплакала.
– Она разрушила мою жизнь. Мне было семнадцать! Я собиралась поступать в институт, мечтала стать художницей! Я так ее любила, она ведь моя сестра, самый близкий мне человек. Сколько себя помнила, Алена всегда была рядом. Помогала, утешала, радовалась моим успехам. Она была мне как мама, даже больше. Она была для меня всем. Как я могла ее сдать? – у Ольги по щекам текли слезы, но она не обращала на них внимания. Ее прорвало. Боль, которую она держала в себе столько лет, вырвалась наружу, и теперь необходимо было выговорить ее всю. – Я промолчала, а потом появился Кирилл. И снова я должна была отдуваться. Выйти замуж, отписать долю… Ей все это казалось ерундой. А я… Я так не могла! Я не такая, как она. Я мечтала выйти замуж, родить ребенка. Хотела семью, настоящую! Она сказала: заведи любовника, так все делают. Кирилл возражать не будет. Но ведь это не то, вы понимаете? Это ведь совсем не то!
Ольга разрыдалась, опустив голову на руки, Карташов сидел, сжимая челюсти, взгляд непроницаемый. Даже сейчас он не чувствовал раскаяния. Как когда-то сказал мне: я поступил так, как хотел. Бросил возлюбленную, загубил жизнь Ольге. Но получил свое. Кажется, это и называется – идти по головам?
– А при чем тут я? – раздался голос Ани. Все повернулись в ее сторону. – Зачем вы звонили мне и говорили эти глупости? Я была девчонкой, когда все это случилось, и знать не знала о Савицких. И что за девочки? Кого-то похитили?
– Я позвал вас, чтобы картина была более полной, – улыбнулся Саша. – Ведь именно благодаря вам Ольге пришла в голову мысль стать привидением.
– Что? – Аня недоуменно нахмурилась, переводя взгляд на Карташову. Та успокоилась и теперь всхлипывала, вытирая нос салфеткой.
– Давайте перейдем к нынешнему времени, – кивнул Саша. – Вострицкий Геннадий Михайлович, ваш деловой партнер, – это он Кириллу, – обратился к Александру Ветрову с просьбой узнать правду о том, что случилось с Катериной Ворониной. Почему? Все просто: он ее младший брат. В детстве они оба оказались в детдоме…
– Вы не имеете права это разглашать! – Вострицкий даже вскочил. – Это профессиональная тайна, вы подписывали бумаги!
– Да, вы правы, но есть одно но. Вы не просто хотели узнать правду. Вы хотели отомстить тому, кто убил вашу сестру. Сначала вы заслали в дом свою любовницу Маркову, – Аня на этих слова вздрогнула и посмотрела на Кирилла. Он нахмурился еще больше. – Но вышла неполадка: она ничего не могла узнать. Кормила вас завтраками, так, Геннадий Михайлович? Потому что закрутила роман с Карташовым. Тогда вы обратились к Ветрову. Время шло, доказательств не было. Только версия, что кто-то из сестер убил, вторая покрывала, а Карташов шантажировал. И вы решили, что они виноваты все. И все заслуживают мести. А тут еще Анна подкинула вам идею: привидение. Ведь вы догадывались, что Савицкая не выжила из ума, так? – повернулся Саша к Анне. – И в одну из ночей остались в замке, чтобы выследить привидение. Вы знали, что это Ольга, и когда она уехала на ночь в отель, загримировались под нее и столкнули Алену из окна, предварительно засветившись возле отеля таким образом, чтобы сложилось впечатление: Ольга ушла из него поздно вечером. Об этом есть показания свидетелей, хотя сама Ольга утверждала, что после десяти номер не покидала.
Анна затрясла головой, в глазах настоящий страх, ладони сжаты в кулаки.
– Вострицкий купил вам квартиру, – продолжил Саша. – За то, что вы будете помогать ему. И наверняка запугивал тем, что расскажет Карташову, зачем вы на самом деле устроились в его дом. Вы не хотели терять Кирилла, поэтому согласились. Тем более изображать Ольгу вам не впервой. Вы ведь использовали ее внешность и данные для того, чтобы сделать аборт.
– Что? – Кирилл и Вострицкий сказали это одновременно, а вот Ольга совсем не удивилась, кажется, она снова впала в безучастное состояние, когда ей плевать на то, что происходит вокруг. Я не могла ее сейчас в этом винить.
– Что вы такое несете? – голос Ани задрожал,
