и прохудившиеся кастрюли, и столовые наборы, и сломанные бронзовые ножи, топоры, пилы, и насадки на косы, лопаты и плуги. Если относительно мелкие вещи он мог переплавить, то инструменты требовали перековки. Для этого нужна была соответствующая сноровка, да и недюжинная физическая сила, которыми ученый не располагал. Качать меха у печи также было совсем нелегким делом.
К счастью, Джек, которому, кстати, требовалось оправдать расходы на "доставку" Генри сюда, выделил ему в помощники одного из рабов, трудившихся в его хозяйстве. Уже немолодого, но еще сильного негра из племени банту с библейским именем Абрахам (все рабы, имевшиеся в фермерских хозяйствах, были крещеные). С его помощью дело пошло гораздо веселее. После первых неудач, изделия стали выходить как положено, а то и лучше прежнего. Хиннеган, как только появилось немного лишнего времени, тут же значительно улучшил примитивную технологию бронзового литья, использовавшуюся его предшественником. Теперь весь процесс протекал строго на научной основе, а новые литьевые формы, изготовлявшиеся из смеси нескольких сортов местной глины и кварцевого песка, стали двусторонними и покрытыми изнутри специальным лаком. Да и сам сплав, использовавшийся для литья, имел более правильные пропорции компонентов. Все это стало возможным благодаря знаниям и опыту оксфордского ученого, неизмеримо превосходившим куцые умения неграмотного провинциального медника. А также благодаря извлеченным из "волшебного" саквояжа покойного Виллейна точным весам и другим измерительным инструментам. Генри не раз хвалил себя за то, что, собираясь впопыхах, все же додумался взять самое ценное из мастерской Прабхакара.
Наладив производство и разобравшись с самыми срочными заказами, он стал задумываться над продолжением опытов с железом. Ведь в Бомбее он уже был почти на грани точного определения компонентов сплава, не подверженного ржавлению! Однако ужасные обстоятельства, о которых Хиннеган старался лишний раз не вспоминать, не позволили завершить исследования. Теперь же ничто не мешало их возобновить. Если же он сможет достигнуть успеха, это резко повысит шансы добиться от представителей британской администрации в Кейптауне, которым он рано или поздно собирался сдаться, немедленного прямого доклада королю. Иначе, без вмешательства Его Величества, беглого ученого могут просто сгноить в тюрьме, а материалы - утерять, или даже намеренно уничтожить.
Но сначала предстояло рассчитаться с Джеком. Отремонтированных Генри сельскохозяйственных инструментов, принадлежащих хозяйству его благодетеля, для этого оказалось недостаточно. Место на пакетботе и дорожные расходы вылились в довольно внушительную сумму для оставшегося без пенни в кармане ученого. А ведь еще все время пребывания здесь Джек и его семья снабжали его съестными припасами! Расценки же за работу оказались весьма низкими. И верно, откуда же в бедной сельскохозяйственной провинции взяться большим деньгам? Местные семьи, все, без исключения, даже владевшие немалыми хозяйствами, на которых трудились десятки рабов, жили по понятиям жителя Метрополии довольно скромно.
Рассчитаться с Джеком удалось только через четыре месяца тяжелой ежедневной работы, от которой, впрочем, Генри весьма окреп физически, более не походя на скрюченного ученого червя. После чего у единственного на много миль вокруг специалиста по металлам начали, наконец, появляться некоторые сбережения.
Прежде всего, ученый модернизировал печь. Вернее, этим занимался оказавшийся мастером на все руки Абрахам, которому Хиннеган начал платить небольшое жалование, помимо суммы, отдаваемой его хозяину за аренду рабсилы. Впрочем, Джек делился с негром некоторой частью денег, так как рабство, уже с полвека как запрещенное в Европе, благодаря новым веяниям и здесь тоже трансформировалось в нечто типа наемного труда, пусть и не совсем добровольного. Генри, для которого сама идея владения человеком казалась дикостью, сразу же пообещал себе оплачивать труд своего помощника, как только появятся свободные деньги.
Благодаря спорой работе подстегнутого неожиданной материальной стимуляцией Абрахама, печная труба увеличила свою высоту вдвое. Поддув также был улучшен, и теперь имелся шанс достигнуть в тиглях температуры, достаточной для плавки железа. Сами тигли изготовлял лично Генри, пользуясь опытом, приобретенным в Индии.
Затем встал вопрос: где достать необходимые компоненты? Начиная от железа и заканчивая легирующими элементами? В заветном саквояже завалялось, конечно, несколько кусочков чистых железа и никеля, прихваченных в мастерской Прабхакара, но их количество было просто смехотворным. На один-два опыта, самое большее. Что же делать?
Генри знал из справочников, что населявшие некогда юг Африки готтентоты умели добывать железо. Есть ли сейчас у населяющих окрестные деревни негров железные орудия? Рабы в Олдройде все поголовно были крещеные, но, возможно, их родственники в удаленных поселках сохраняют обычаи и уклад жизни предков.
У ученого не оставалось никакой другой возможности, кроме как осторожно навести справки у Абрахама. Да, риск раскрыть свои запретные интересы был велик, однако он решительно не видел иных путей заполучить недостающий материал. Негр поначалу опасливо уходил от темы, но затем признал, что его соплеменники, действительно, там, где их не контролируют колонисты (а это практически все туземные поселения в которых нет британской администрации и миссионеров), еще пользуются старыми железными изделиями. А кое-где, совсем уж далеко от цивилизованных мест, даже и изготовляют новые. Но он, Абрахам, как истинно верующий христианин, не желает иметь с этими язычниками ничего общего...
Попытки Генри побудить своего "сотрудника" немного отойти от прочно внедренных в его мозг местным священником церковных догматов долго не находили понимания. Ученому даже пришлось, окончательно распрощавшись с остатками пиетета по отношению к религии, едва теплившимися внутри него несмотря на все последние испытания, сочинить целую теорию о том, что победа над ржавчиной - решающий шаг на пути ко Второму Пришествию. Только после этого удалось "пробить" заслон, поставленный в сознании наивного туземца еженедельными воскресными проповедями, и тот согласился, наконец, навести справки у дальних родственников.
Так Генри познакомился с Мапенго - то ли двоюродным, то ли троюродным племянником Абрахама. Двенадцатилетний мальчуган явился пешком из далекой, миль сорок отсюда, деревушки, расположенной на склонах холмов, окаймлявших соседнюю долину. Молодой, но расторопный родственник помощника Хиннегана, услышав от дяди, что "странный белый господин" готов заплатить большие деньги за изделия из запретного металла, притащил мешок этих самых изделий, негодных уже к использованию в хозяйстве. Довольный Генри бегло осмотрел товар. Около двух фунтов разнообразного железного лома, в основном, сломанных проржавевших лезвий от ножей. Пусть качество оставляет желать лучшего, и после переплавки металла нужной для экспериментов чистоты
