— Не трудитесь. — остановил его низкий голос, который Король Воров узнал мгновенно, хотя и слышал всего один раз в жизни, и похолодел.
— Если бы я собирался вас убить, то обставил бы всё красочнее, вместо того, чтобы изображать тут тень. Я пришёл поговорить.
— Ваш заказ… — пробормотал Король Воров и ощутил, как в горло резко пересохло. — Время ведь ещё не вышло…
— Однако Печать Династий ваши люди уже потеряли: до Умпорта реликвия не доехала. — перебил Хозяин. — Переусердствовали с конспирацией. Весьма умно было нанять постороннего человека для переправки печати — антаканский принц так ни о чём и не догадался, и даже улетел из города следом за вором, не подозревая, что Печать передана стороннему лицу.
Хозяин встал и прошёлся по комнате, скрестив руки на груди.
— Но знаете, что забавно? — спросил он. — Каким-то непостижимым образом этим посторонним лицом оказался не безызвестный вам Хромец.
— Блатсфайф Форейф? — опешил Крикер. Да, такой поворот был бы не просто насмешкой Судьбы, а откровенным издевательством! — Не может быть!
— Уж можете мне поверить.
Крикер молчал, со страхом наблюдая за человеком, и краем глаза ловя движение теней, в которых ему уже чудились чьи-то глаза. В своих мыслях он уже успел сочинить себе надгробную эпитафию, когда Хозяин заговорил снова:
— Откровенно говоря, мне давно уже надоела эта возня, она затянулась сверх всякой меры. Выкрадите Печать снова. Полагаю, что в настоящий момент она вернулась обратно в сокровищницу, — под усиленную охрану, конечно, — но вы же именуете себя королём, так что постарайтесь оправдать собственную самонадеянность. Кроме того, вторая печать также должна сейчас находиться в Антакане.
Хозяин вышел, не прощаясь, легко открыв дверь, которую (как ясно помнил Крикер) Король самолично запирал. Но с уходом Хозяина спокойнее ему не стало, скорее даже наоборот. Едва дверь захлопнулась, Крикер начал трезвонить в колокольчик для вызова слуг: следовало как можно скорее послать за печатями вора, и на этот раз лично доставить их Хозяину.
* * *
Утром Кира проснулась с восхитительным чувством покоя: никто не гнался за ней, не пытался убить, ей было тепло, и она знала, что завтрак состоится, причём есть она будет за столом, из тарелки, а пить из чашки, а не из горлышка бутылки. Сладко потянувшись, девушка отдёрнула занавеску и спустила ноги на мягкий ковёр. Открыв сундук, выбрала наряд. Пока она переодевалась, взгляд её случайно упал на рюкзак, который она в первый день закинула в сундук, да так и забыла… В первый день?
Кира резко выпрямилась и оглядела комнату: Рошер ещё спала, вторая кровать пустовала, слуги убрали постель, потому что та вторая девушка так и не появилась. Когда же это было?
Кира вдруг в ужасе схватилась за голову, сообразив, что не может вспомнить, как давно она здесь. День. Нет, вроде больше. Неделю? Месяц??
Она подбежала к окну: сад стоял такой же зелёный, как и в день приезда, так же порхали бабочки над цветами, благоухали фруктовым ароматом деревья.
Кира схватила свой рюкзак и в панике заметалась по комнате. На неё вдруг накатила волна ужаса, она вспоминала все странности, и пыталась понять, каким образом её сознание проигнорировало их все. Совершенно случайно девушка остановилась перед трюмо, и из горла вырвался вскрик — из зеркала на неё смотрела исхудавшая, бледная тень её прежней. Под глазами залегли тёмные круги, кожа сильно побледнела, а волосы успели отрасти до плеч, что означало, что прошло никак не меньше месяца, и на двре уже август.
Кира бросилась будить Рошер. Идана просыпалась неохотно, зато теперь Кира видела, что её медленная плавная походка — следствие сильного истощения, а не особой грации. Она провела во дворце гораздо больше времени, и сейчас как никогда напоминала насекомое. Между прочим, Кира отметила, что голода не чувствует, значит, кормили их настоящей едой, а не мороком, так почему они так исхудали? Может, причины была схожа с действием клейма Клауда, и что-то тянуло из них силы всё это время? А попутно их откармливали, постоянно развлекали, делали всё, чтобы «доноры» пребывали в состоянии счастья и отдавали больше энергии.
— Вставай! Просыпайся! — тормошила Кира соседку.
Рошер наконец встала, сонно потирая глаза.
— В чём дело?
Кира принялась сбивчиво объяснять, но смысл слов, похоже, не доходил до иданы, и она только сонно хлопала глазами.
— Ты же авантюристка! — вспомнила вдруг Кира. — Рошер Найверт, конечно! Я всё-таки слышала о тебе! Вспоминай, когда ты сюда попала? Куда ты шла? Ведь наверняка у тебя было какое-то дело, ну же!
Во взгляде иданы начало проступать нечто осмысленное, она завертела головой, точно впервые увидела их комнату.
— Я пришла не одна, со мной была Эмберли, она… — взгляд её остановился на третьей кровати. — Её увели! Она… она похудела, и потом просто однажды не пришла! Она умерла? — Рошер растерянно посмотрела на Киру.
— Наверняка. — не церемонясь кивнула девушка. — И с нами так же будет, если ничего не сделать.
— Что здесь творится? — пробормотала Рошер. — Это Гортензия? Как долго я здесь?
— Понятия не имею. Кажется, хозяйка дворца заманивает людей, чтобы тянуть из них жизнь, непонятно только — как.
Рошер подошла к окну, выходившему на лужайку, побарабанила пальцами по подоконнику и решительно сдвинула брови.
— В первую очередь нужно во всём разобраться. Например, каким образом Гортензия дурачит голову такому количеству народа.
— Наваждение наступает сразу, как человек входит в сад. — заметила Кира. — Но в первые несколько часов оно не такое сильное.
— Может, она дурачит нас через запахи? — предположила Рошер. — Заметила, что, где бы ты не находилась, всё время пахнет благовониями? Думаю, в саду она выращивает какие-то особые растения. Я поднимусь на верхний этаж, там находятся покои Гортензии, а ты сходи на лужайку: никто из «гостей» не ходит туда, но готова поклясться, что за деревьями срывается что-то интересное.
— У меня здесь друзья. — сказала Кира. — Нужно разыскать их.
— Позже. — покачала головой Рошер. — Сейчас нужно действовать, иначе мы можем потерять время, приводя их в сознание. Кстати, — вспомнила она, — как ты сама избавилась от наваждения?
— Не знаю. — растерялась Кира. — Я проснулась как обычно, стала одеваться… и увидела свой рюкзак.
— И его не забрали? — удивилась Рошер.
— Я положила его в сундук сразу, как пришла в комнату. Наверное, они не проверяли.
— Может быть, предметы из прежней жизни могут провести в чувство, потому у нас одежду забирают?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
