Поравнявшись с единственным окном, он сунул руку в карман рубашки и достал небольшой нож. Холмс вложил его ему в руку, когда он уходил. Где Холмс раздобыл этот нож, Алек не хотел знать.
Сделав глубокий вдох, он зажал лезвие зубами и, отпустив трубу, ухватился за край окна. Он раскачивался в сорока футах над землей, и если бы упал, то непременно сломал бы обе ноги. Однако падение не входило в его намерения, потому что это было бы крушением всех его надежд. Кейт была слишком дорога ему, и потому неудача исключалась.
«Подходящее место для встречи с Богом», – мрачно подумал Алек. В тот момент, когда он висел, цепляясь за выступ, внезапно наступило прозрение. Он понял, что не может жить без Кейт. И не имеет значения, что она сделала, кем была и кем был он. Главное – быть с ней. Она действительно прекрасная воровка, потому что похитила его сердце, а он не заметил, как это случилось. Но наверное, глупо надеяться на взаимность. Кейт, по-видимому, не разделяла его чувств.
Однако он любил ее, и ничто не могло изменить этого.
Крякнув, Алек медленно подтянулся настолько, чтобы заглянуть в комнату. Она была пуста. Слава Богу, потому что он не знал, как долго сможет еще продержаться.
Взяв нож одной рукой, он поддел лезвием нижний край рамы, моля Бога, чтобы окно хотя бы немного приподнялось и под него можно было подсунуть руку.
Окно легко подалось вверх, словно было смазано маслом. Алек не задумался над этим; его силы были уже на исходе.
Снова зажав нож между зубов, он подтянулся и оперся грудью на подоконник, просунув голову вперед. Затем перевалился в комнату и быстро поднялся на ноги, оглядывая помещение.
Он услышал шум, донесшийся со стороны массивной кровати у стены, и медленно двинулся туда. Рядом с кроватью на полу лицом вниз лежала Кейт.
– О Боже! – прошептал он охрипшим голосом и опустился на колени рядом с ней, боясь прикоснуться и в то же время боясь оставить ее без помощи.
Алек осторожно перевернул Кейт на спину и стиснул кулаки, увидев, что с ней сделали. Лицо ее распухло, глаз почернел, губа кровоточила.
Он протянул руку, чтобы погладить ее по щеке, успокоить и дать понять, что он здесь, с ней. Она вздрогнула и отвернулась.
– О, уютно устроились? – раздался тягучий голос позади него.
Алек вскочил на ноги и встретился лицом к лицу с человеком, которого Фалькон довольно подробно описала ему.
Глава 27
Вытянутые по бокам руки Алека сжимались и разжимались, и он чувствовал необычайный прилив физических сил. Его не смущало, что Дрейк был намного тяжелее и с ним было еще трое бандитов. Перед глазами Алека стояла красная пелена, и единственным его желанием было схватить негодяя за горло и сдавить так, чтобы глаза вылезли из орбит. Но прежде надо было позаботиться о Кейт.
– Ты покойник, сукин сын, – тихо произнес Алек. Дрейк рассмеялся.
– Это смешная угроза, учитывая наше численное превосходство.
Алек сделал шаг вперед, закрыв распростертую на полу Кейт.
– Если у тебя хватит ума, то ты уберешься с моего пути, – предупредил он.
Дрейк повернулся к своему прихвостню справа.
– Илай, кажется, его светлость заблуждается, так же как наша дорогая Фокс. Похоже, он считает себя главным здесь. – Его серые глаза снова устремились на Алека. Ткнув пальцем в сторону Кейт, он сказал: – Как видишь, я не очень-то люблю, когда мне указывают, что делать или не делать.
– С таким весом твоя шея сразу хрустнет, когда ты будешь болтаться на виселице.
– Разумный человек не стал бы вторгаться в мои владения и раздражать меня. Я могу убить тебя и буду прав.
– Попробуй.
Дрейк смерил Алека взглядом с головы до ног, и выражение самоуверенности и высокомерия мгновенно исчезло с его круглого лица. Он посмотрел на своих людей, и Алек понял, что Дрейк сопоставляет их и его силы. Затем губы Дрейка тронула самодовольная улыбка.
– Посмотрим, чья возьмет? Алек не ответил на насмешку.
– Ты жалкий подонок, – презрительно сказал он. – И больше никто.
Улыбка не сошла с лица Дрейка, но глаза налились злостью.
– Я не собираюсь заниматься с тобой болтовней. Ты и Фокс в моей власти, и я сделаю с вами что захочу.
– Ладно, толстяк, если не хочешь разойтись по-хорошему, пеняй на себя. – Алек поманил его рукой. – Давай один на один. Я так врежу по твоей морде, что у тебя глаза вылезут на лоб.
Дрейк прищурился.
– Скорее я буду вытирать тобой пол.
Алек рассмеялся:
– Ну так давай. Я жду. Хочу посмотреть, на что ты способен. Шагай сюда, и мы поквитаемся, как в старые добрые времена.
– Алек? – еле слышно прозвучал слабый голос Кейт, и он обернулся, чтобы взглянуть на нее. Ее веки затрепетали. Наконец глаза Кейт открылись, но он видел, что она пока никак не может сосредоточиться.
Алек опустился на колени рядом с ней, не замечая назревающей опасности позади него.
– Я здесь, Кейт, – тихо сказал он, беря ее руку и стараясь как бы передать ей свою силу.
– Алек? – прошептала Кейт и застонала, попытавшись пошевелиться.
– Лежи спокойно, Кейт.
– Что происходит?
Алек наклонился к ее уху и прошептал:
– Все будет хорошо, Кейт, обещаю тебе.
– Как трогательно, – насмешливо сказал Дрейк. – Я вижу, моя милашка Фокс нашла себе защитника.
– Заткнись, толстая жаба, – резко сказала ему Кейт, касаясь пальцем своей рассеченной губы.
Дрейк угрожающе поджал губы.
– Я вижу, наш урок не пошел тебе на пользу, как я надеялся. В следующий раз применим другой метод, который доставит мне больше удовольствия. – Он злобно посмотрел на нее.
Оба прихвостня Дрейка сделали шаг вперед, когда Алек поднялся на ноги.
– Я сверну твою поганую шею!
В ответ на это Дрейк только вскинул бровь и подозвал к себе одного из своих людей:
– Илай, разве эта девчонка не говорила нам совсем недавно, что не любит графа и что он не любит ее?
– Говорила, босс. Глаза Дрейка блеснули.
– Похоже, меня обманули, Илай.
– Да, босс.
Дрейк скрестил руки на своем огромном животе.
– И что, по-твоему, надо сделать в таком случае, Илай?
– Убить их обоих, босс. Дрейк медленно кивнул:
– Думаю, это доставит тебе удовольствие, Илай.
– Спасибо, босс.
– Как досадно, – вздохнул Дрейк. – Все поворачивается не так, как я представлял. – Он пожал своими мясистыми плечами. – Я надеялся на сотрудничество. И, надо сказать, не ожидал, что ты заберешься ко мне через окно, милорд. Весьма изобретательно. Меня удивляет также, что ты не побрезговал испачкать свою одежду, особенно ради этой шлюшки, одурачившей тебя.
Усмехнувшись, он вытащил из кармана ожерелье и покачал им перед Алеком.
