Читаем без скачивания Завещание ночи. Переработанное издание - Кирилл Бенедиктов

— … даже не стали выставлять… — густой баритон принадлежал, конечно же, Валентинову. — Я так и сказал ему: Питер, дружище, если хочешь найти настоящую византийскую икону, обратись ко мне. Больше тебе в этой стране никто не поможет…

— Кинут, как Шварцмана, — это был хрипловатый голос Вики. — Бедняжка, сколько он потерял на тех новоделах? Пять лимонов?

— Семь с половиной, девочка моя, семь с половиной! Говорил же я покойнику: не связывайся с питерскими, у них такая школа фальсификации, куда там итальянцам! Не послушался, лежит теперь на Ваганьковском…

Все это было, конечно, познавательно, но мне пора было искать музей. Я прошел по длинному коридору до конца, свернул направо и вернулся к двери, ведущей в подземный гараж. В этот момент мне на пейджер пришло сообщение: «Гостиная второй стул слева ключи».

Спасибо, Вика, подумал я, теперь бы еще понять, как мне попасть в гостиную, не привлекая к себе лишнего внимания…

Словно в ответ на невысказанный мной вопрос пришло второе сообщение: «Идем в курительную первый свободен».

На всякий случай я подождал еще две минуты, и, держа наготове «Осу», поднялся на первый этаж.

Ключи действительно лежали под вторым креслом в золотистой гостиной. Один обычный, плоский, и второй — длинный, с шестью трехгранными выступами, для сложного оппозитного замка. Интересно, где Вика их нашла? Просто суперагент какой-то, а не девушка…

Музей господина Валентинова располагался в небольшой изолированной комнате в подвале дома. По словам Вики, здесь размещалась лишь часть коллекции — многие редкости хранились в роскошной квартире Эдуарда Юрьевича на Кутузовском проспекте. Оставалось лишь надеяться, что Нефритовый Змей находится здесь, а не в Москве.

Я осторожно повернул ключ в замке бронированной двери. За первой дверью оказалась вторая, обшитая деревом. Замок здесь был попроще — обыкновенный турецкий «Кале». Открыл и ее. За порогом царила тьма.

Я похлопал рукой по стене, нащупал выключатель. Щелкнул тумблером. Никакой реакции. Видимо, все электрические цепи музея были соединены с генератором.

А вот чего я не догадался с собой захватить, так это самого простого фонарика!

Проклиная себя за глупость, я вытащил из кармана зажигалку и осторожно двинулся вдоль витрин, вглядываясь в то, что лежало за стеклом.

Уродливые, отвратительные маски.

Глиняные таблички с изображениями ужасных чудовищ и птичьими следами клинописи.

Древнеегипетские статуэтки из алебастра.

Отталкивающего вида деревянный идол с испачканной чем-то бурым оскаленной мордой.

Средних размеров арбалет и лежащая рядом на подушечке стрела с поблескивающим хрустальным наконечником.

Стоп! Вот оно. Я склонился над стеклом, разглядывая оружие. Арбалет имел необычную форму — дуга была выполнена в виде чешуйчатого дракона с двумя головами, ложе заканчивалось третьей. Сомнений не было — передо мной был знаменитый Нефритовый Змей, роковое оружие, изготовленное специально для охоты на бессмертного отступника-Итеру. То самое, о котором шла речь в переведенном доцентом Шмигайло китайском фрагменте.

Витрину я попросту разбил. Сигнализация была отключена, а сама комната находилась слишком глубоко, чтобы в курительной могли услышать звон бьющегося стекла. Осторожно, чтобы не порезать руки, я достал арбалет и положил его в сумку. Потом так же аккуратно извлек стрелу. Слабый огонек «Зиппо» танцевал в хрустальных гранях ее наконечника. Красиво, конечно, но, по-моему, такой стрелой нельзя было убить даже кролика.

На всякий случай я обошел оставшиеся витрины, но Чаши, разумеется, не нашел. Валентинов наверняка оставил ее наверху. Интересно, показал ли он ее своей гостье? И если да, то какими эпитетами награждает меня сейчас Вика?

Я вышел из ограбленного музея и направился обратно к подземному гаражу. Согласно плану, разработанному вместе с Викой, я должен был забраться обратно в багажник и спокойно ждать ее возвращения. Говорить о том, что Чаша находится в доме, я Вике, разумеется, не стал, и уж тем более не стал объяснять ей, что без Грааля я жилище Валентинова покидать не собираюсь.

В гараже я переложил Нефритовый Змей в Викину «Ауди». Оружие было тяжелым, и вначале мне показалось, что оно целиком отлито из металла. Но нет — приглядевшись, я понял, что оно изготовлено из темного дерева, обшитого сверху пластинками позеленевшей от времени бронзы. Стрела, к моему разочарованию, оказалась новоделом — короткий стальной стержень с резьбой для навинчивания наконечника. Оставалось надеяться, что сам наконечник изготовлен не на заводе стеклянных изделий в городе Гусь-Хрустальный.

Избавившись, таким образом, от груза, я еще раз проверил «Осу» и поднялся наверх.

Рыба-телескоп по-прежнему плавала за толстым стеклом аквариума, тараща огромные страшные глаза. За разложенным посередине кабинета складным ломберным столиком сидели Валентинов, Вика, Олег и заика Сергей. Перед каждым из присутствующих лежали рубашкой вверх игральные карты, а перед Валентиновым еще и листок бумаги с карандашом, из чего я заключил, что обитатели дома и их прекрасная гостья мирно расписывали пулю.

— И снова здравствуйте, — сказал я, открывая дверь (предварительно я, конечно, изучил ситуацию в комнате, приникнув к замочной скважине). — А ну-ка, сидеть!

Последние слова относились к гарду, который выпрыгнул из кресла, будто под ним сработала катапульта. Для того чтобы бросить бокал с виски и выхватить из кобуры пистолет, ему потребовалось две секунды, и за эти две секунды я успел дважды выстрелить ему в живот.

«Оса» стреляет резиновыми пулями — звучит это довольно безобидно, если не знать, что под толстым слоем резины спрятан тяжелый стальной сердечник. Два попадания из «Осы» сравнимы с двумя ударами Майка Тайсона — не смертельно, но зубодробительно. Гард сложился пополам и уронил пистолет на ковер.

Олег опрокинул ломберный столик, явно намереваясь прыгнуть куда-то в сторону. Я перевел «Осу» на него и приказал:

— Не двигаться!

Он, конечно, не послушался и рывком ушел вбок. Я выстрелил. Точнее, надавил на спусковой крючок. «Оса» не прореагировала.

Проклятый электрический капсюль! Говорил же я, что иногда они отказывают в самый неподходящий момент…

Олег уже летел ко мне через комнату.

Я ушел в сторону, избегая фронтального столкновения, и сбоку нанес ему чувствительный удар в печень. Поскольку такие финты были для него что горох об стену, он не остановился и, разворачиваясь, врезал мне по челюсти. Если бы я не успел отклонить назад корпус, это был бы нокаут.