Читаем без скачивания Куда уходит вчера - Константин Бояндин

Ривллим пожал плечами. Он рассматривал венок. Простенькая вещь — но взгляда не отвести.

— Ты хотел её спросить, — Фиар тронула его за рукав. — Но передумал. Скажи, о чём?

Ривллим рассмеялся, но не ответил.

III (XVIII)

— Cпустимся в город порознь, — предложила Фиар. — Нужно добраться до храма прежде, чем ты встретишься с Заирри, правильно? Но сначала — разведка.

Они спускались уже двадцать минут. Город был виден, как на ладони — изящный овал серого цвета, вписанный в оправу пяти высоких холмов. Издалека было видно, как пострадал город: вся северная часть, где находились Храмы и общественные учреждения, легла руинами. Интересно, руины охраняются? Ладно, на месте разберёмся. После того, как первоначальный запал прошёл, визит в город уже не представлялся простой затеей. Пираты — в прошлом пираты — смогли изгнать вовсе не миролюбивых аборигенов. Как им это удалось?

— Кстати, хелауа, — спросил воин, пока длился привал. До города оставалось всего ничего: преодолеть последний оставшийся холм. — Ты же владеешь мгновенным перемещением? Никак не могу понять, зачем эта затея с путешествием? Мы же можем оказаться на месте через несколько минут.

Девушка долго и задумчиво смотрела на своего спутника. Афамис (Фиар никогда не называла богов эпитетами, только подлинными именами) назвала её «подругой» Ривллима. Что она имела в виду? Что увидела в мыслях собеседников?

— Вот, — произнесла она в конце концов. — Мне всё равно нужно доверять тебе. Вот почему.

И в тысячный раз показала браслеты.

— Не понял, — Ривллим выплюнул травинку. — Ничего не понял. Там, вблизи Шайра, всё работало безупречно. Почему же не станет работать здесь?

— Когда я приближаюсь к Башням, браслеты не возражают, — призналась она, и, к своему неудовольствию заметила искорку, промелькнувшую в глазах воина.

— Ты снова чего — то не договариваешь, — отвернулся он. — Ну и пусть. Рано или поздно я разгадаю загадку. Ответ где — то на поверхности, я уверен.

— Никогда её не разгадаешь, — возразила Фиар; как показалось воину — с горечью. — А если найдёшь ответ, то неправильный.

— Изъясняешься, словно оракул, — усмехнулся Ривллим. — Ладно, тебе виднее. Время дорого. Итак, договорились. Если не удастся встретиться ни в одном из заведений, через сутки возвращаемся на этот холм.

— Верно, — Фиар проверяла, как идёт ей чёрная колдовская кожа. Как всегда, шла она безукоризненно. — И помни: мы с тобой незнакомы. Ты — странствующий охотник за сокровищами или наёмный солдат — таких сейчас немало. Если мне потребуется помощь, — девушка сверкнула ослепительно белыми зубами, — ты сразу же узнаешь.

— Удачи, хелауа.

— Удачи, сайир. — Она взяла его за ладони и, подмигнув… растаяла в воздухе. Ривллим стоял, озадаченно моргая. Трава чуть примялась в нескольких шагах от него… он услышал тихий смех, и больше ничто не напоминало о Фиар.

Решительно, он ей нужен, как рыбе — башмаки. С такими — то талантами… ничего не понимаю. Поверить в то, что это — «просто прихоть», также невозможно: нет у неё прихотей; только желания, неминуемо исполняющиеся. Что же ей от меня нужно?

Он припомнил свой разговор с Хранителем, с глазу на глаз.

«Всех ли богов можно увидеть в этом святилище, почтенный?»

«Всех, кого знали и знают в нашем мире последние несколько тысяч лет. Кого — то, несомненно, здесь нет.»

И с Фиар:

«Отчего ты не хотела посещать святилище? Разве тебе не хочется увидеть бога, который тебе покровительствует?»

«Даже если бы он был здесь, не стала бы искать».

Нет, так не понять, кто она. Кто — то из подземных жителей? Не дарион — их Ривллим видел немало. Тогда кто? Кто — то под «маской»? Солнечный Лист позволяет видеть сквозь иллюзорный облик. Не оборотень… Но кто же она тогда?

Вопросы множатся.

Воин некоторое время смотрел на оголовье меча. На шестиугольник — эмблему Башен. Меч позволяет рассеивать иллюзии… Рассеивать… Какая — то мысль вертелась в голове, но никак не хотела подниматься на поверхность.

В конце концов Ривллим собрал поклажу, сделал ещё один глоток из фляжки и, поморщившись, принялся спускаться. С другой стороны холма — в сторону восточных ворот.

Чем ближе он подходил к воротам, тем глупее казалась недавняя мечта — ворваться в город истребить всех бандитов. Будем надеяться, что жидкий огонь ещё не изобрели, а магия и проклятия не так мощны, как прежде. Хотя нет. Не будем надеяться вообще ни на что, кроме удачи.

— Кого там ещё несёт? — хриплый голос, без сомнения, принадлежал стражнику. Можно пользоваться собственным именем — кто его здесь может знать?

— Ривллим, иду с востока, — невозмутимо отозвался воин. Его не сразу удивило, что он понимает язык, на котором говорит стражник, и в состоянии говорить на нём. Это ещё откуда?

Откуда — то из полутьмы под аркой возник явно не страдающий чистоплотностью верзила и, опираясь на алебарду, смерил взглядом худого незнакомца в поношенном платье.

— С востока, значит. Ну что ж, плати. Эриггвен рад видеть всех, кто почитает его законы.

Путник молча протянул три небольших золотых монетки.

— Ты что, отстал от жизни? — притворно изумился стражник, мимоходом убирая одну из монеток в карман. — Плата за вход составляет…

— Три золотых, — оборвал путник сухо. Голос выдавал человека бывалого. — Провалиться мне на месте, если третью монету ты не положил только что…

— Тихо, тихо, — примирительно произнёс стражник. Ему всё больше нравился этот человек — за словом в карман не лезет; не чета отребью, что ищет спасения в Эриггвене от заслуженного топора либо петли. Видно, что человек умеет управляться с мечами, рукояти которых виднелись из — за его спины. — Всё правильно, Ривллим. Позволю напомнить, что после заката солнца появляться на улицах города не положено.

Пришелец молча кинул ему ещё одну монетку и стражник, словно заправский фокусник, моментально спрятал её где — то между пальцев.

Ривллим следовал простому правилу: в незнакомой обстановке стараться не выделяться среди присутствующих. Следовать интуиции, идти, куда глаза глядят. Так, понятно: налево — к портовым сооружениям; направо, видимо, вёл в сторону жилых кварталов. Запахи клубились такие, что оставалось удивляться, как весь город до сих пор не перемёр от чумы. Эриггвен не вызывал восхищения. Никакого.

Итак, я кладоискатель. Сумел подзаработать. Куда мне сейчас? Несомненно, в заведение повеселее. Остановиться, осмотреться, отдохнуть после трудов. Спустить изрядную часть добытого и отправляться вновь. Так просто.