не пытался – контроль над машиной ему восстановить не удалось:
– Скорее всего движки сдохли, – парень вылез из своего кресла и стащил со взмокшей головы шлем: – Обмен информацией идёт, я всё вижу, но шевельнуться не могу.
– Подтверждаю отказ приводов, – повернулась к нему Жанна.
– Ну вот, – вздохнул он в ответ: – Я же предупреждал – перегруз с тем, первым, был. Вот они и сдохли. Дайте передохнуть.
Отдыхали они около часа, Жанна заблаговременно приготовило какое-то питьё, разнёсшее по рубке запах пряных трав, и Клён с Греем молча пили его, избегая комментировать произошедшее.
– Жанна, – допив свою порцию, Грей вернул ей стаканчик: – Ты диагностику остальных прогони. Что-то у четвёртого задержка чувствуется. Небольшая, но есть. Проверь?
– Уже. – она забрала стаканчик и сунула его в мешок для мусора. Последние несколько часов мы питались прямо на месте, наблюдая за тем как очищался от камней корпус корабля.
– Небольшие сбои есть, но я немного переделала линии передачи сигналов, – она пожала плечами: – Это же не корабельные модули. Тут я на ощупь только…
Он кивнул: – И на том спасибо. Ну что? Продолжим?
Клён в ответ только вздохнул, направляясь в свой шкаф для напыления костюма.
Следующие минут десять они копошились около последнего обломка, пытаясь приподнять его и столкнуть вниз, но этот кусок скалы был, наверное, из немного другой породы и постоянно крошился под стальными пальцами андроидов.
Наконец, им удалось его надёжно захватить, и каменюга начала приподниматься, задирая обломанный край в сторону тускло светившихся звёзд.
– Перехватывай, я придержу, – скомандовал Грей, контролирующий сразу двух роботов и второй номер, которым управлял Клён начал забираться под камень, надеясь там выпрямиться и столкнуть его вниз. Клён почти полностью забрался под обломок, когда кусок породы, в том месте, куда упирались четыре механические руки вздрогнул и пошёл трещинами.
– Клён! Назад! – заорал старшина, но было поздно – часть камня отвалилась, упала на корпус корабля, отчего ещё один сегмент брони сменил цвет на оранжевый, а остаток – большая часть обломка, начала плавно, как при замедленной съёмке, опускаться на согнутую фигуру номера два.
– Аааааа!!! – в своём кресле истошно заорал и задёргался Клён – сейчас погибающий андроид передавал ему, пусть и ослабленные, но всё же крайне неприятные ощущения, а, учитывая его привязанность и чувствительность к вирту, парню можно было только посочувствовать. Мы с Жанной, не сговариваясь рванулись к нему.
Вы пробовали что-либо вытащить из теста? Особенно, если это нечто дёргается и извивается? Тут было тоже самое – Клён размахивал руками и ногами стремясь вырваться из-под надвигавшегося на него обломка, а мы пытались вытащить его из сенсорных подушек, добросовестно передававших на тело все детали последних мгновений жизни робота. Внезапно он дёрнулся и замер в напряжённой позе лежащего на спине жука. В следующий миг подушки опали и втянулись в края кресла, оставляя его лежащим на спине.
– Господи, да что же это такое! – Жанна, трясущимися руками начала расстёгивать крепления шлема, но тут Сергей пошевелился.
– Я сам… – он попробовал сесть, но его повело, и мы ухватили его за плечи.
– Ты как? – девушка наконец победила замки, и обнажила его голову.
– Больно. – он покрутил головой: – Всё болит.
– Болит? – она провела рукой по его ноге, и он зашипел от боли: – Погоди. Потерпи, – Жанна снова провела по его ноге, но на этот раз с силой нажимая на ногу в разных местах. В ответ Клён пару раз вскрикнул, и дёрнулся было, стараясь сбросить её руку, но тут же, новая судорога боли, заставила его зажмуриться и откинуться на спинку.
– Не понимаю, – она посмотрела на меня, а затем пощупала его, покрытый испариной лоб: – Кости целы, а ему больно и температура высокая.
– Клён – ты меня слышишь? – я наклонился над ним, и он кивнул. Его грудь лихорадочно поднималась и опускалась – даже на мой, совсем не медицинский взгляд, было видно, как ему плохо.
– Ты чувствительность своей системы не менял?
– Менял, – признался он слабым голосом.
– Дурак! – мне захотелось врезать ему от души, но видя его состояние я сдержался и хлопнул ладонью по стенке шкафа, возвышавшегося сразу за подголовником.
– Ты чего, Поп? – удивлённо посмотрела на меня Жанна.
– Этот придурок, этот ишак, этот … – я не смог подобрать подходящую случаю характеристику и просто выдохнул: – Он поставил себе максимальную чувствительность. Так я говорю? – я посмотрел на него, и он слабо кивнул: – Да, я хотел быть на равных с Греем, что бы без поблажек…
– Ну вот! Когда робота раздавило – он и ощутил всё по максимуму. Да не возись ты с ним. Очухается. У него не кости, у него с головой проблемы. И так мозгов нет, так только что чуть и их остатков не лишился! Дурак!
– Злой ты, – она осуждающе покачала головой: – Ему же больно!
– Не сдохнет! Защитница тоже мне нашлась.
На эти мои слова она ничего не ответила, ещё больше склонившись над Клёном и шепча ему что-то ласковое и успокаивающее. Я возмущённо фыркнул и направился к своему месту.
Развели нежности! Я может тоже ласковое слово и поглаживание заслужил! Так нет – укол влепят и будь здоров! А с этим кабаном – вон как возятся. Тьфу!
Устроившись на своём месте, я вызвал Грея:
– Доклад.
– Что с Клёном? – ответил он вопросом на вопрос.
– Не сдохнет. Доложи ситуацию.
– Сам смотри, – один из андроидов пошевелился и показал рукой на практически чистую от обломков поверхность корабля: – Все крупные куски убраны, командир. Пусть Клён отдыхает, я одного верну, а вторым уберу мелочь, – сказав это он лихо, как футболист, пнул один из камней примерно метра полтора в поперечнике, и тот улетел куда-то вне пределов обзора.
– Действуй, – я снова повернулся к Жанне: – Ну, как он?
– Приходит в себя. Как Грей?
– Норм. Ещё час и он закончит. – в животе заурчало, и я сменил тему: – Поесть приготовишь?
– Сделаю, ты только мальчика не обижай, ладно?
– Да чего ему будет, – попробовал отшутиться я: – Здоровый же чертяка!
– Ему покой нужен. Обещаешь?
– Обещаю.
Она кивнула и начала пробираться из рубки, ну а я, в который раз, начал проигрывать на программном уровне процесс взлёта. И получалось у меня это дело хреново. Проблема была в том, что расположенные в носовой оконечности маневровые были зарыты в грунт планеты. Конечно, выкопать их особой проблемы не представляло – в конце концов под нос, я имею в виду под броневые плиты носа можно было подложить несколько камней, что бы маневровые не упирались в грунт, но при этом оставался вопрос синхронного
