Читаем без скачивания Повседневная жизнь Букингемского дворца при Елизавете II - Бертран Мейер-Стабли

Окруженная своими собачками, за которыми она ухаживает воистину с английской заботливостью, сдувая с них пылинки (мясо, из которого состоит их трапеза, должно быть нарезано на мелкие, строго одинаковые по размеру кусочки, а их корзинки, представляющие собой настоящие кроватки с подушечками и одеяльцами, убирают и меняют ежедневно), старая дама пользуется таким благорасположением обслуживающего ее персонала, что, можно сказать, они ее холят и лелеют. Ежегодно на Рождество королева-мать дарит всем членам персонала подарки стоимостью в 45 евро (каждому). В ответ она обожает получать подарки в виде шоколадок с мятной начинкой.

Разумеется, несмотря на свой образ идеальной бабушки, королева-мать иногда проявляет темперамент, который некоторые считают «пассеистским», то есть настроенным на уход от действительности в прошлое. Так, например, она была возмущена, когда в 1992 году ее дочь была вынуждена платить налоги! Точно так же она не любила и «шалости» Дианы, точнее, ей страшно не нравились ее похождения и выходки. На свадьбе ее внука Эдуарда она одна была в шляпе… как говорится, традиция обязывает… На протяжении ее жизни тучи не раз сгущались над ее головой, в них не было недостатка… Королева-мать очень сожалела впоследствии о своей непримиримости и непреклонности, проявленных в «деле с Таунсендом», но это было потом, когда она узнала о глубокой привязанности Маргарет к возлюбленному. Но, как она сама как-то заметила: «Горе эгоистично и ограниченно». Элизабет Анджела Маргерит Боуз-Лайон, ставшая впоследствии Елизаветой, женой и вдовой Георга VI, выбрала солнце, жизнь и ее радости. Она является одним из столпов королевской власти Великобритании, она всегда полна решимости служить доказательством истинности слов из знаменитой редакционной передовицы «Таймс»: «Она проявила добродетели, мужество, достоинства и силу обыкновенной жизни в жизни необыкновенной. Она сделала монархию гораздо более доступной и естественной, гораздо менее суровой, чем она была при предыдущих поколениях монархов».

Другим главным персонажем пьесы под названием «Корона Британской империи» является Филипп, герцог Эдинбургский, принц-консорт Великобритании и Северной Ирландии. Его скорее уважают, чем действительно любят, по причине его воистину германской жесткости и суровости, а также его едкого, язвительного юмора и умения всегда говорить правду в глаза, не стесняясь в выражениях, что он всегда и делает ради пользы Великобритании и ради благого дела.

Его жизнь могла бы стать всего лишь длинной чередой горьких разочарований. Сколько же было поводов для обид и злопамятности в жизни этого настоящего «мачо», вынужденного уступить главную роль своей супруге-королеве, и сколько причин для злобы он должен был отогнать от себя! И в то же время сколько он осуществил свершений! Герцог — вовсе не пассивный персонаж, хотя он и является прежде всего бесконечно преданным королеве и жене принцем-консортом. Это человек любознательный и открытый для восприятия современных идей. Он хочет использовать свое положение для того, чтобы быть плодотворным созидателем. Некоторые думают, что было бы лучше, если бы он продолжил свою карьеру в военном флоте, но так думают далеко не все. «Он гораздо в большей степени состоялся как человек и мужчина в качестве герцога Эдинбургского, чем состоялся бы, останься он на службе во флоте», — уверяет лорд Бакстон, горячий поклонник герцога, в особенности из-за его успехов в сфере борьбы за экологию.

Так кем же предстает принц Филипп в глазах королевы? Своеобразным «иконоборцем»? Отрицателем традиций? Он — единственный мужчина, которого она любила. Судьба позволила ей выйти за него замуж Они оба — потомки королевы Виктории, праправнук и праправнучка, ведь ее не зря называли «бабушкой Европы»; Елизавета является праправнучкой Виктории по отцовской линии, Филипп — по материнской, потому что его мать Элис Батгенберг — внучка младшей дочери Виктории. Но кроме этого отдаленного родства их ничто не связывало, ибо обстановка, в которой они росли в детстве, воспитание, образование и условия формирования личности у них со всех точек зрения были совершенно различны.

Когда Елизавета в тринадцатилетнем возрасте впервые встретила Филиппа, она влюбилась в него с первого взгляда; спустя десять лет она вышла за него замуж Он ради нее отказался от военно-морского флота: летом 1951 года герцог Эдинбургский был вынужден оставить службу и взять отпуск на неопределенное время; он вернулся в Лондон, потому что король Георг был тяжко болен: у него был рак легких. Во время государственного визита в Канаду и Соединенные Штаты юмор и антиконформизм герцога не раз способствовали разрядке атмосферы, к тому же все восхищались тем, как он сумел взять руководство визитом в свои руки и как заботливо направлял на верный путь жену. Во время приемов и нескончаемых торжественных шествий в честь гостей он умел развеселить ее шуткой или дерзким, но уместным замечанием. Когда супруги возвратились в Лондон в середине ноября, Георг VI выразил герцогу свою признательность, назначив на должность личного советника. Филипп дал клятву верности 4 декабря 1951 года. Состояние здоровья монарха оставалось вроде бы стабильным, и повседневная жизнь вошла в спокойную, размеренную колею. Филипп, казалось, уже привык к семейной жизни и позабыл жизнь гарнизонов.

Однако герцог не переставал удивлять. Полицейскому, остановившему его за превышение скорости на одной из лондонских улиц, он холодно говорит: «Я опаздываю, у меня назначена встреча с архиепископом Кентерберийским!» (что было правдой). Во время рождественских каникул 1951 года в Сандрингеме он в какой-то дождливый, промозглый день после полудня предложил совершить пешую прогулку по сельской местности. Елизавета отказалась, и один из слуг тотчас же услышал мгновенную реплику: «Ну и оставайтесь, дорогая маленькая дурочка!» Рассказывают также, что однажды, перед тем как королева должна была начать произносить речь, он, полагая, что микрофон не включен, пробормотал супруге ободряющие слова, достаточно хорошо различимые: «Не смотри так грустно, подружка-дурнушка!» Филипп ведет себя непосредственно, естественно, со свойственной ему прямотой и никогда не пытается оправдываться. Под любезными манерами он скрывает свою непредсказуемость, иногда даже излишнюю прямолинейность и непреклонность. Но столь цельный характер и мужское начало вместе с огромной энергией составляют неотъемлемую часть его очарования, и Елизавета его любит, и он любит ее, хотя их брак, это очевидно, зиждется на союзе двух противоположностей. Если говорить про атмосферу, царящую в этой семье, то барометр далеко не всегда указывает на «ясно». За годы, прожитые этой четой в браке, многие слуги присутствовали при яростных спорах и даже ссорах. Жить с Филиппом нелегко, он часто демонстрирует склонность к тирании, но Елизавета умеет отстаивать свои позиции и взгляды.

На самом деле в противоположность королеве Виктории, сделавшей Альберта принцем-консортом и одновременно своим личным секретарем, Елизавета никогда не хотела давать своему мужу «политическую роль». Принц Филипп, кстати, тоже никогда не пытался официально получить титул принца-консорта, он предпочитает не иметь доступа к политическим делам, остающимся исключительными «владениями» или «полем деятельности» королевы, а довольствуется титулом принца Соединенного Королевства, пожалованным ему в 1957 году.

Единственная миссия, которую Филипп разделяет со своим предком-консортом, — это поддержка науки и техники: он является президентом Британского сообщества содействия научному прогрессу.

Принц Альберт, обладавший воистину энциклопедическими познаниями, проводил в ожидании Виктории долгие часы в занятиях музыкой, исполняя на органе сонаты Мендельсона, или работал над проектами разумного распределения удобрений в сельском хозяйстве, или чертил планы различных архитектурных сооружений; Филиппу далеко до столь высокого культурного уровня, и он сам это признает: «Из-за войны мое поколение, вероятно, является наименее культурным поколением нашего времени».

Филипп никогда не проявлял ни малейших личных амбиций, никогда не демонстрировал признаков горечи или злости от сознания того, что он — всего лишь второй номер; это подтверждает один из его бывших шталмейстеров: «Я знаю, что его первейшей заботой всегда было служить и помогать королеве. Ничто никогда не менялось для него, и ничто его никогда не останавливало». Так, его ни разу не «застигли на месте преступления», то есть не смогли обвинить в лени во время восьмидесяти официальных (государственных) поездок, совершенных с 1952 года в сто двадцать стран. Постепенно Филипп стал почетным гражданином Акапулько, Белфаста, Бриджтауна, Барбадоса, Кардиффа, Чикаго, Эдинбурга (ну, это-то пустяки!), Глазго, Гринвича, Лондона, Лос-Анджелеса, Мельбурна, Монтевидео и Найроби. Он был награжден двадцатью двумя зарубежными орденами (от Большой орденской ленты через плечо бельгийского ордена Леопольда до югославского ордена Звезды I степени), он был удостоен звания «почетного доктора» более чем в двух десятках университетов (в том числе в Оксфорде), он опубликовал более десятка различных книг, он оказывает поддержку и покровительство семнадцати гольф-клу-бам и семидесяти двум яхт-клубам, является президентом или председателем сотни ассоциаций, союзов, объединений и сообществ. Диапазон этих сообществ весьма широк: союзы любителей парусного спорта, аэронавтики (воздушного спорта), артиллеристов, рыбной ловли, общество Красного Креста, общество автолюбителей, союз альпинистов, совершивших восхождение на Эверест, и общество защиты природы. По поводу последнего общества некоторые шутят, что стать его президентом принца вдохновил тот факт, что в XX веке монархи могли бы тоже фигурировать среди существ, находящихся под угрозой исчезновения!