в танце! Неведомый, но напрочь отшибленный, архитектор сумел запечатлеть движение так ярко, что казалось будто бы окружение реально начинает двигаться, стоило ему только оказаться в зоне периферийного зрения. Возвращал взгляд на место и все вновь замирало, но не теряло от этого своего великолепия. При этом двойной орнамент был слегка сдобрен чудными цветами и блескучими драгоценными каменьями, что добавляло сказочности и без того волшебному месту.
Под стать стенам лабиринта оказались и небеса над ним, дневное и ночное небо сошлись там эпической головоломкой, облака переплетались со звездами, радуги с метеорами, лучи лунного с лучами солнечного света. При этом ни солнца, ни луны на небе не наблюдалось.
Пол лабиринта устилала прозрачная, словно горный хрусталь, река, прочно замороженная временем. В толще воды застыли водоросли, пузырьки воздуха, цветастые рыбки. Водная дорожка скрывалась за многочисленными поворотами, на ее дне просматривались ракушки и морские звезды.
В центре лабиринта возвышался острый шпиль, состоящий из всех трех элементов, из статичной воды, из камня и из растений. Шпиль был очень высок, не как тот золотой шпиль, что виден наяву на юге, но тоже впечатлял. Если присмотреться, то становилось понятным, что сплетение двойных небес хоть и выглядят на первый взгляд хаотичным, но на самом деле имеют некий центр как раз над тройным шпилем. Чисто визуально шпиль чем-то напоминал винтовой рог единорога и, опять же чисто визуально, было до него километров пять ходу.
Ну что ж, лабиринт, пожалуй, посложнее двух предыдущих испытаний будет. Тут же не просто пройти, тут пройти к центру требуется. Плюс к этому совсем не удивлюсь, если в центре меня будет ждать какой-нибудь минотавр, очередной страж, и в этот раз, скорее всего, просто на понт его не взять, а я так и не понял, как можно сражаться во сне. Дело в том, что во сне у меня не было не только одежды; так же я не ощущал боевого тела — в том месте, где оно должно было быть зияла пустота, словно слот под него во сне пустовал. Не было и ощущения заряда огня, и в целом — не было ощущения ульты. Иконка тела тоже отсутствовала. Были только браслеты.
При этом браслеты предупреждали меня об опасности, когда я шел к Дубу сквозь туман, и наливались холодом, когда я побежал на варкалапа. Значит план такой — увижу минотавра, кинусь на него и начну фигачить холодными браслетами по голове, авось сработает. К слову, хоть чувства ульты не было, но модуль бега на браслетах остался, интересно, загорится на нем огонек если я побегу? Или бег во сне — это не бег?..
Теперь с лабиринтом. Перво-наперво я осмотрел стены. Увидеть русалок хотелось так сильно, что аж дух перехватывало, поэтому я решил попробовать пробиться сквозь стены напрямик. Детальный осмотр выявил, что каменные компоненты стен твердые и не пробиваются, а растительные мягкие, но не отрываются. Причем композиция этих элементов была не просто хаотичным узором, как мне показалось вначале; чем дольше я вглядывался в стену, тем яснее понимал, что она похожа на страницу книги, или скрижали, поскольку каменные элементы были подложкой, а растительные буквами. Но если сбить фокус и сфокусироваться вновь, то все выворачивалось на изнанку, растительные элементы становились подложкой, а каменные буквами. Если присмотреться к цветам и драгоценным камням, то они тоже образовывали символы, но более угловатые, похожие больше на узловые точки рун. Осматривая стену в таком режиме, я нечаянно перевел взгляд на пол, на запертую временем поверхность реки, и оказалось, что буквы есть и там, пузырьки, водоросли и рыбешки складывались в символы неведомого алфавита, правда размещенного в 3D, а камешки, ракушки и морские звезды на дне имели сходство с рунами. Да и небо не сильно отстало от стен и пола, завитушки облаков складывались в строчки текста, а россыпи созвездий в вершины рун.
Я более внимательно посмотрел на стену, начал водить пальцем по строками и о чудо, буквы стали принимать понятное начертание, и, кажется, складываться в слова. Читаемые, вернее различаемые, но не читаемые, поскольку оставалось не понятно на каком именно языке это написано.
Блин, что я делаю? У меня там внутри две голые русалки, красивые как мечты, ждут, скучают, надеются, а я книжку решил почитать?! А минотавр, как знать, может там к ним уже шары прокатывает! Нет, Шурик, это не наш метод…
Я стремительно двинулся по лабиринту, три развилки поворачивал направо, в сторону центра, после чего «направо» кончилось. Я вернулся назад до ближайшей развилки, и оказалось, что там было и второе ответвление направо, но только в другую сторону, против хода часовой стрелки. Его не было видно изначально, или, возможно, его просто здесь раньше не было. Еще два поворота, уже налево, к центру лабиринту, и опять тупик. Не-е-е, так дело не пойдет.
Не знаю, на что рассчитывали разработчики этой локи, наверное, на честную игру, на джентльменов, а ни на такого «багоюзера» и «эксплойтера», как я. Но если играть по правилам, то никогда не выиграешь, казино всегда в плюсе. Как говорят в той же Англии — если правила игры не позволяют выигрывать, джентльмен меняет правила. И я поменял — залез на стену.
Тут дело пошло живее, и не удивительно, ведь кратчайший путь между двумя точками это прямая, а я по прямой и бежал, перескакивая со стены на стену. Минут через десять я был уже в центре лабиринта. Я воинственно огляделся, разминая пальцы рук, в поисках пресловутого минотавра, но, к большому облегчению не нашел такового, и радостно двинулся в сторону русалок.
Русалки, обнявшись, сидели возле скрученного шпиле-рога, и смотрели на меня большими испуганными глазами. Как пара котят. Я заподозрил неладное, замедлился и поднял руку в приветственном жесте. Русалки завизжали и бросились в россыпную, каждая в свою сторону. Я с недоумением смотрел то на одну, то на другую. Округлости совершенных, в моем понимании, поп, под незатейливое звуковое сопровождение методично удалялись от меня в противоположных направлениях, прямиком к выходам из этой центральной части лабиринта, коих тут оказалось ровно двенадцать.
Что это, очередная игра? Опять догонялки? Мне надо выбрать за кем гнаться? Вот ведь, зараза… И ведь испуг-то наигранным не казался, ну или сыгран был очень хорошо. За русалками я не погнался, сел на их место и поочередно переводил взгляд с одного удаляющегося мягкого места на другое. Вопрос, который я старался для себя решить был архиважным: кто из них красивее и кто
