угрызения совести? Как ни крути, а совершённое, никак не могло быть отнесено к законным действиям, скорее, к уголовным! А вот ни капли! После всего пережитого, они чётко понимали, закон и справедливость, вещи, далеко не однозначные. А те, кто за всем этим должен был следить со стороны государства, как правило, сами, клали на этот закон, большой и толстый болт, используя его для собственной наживы. А потому, совершённое, оба считали справедливым возмездием и были готовы и дальше нести его в массы. Тайно. Так как сделать всё по закону, зачастую, не представлялось возможным. А Дружина, очень неплохо оплачивала такой труд.
Официально, оба работали в частной транспортной компании, вернее, пока, ещё учились управлению новой техникой прибывающей из Венедии. Вот с оказией и с венедскими инструкторами, привезли груз в родное село Михаила, где его семья получила выгодный кредит на строительство небольшого фруктового склада. Оборудование и материалы для монтажа. Вокруг было полно садов, где выращивалась масса фруктов и почти совсем, отсутствовали современные складские мощности, для хранения урожая. Перекупщики, в сезон, скупали урожай за бесценок, так как сохранить его, в полном объёме, не представлялось возможным. Веремеевы, должны были несколько подправить данную несправедливость. Беспроигрышный бизнес. Тем более Веремеевым, такую фамилию носил Михаил, руководство компании, обещало содействие со сбытом. Бригада монтажников, уже споро трудилась над возведением складского комплекса.
Насколько знал Иван, в округе, ускоренно, строилось ещё несколько таких же. Сезон сбора урожая уже вовсю бушевал на Северном Кавказе и Веремеев старший, уже договорился со многими соседями купить, по справедливой цене их фрукты, а кому и предоставить отдельные боксы для хранения в аренду.
Без помощи людей из Дружины, помогавших на всех стадиях процесса, от пробивания земли для склада, подключения к энергосетям, до ускоренного оформления кредитно лизинговой программы и предоставления бригады монтажников, прикатившей аж из самой Венедии, уложиться в такой короткий срок, сами Веремеевы, ни за что бы не смогли. Да и денег на закупку фруктов, после всех вложений, у них бы точно не осталось. И так то, едва наскребли на первоначальный взнос. Но, Дружина опять помогла, предоставив льготный заём, без поручителей и банков, наличкой.
Перспективы так быстро подняться, были настолько головокружительные, что Иван и сам бы от такого не отказался. Он закидывал удочки насчёт этого, только уже применительно к своей малой родине и с сожалением узнал, что программа, пока, рассчитана только на Северокавказский регион. На большее, у их патрона, под каковым, все это негласно понимали, является правящее семейство Венедии, денег просто не было. О чём, ему прямо и поведали. А заодно, ясно дали понять, что людей на всё просто не хватает. Последнее, Иван и сам видел.
Новоиспечённых дружинников, начали привлекать к тайным операциям организации, едва ли не сразу после вербовки, настолько остро стоял кадровый вопрос. Благо, они уже имели какую то подготовку и даже, боевой опыт.Впрочем, въедливого собеседования со штатным психологом и скрупулёзного тестирования, всё равно избежать не удалось. В будущем, как только уляжется основной ажиотаж и спадёт острый кадровый голод, обещали отправить на стажировку в Венедию.
А пока, медленно пополняемый состав Дружины, а брали в неё, далеко не всех, был плотно задействован на месте. Больно уж неспокойным был регион. Мало было чеченских банд и прочих экстремистских, религиозных группировок, армейской и чиновничьей мафии паразитировавшей на войне. Так ещё и в считающихся мирными республиках Северного Кавказа, процветал местный этнокриминал, плотно срощеный с административными структурами на местах. Кураторы из Венедии, однозначно предсказывали бандитские наезды на новых предпринимателей, вырывающих прибыльный бизнес у местных дельцов. Люди нужны были на месте, что бы отбить первый накат.
Не верить куратору, не было никаких оснований. Недели не прошло, как они с Михой, участвовали в подобном же деле. Только оно, случилось на востоке Ставрополья. Засушливый степной регион, где давно уже селились выходцы из Дагестана постепенно выживая оттуда местных, даже Ногайцев. Как оказалось, среди этих переселенцев, было полно религиозных экстремистов и боевиков, решивших до времени, залечь на дно. Впрочем, далеко не все. Некоторые, обнаглев от безнаказанности и продажности местной власти и особенно, правоохранительных органов, чуть не открыто прессовали местных жителей отжимая у них землю и скот.
Рейд проводили, словно находились на вражеской территории. В операции участвовало шестеро венедов, по двое в каждой четвёрке. Ещё шесть человек из собранной группы контролировали периметр.
К горскому хутору, или кишлаку, Иван не знал как правильнее это было назвать. По виду, скопление бог весть как слепленных саманных домиков, сараев и загонов для скота облепивших по периметру основную хозяйскую усадьбу добротно выстроенную из кирпича. Подобрались ночью, пешком. Каждый был снаряжён не хуже самого продвинутого спецназовца. Иван и не подозревал, что такое снаряжение бывает. Удобнейший комбез, броник идеально подогнанный под фигуру, разгрузка, каска с очками ночного видения и тепловиком, гарнитура с маленькой рацией и таблеткой динамика в ухе и ещё куча разных мелочей, создающих ощущение, что ты в попал в какое то будущее. Оружие, тоже было под стать. Компактное, удобное и бесшумное. Где то в небе, тихо парил беспилотник контролируя обстановку ещё и сверху. Чего бы так не воевать? Оставалось только горько сожалеть, что ничего такого у них, в Чечне не было. Хрен бы боевики смогли устраивать свои засады, если бы, хотя бы беспилотные птички, смогли российским войскам помогать сверху.
Развед данные, говорили, что на точке находится не менее пятнадцати человек. Пленными, решено было особо не заморачиваться, слишком рискованно, разве что в конце.
Первым, досталось собакам, как обычно, почувствовавшим первыми угрозу. Кое где, это оказалось даже удобно, хозяева домов выходили успокоить своих псов и получали пулю. Потом, быстрый врыв внутрь дома и стремительная зачистка. Благо, женщин, почти не было, а тех, что были, сочли соучастниками и заранее приговорили. Это была война, не до сантиментов. Хоть и с трудом, но Иван вынужден был признать эту аксиому. Он уже навидался таких баб, крикливых, наглых, уверенных в своей безнаказанности. Ну как же, всем было известно, русские не трогают женщин и детей, чего не скажешь о них самих, всегда готовых устроить подлость и ударить в спину, задержать неверных, встав живым щитом перед бронированной колонной, пока их соплеменники зажали в засаде и перемалывают русский отряд, к которому они, не дают вовремя подойти подкреплению. А укрывательство боевиков и рабов из славян? Сотни тысяч русских, изгнанных и убитых в Чечне! Их дагестанские подельники, мало чем отличались от своих чеченских собратьев. Только теперь, они
