сказали бы, что пассивное начало есть сопротивляющееся действию, а активное – преодолевающее сопротивление. Изменение является с этой точки зрения борьбою обоих противоположных начал, стремлением каждого отдельного начала сохранить себя и свою природу, несмотря на невозможность выполнить это при существовании другого начала. В изменении оба начала являются, таким образом, как бы лишенными части своей сущности: в нем ни начало пассивное не остается тем же и там же, ни начало деятельное не движется абсолютно свободно; первое и изменяется, и перемещается, второе – задерживается, замедляется.
Так как всякое изменение по своей сущности есть сложение и разделение, то в чистом виде начало пассивное есть слагаемое и разлагаемое, а начало активное есть слагающее и разлагающее. Но сложение и разделение есть изменение отношений единичного существующего к частям общего условия своего – пространства, есть выход слагающегося и разлагающегося из тех частей пространства, которые они прежде занимали, и вступление в другие части пространства. Поэтому сущность пассивности заключается в связанности существующего пространством, в его крепости этому пространству; а сущность деятельности состоит в стремлении разорвать эту связь, преодолеть эту крепость.
Замечательно, что если начало пассивное может еще быть и вещественным и невещественным, то начало деятельное никогда не бывает вещественным, материальным. И это тем любопытнее, что ему-то именно принадлежит такое великое значение в общем порядке мировой жизни, такое господствующее положение над всем, что лежит в Космосе. И в самом деле, человек никогда не наблюдает деятельных начал в природе – перед ним происходят только изменения; его чувства еще ни разу не прикоснулись к этим началам, и только его мышление восходит от движимого к невидимому движителю и от изменяемого к неощутимому изменяющему. Анализ (умственный) явления изменения приводит его к несомненному знанию, что, раз есть изменяемость в природе, есть и нечто деятельное в ней; но что такое это деятельное – он может знать только через посредство начала пассивного, следя за его варьированием под воздействием этого скрытого и загадочного движущего начала. Какая сила стягивает вещество и образует из него миры, что заставляет идею, раз она появилась в сознании, раскрываться в мир нисходящих идей, что движет жизнью народов, пробуждая их, медленно возвышая и быстро низвергая в ничтожество? – все это вопросы, над которыми никогда еще настоящим образом не задумывался человек и в разрешении которых более интереса и трудности, нежели во всем, быть может, над чем до сих пор думал он.
Основными атрибутами изучаемых элементов изменения нам представляются: для начала пассивного – способность, для начала деятельного – стремление и для момента соединения их – преходимость. Первый из этих атрибутов указывает на бессилие того, чему принадлежит он, измениться; и вместе с тем на возможность для него вступить в генезис под воздействием другого начала, – т. е. именно на то, что мы замечаем в начале пассивном: оно и в изменении остается только «способным», потому что изменяется не само собою, и в покое не лишено «способности», потому что может измениться при некоторых условиях. Таким образом, «способность» является атрибутом начала пассивного на всем протяжении его существования, как потенциального, так и реального. Но он «основной» в этом начале не по одному тому, что неизменно пребывает в нем, но – и это главным образом – по следующему: выражая собою сущность пассивности атрибут этот и отличителен и существен для начала пассивного, а устанавливая отношение рассматриваемого начала к изменению он есть именно то, что, отыскивая или не находя в существующих вещах, мы относим их или к деятельным началам, или к началам только «способным воспринимать на себя действие» (пассивным). Второй атрибут, стремление, напротив, характерен для начала активного и существен в нем. Он так же постоянен в этом начале, проявляясь в «деятельности» – когда есть объект у него, и в «напряженности» – когда нет этого объекта. Потому что действие есть осуществленное стремление и удовлетворенная напряженность; а напряженность есть неудовлетворенное стремление, есть деятельность неосуществленная, ни на что не перешедшая и вся сосредоточенная в самом деятеле. И подобно тому как по присутствию или отсутствию «способности» к изменению мы распознаем в существующем начало пассивное, так же точно, смотря по присутствию или отсутствию «стремления» изменить, мы распознаем в нем начала деятельные. Что же касается до третьего из указанных атрибутов – преходимости, – то он в самом деле характерен для момента соединения обоих начал. Обладая двумя формами существования – потенциальною предустановленною в возможности соединения обоих противоположных начал, и реальною – в самом соединении их, он пребывает в первой форме постоянно, во второй же, в той, в которой и существует единственно истинно, – он пребывает лишь миг: он как бы только «переходит» через реальную форму бытия своего, но не пребывает в ней; потому что, едва вступив в нее, он исчезает, так как оба начала тогда уже соединены, но не соединяются. Поэтому нигде, быть может, «настоящее» времени не является так ярко в своей сущности, как здесь: начальный момент генезиса не имеет реальной формы существования ни тогда, когда он еще не вступал в эту форму, ни тогда, когда уже вступил, но только пока вступает; исчезновение наступает для него в тот же момент, как и существование.
Кроме этих основных атрибутов, есть, без сомнения, в обоих началах и в моменте соединения их и много других любопытных свойств. Так, напр., в части деятельного начала, именно в силах природы, уже открыто свойство неисчезаемости, которое так ошибочно было названо «законом сохранения сил», потому что никакого соотношения – а в нем состоит сущность всякого закона – здесь нет и ничего этот мнимый закон не регулирует, как регулирует всякий другой закон. Это свойство неисчезаемости, быть может, присуще не части только деятельного начала, но всему ему; и в таком случае его следовало бы проверить и распространить и на силы, движущие рост организмов, и на силы, порождающие психические и общественные явления и процессы.
Начала пассивное и деятельное, будучи источником изменения, через которое все происходит, и сами не лишены этой стороны бытия – происхождения. Рассмотрим ближе, что может быть сказано об этом происхождении. Нет сомнения, что оба начала одновременны всему, что есть существующего, потому что именно существующее-то и распадается на эти начала; так что происхождение их, если только оно когда-либо имело место, должно быть отодвинуто так далеко, как далеко простирается в прошедшее существование самого Космоса. Но уже и теперь, т. е. до открытия самых причин обоих начал, может быть отмечено одно различие в способе происхождения их: именно пассивное начало, происходя, было создано некогда, а активное начало вечно исходит откуда-то; первое
