комок глины, но и многое другое, столь же разнообразное, как и самые эти способы. Все эти процессы, которые производят разные неопределенные вещи, и притом такие, которые могут быть произведены не только этими, но и разнообразными другими способами, которые все и предусмотреть невозможно, мы и называем процессами неопределенными. Таким образом, сущность этой неопределенности состоит в двойном отсутствии необходимости: не необходимо эти процессы производят
те вещи, которые они производят; и производимые ими вещи не необходимо производятся путем
этих процессов, которые их произвели. Напротив, растение, напр., или животное, или кристалл постоянно и неизменно происходят через один какой-либо процесс, который необходимо должен повториться, чтобы повторилась вещь, им производимая. Таким образом, сущность определенности здесь лежит в двойной необходимости: и процесс определенный необходимо производит, совершаясь, одну и ту же вещь – творит индивидуумы одного рода в существующем; и эта вещь необходимо производится одним и тем же определенным процессом – творится неделимым одного рода в совершающемся.
Ясно, что процессы неопределенные имеют большее распространение в природе, чем процессы определенные: все, что не закончено, не сформировано, не установлено окончательно природою, производится ими. Область же процессов определенных не столь обширна, но зато более совершенна: все немногое и лучшее, что лежит в Космосе, производится ими.
Определенные процессы распадаются по соотношению элементов, из которых состоят они, на три вида: замкнутые, раскрывающиеся и сомкнутые. Под замкнутыми процессами я разумею такие, из которых каждый существует независимо от других, не продолжая и не подготовляя их; которые, таким образом, произведя что-либо, как бы замыкаются этим произведенным и им ограничиваются в своем существовании и в своем действии. Таков, напр., процесс образования кристалла: раз кристалл появился, процесс, его образовавший, – завершился окончательно; при воспроизведении нового кристалла процесс совершится снова, но это уже будет другой процесс, совершенно изолированный от первого и не связанный с ним никаким отношением, кроме сходства. Под процессами раскрывающимися я разумею такие процессы, которые в своем поступательном развитии представляют ряд преемственных форм, из которых каждая предыдущая скрыто содержит в себе последующую и каждая последующая, выходя из предыдущей, раскрывает собою ее внутреннее содержание. Это есть самая типичная и самая совершенная форма процессов и генезиса вообще. Замечательно, что она совпадает по своей сущности и по своему строению с процессом раскрытия идей, где также идея общего значения раскрывается в ряде идей более низших, из которых каждая, в свою очередь, снова и снова распадается на свои низшие идеи и т. д. до мира конкретных представлений. В пример этого вида процессов можно привести образование животного или растения и также развитие личности и государства. Под процессом сомкнутым я разумею такой процесс, который представляет собою неизменное и постоянное повторение одного и того же элемента, где, таким образом, некоторое определенное изменение, заканчиваясь, подходит к тому же, с чего началось, и это начинающееся снова воспроизводит предыдущее изменение; так что генетирующее начало представляется здесь как бы вечно движущимся в некоторой форме, из которой нет выхода в сторону, но которая допускает постоянное движение вперед, так как ее конец сомкнут с ее началом. Как на пример такого процесса можно указать на обращение небесных светил.
Относительно сил, которые движут эти различные виды генезиса, и относительно законов, которые управляют ходом этого движения, можно заметить вообще, что в явлениях и в процессах неопределенных они (законы и силы) отличаются одновременно и простотою и общностью, а в процессах определенных – сложностью и ограниченностью распространения. И в самом деле, законы и силы всех неопределенных изменений – будут ли то явления или процессы – по своей природе всегда неразложимы, т. е. они не сводятся ни к каким низшим, простейшим законам и силам; далее, по происхождению своему они все суть первоначальные силы и законы природы, ничем не произведенные в ней; и, наконец, по сфере своего действия они суть всеобщие законы и силы Космоса, которым подчинен он и в своем целом и во всех частях своих, не исключая и тех даже, которые имеют для себя отдельные специальные законы и производятся отдельными специальными силами. Таковы, напр., простые, первоначальные и всеобщие силы и законы движения, этого типичного представителя неопределенных процессов; таковы же силы и законы давления, сжатия, сцепления и многие другие, производящие неопределенное множество вещей и явлений в природе. Силу движения, напр., нельзя свести к синтезу никаких других сил, и законы движения не суть произведение каких-либо еще более всеобщих и низших законов; далее – нет ничего, что не было бы подчинено этим силам и этим законам: движется и в движении управляется ими не только вещество, не сформированное в определенные виды, как-то: газы, жидкости, камни, но так же и кристаллы при своем случайном падении, и растения, и животные, и все, словом, что управляется в своем возникновении и существовании некоторыми отдельными законами и подчинено некоторым специальным силам.
Напротив, определенные процессы движутся силами и управляются законами не простыми, но сложными и не первичными по происхождению, но производными; и подчиняется им не все, лежащее в Космосе, но только некоторые строго определенные области его. И в самом деле, силы и законы, действующие, напр., в организмах, несомненно состоят частью из сил и законов, действующих механически, потому что в этих процессах мы замечаем движение, давление, обмен веществ и другое прочее, что не может совершаться без участия обычных элементов механического изменения; но также несомненно, что эти механические силы и законы сложены здесь с некоторыми другими силами и законами, потому что, распространенные повсюду в Космосе, они не производят нигде того, что мы наблюдаем в организмах. Ясно, таким образом, что то, что движет и что регулирует жизненные процессы – определенные по своей природе – есть синтез простых механических сил и законов с некоторыми другими, частью уже известными, частью еще не открытыми силами и законами. Также в определенном процессе образования кристалла мы замечаем, что присутствует не только притягательная сила и ее простой закон, но притягательная сила, еще осложненная чем-то, потому что здесь вещество не только стягивается, но еще и стягивается в определенные геометрические фигуры; и уже по одному производимому действию не трудно отгадать, что мы имеем здесь синтез движущей силы с силою направляющею. Наконец, в движении небесных светил мы замечаем синтез сил центростремительной, центробежной и той, которая, будучи произведением первоначального толчка, действует по касательной к тем кривым линиям, которые описывают в своем движении небесные тела. Этот же синтез, наблюдаемый в силах, наблюдается и в законах рассматриваемого движения: они не суть законы простого движения, совершающегося по прямой линии, но
