Ещё недавно идея показалась бы ему соблазнительной.
Откинувшись в кресле, Лео спокойно и отстранённо разглядывал собеседницу.
— Я не собираюсь отрицать своих прошлых грехов. Но, несмотря на всё, что… а возможно, именно поэтому… идея подобного брака совершенно меня не привлекает.
По тому, как застыло лицо Ванессы, Лео понял, что удивил её. Она долго не отвечала.
— Возможно, вам стоит пересмотреть своё мнение, милорд. Любая другая женщина будет разочарована в вас, станет вас стыдиться, а со временем и ненавидеть. В то время как я… — она отработанным движением приложила руку к сердцу, привлекая его внимание к своим идеально- округлым грудям, — никогда и ничего не стану от вас ждать.
Союз, предложенный Ванессой Дарвин, являлся идеальным средством для большинства аристократов. Бездушный и цивилизованный до невозможности.
— Но мне необходимо, чтобы от меня хоть кто-нибудь чего-нибудь ждал! — неожиданно для себя произнёс Лео.
Смысл этих слов пронзил его, точно молния. Он что — действительно сказал это? И он и впрямь так думает?
Да. О, Господи!
Когда и как он успел так измениться? Он дрался не на жизнь, а на смерть, чтобы освободиться из цепких лап горя и ненависти к себе. Где-то по пути он прекратил желать смерти, но это, конечно, вовсе не то же самое, что жаждать жизни. На некоторое время ему было довольно и этого.
До встречи с Кэтрин. Она пробудила его, как струя холодной воды в лицо. Она заставила его желать стать лучше не только ради неё, но и ради самого себя. Он так и знал, что Кэтрин толкнёт его за грань. Боже правый, как же сильно она толкала его. И ему это нравилось. И он любил её. Свою маленькую очкастую воительницу.
«Я не позволю вам упасть — сказала она ему в тот день, когда его ранило на развалинах, — я не позволю вам превратиться в монстра». Она говорила серьёзно, и он поверил ей. Тогда-то всё и переменилось.
Как же он не хотел полюбить кого-то вот так… и всё же это было восхитительно. Он ощущал себя, как если бы его душа пылала, будто весь он горел нетерпеливой радостью.
Почувствовав, как на щеках выступает румянец, Лео глубоко вдохнул и медленно выдохнул. Он улыбнулся, подумав, как забавно и неудобно всё обернулось: он любит одну женщину, а предложение ему только что сделала другая.
— Мисс Дарвин, — мягко сказал он, — ваше предложение делает мне честь. Но вы хотите заполучить мужчину, которым я был когда-то, а не мужчину, которым я стал.
В тёмных глазах Ванессы мелькнула хитрая улыбка:
— Вы хотите сказать, что полностью изменились. И думаете отказаться от собственного прошлого?
— Вовсе нет. Просто я питаю надежды на лучшее будущее. — Он сделал рассчитанную паузу. — Невзирая на проклятие рода Рэмси.
— Вы совершаете ошибку, — очаровательное личико Ванессы напряглось. — Я знаю, что вы никогда не были джентльменом, но не считала вас глупцом. Вам лучше немедленно удалиться. Похоже, вы ничем не можете быть мне полезны.
Лео послушно поднялся. Перед тем, как уйти, он остановился и бросил на девушку проницательный взгляд:
— Я не могу удержаться от вопроса, мисс Дарвин… почему бы вам просто не выйти замуж за отца ребенка?
Оказалось, что догадка верна.
Глаза Ванессы на мгновение округлились, потом она снова овладела собой.
— У него слишком низкое происхождение, — напряжённо произнесла она, — я несколько более разборчива, чем ваши сёстры, милорд.
— Какая жалость, — пробормотал Лео, — похоже, неразборчивость сделала их очень счастливыми. — Он вежливо поклонился. — Прощайте, мисс Дарвин. Желаю вам удачи в поисках мужа с не слишком низким происхождением.
— Мне не понадобится удача, милорд. Я выйду замуж и очень скоро. И нисколько не сомневаюсь, что мой будущий муж будет просто счастлив вступить во владение Рэмси-Хаусом.
Вернувшись вместе с Поппи в гостиницу после утренней встречи с портнихой, Кэтрин задрожала от удовольствия, войдя наконец в апартаменты Ратледжей. На улице шёл ливень, чьи крупные ледяные капли предвещали скорое наступление осени. Несмотря на плащи и зонты, им с Поппи не удалось остаться полностью сухими. Они обе бросились к камину в комнате и встали у пылающего огня.
— Гарри скоро вернётся с Боу-стрит, — сказала Поппи, отбрасывая влажную прядь волос, прилипшую к щеке. Он ходил на встречу с констеблем по особо важным делам и с судьёй, чтобы поговорить о лорде Латимере. До настоящего момента Гарри хранил досадное молчание касательно деталей ситуации, обещая, что после беседы с судьёй всё подробно объяснит. — И мой брат тоже должен вскоре появиться от мисс Дарвин.
Кэтрин сняла запотевшие очки и протёрла их отворотом рукава. Послышалось приветствие Доджера — типично хорьковые хрюкающие звуки, — и немедленно, словно из ниоткуда, появился он сам и бросился к ней. Надев очки, она нагнулась, чтобы поднять зверька, и он закрутился у неё на руках.
— Ах ты, мерзкая крыса, — пробормотала она, поглаживая его длинное гладкое тельце.
— Он любит вас, Кэтрин, — заметила Поппи, улыбаясь и качая головой.
— Ну и пусть, я всё равно при первой же возможности верну его Беатрис. — Однако она украдкой наклонила голову, чтобы Доджер смог поцеловать её в щеку.
Последовали стук, шум открываемой двери, послышался мужской голос. Лео вошёл в гостиную, неся с собой запах дождя и мокрой шерсти. Волосы у него намокли и слегка курчавились.
— Лео! — со смехом воскликнула Поппи. — Какой ты мокрый! Ты что, не брал с собой зонтик?
— Когда идёт косой дождь, никакой зонт не поможет, — информировал он сестру.
— Я принесу полотенце! — Поппи бросилась прочь из комнаты.
Оставшись с Лео наедине, Кэтрин посмотрела на него. Он больше не улыбался и напряжённо вглядывался ей в лицо. Почему он так на неё смотрит? Его дьявольские голубые глаза таили опасность. Похоже, что-то в нём вырвалось на волю.
— Как прошла встреча с мисс Дарвин? — спросила девушка, чувствуя, как по мере его приближения напряжение в ней все растет.
— Очень информативно.
Этот скупой ответ заставил Кэтрин нахмуриться и искать спасения в раздражении.
— О чём она вас просила?
— Предлагала брак по расчёту.
Кэтрин моргнула. Она именно этого и ожидала, и всё же новость вызвала у неё приступ ревности.
Лео остановился совсем рядом с ней, на его лице заиграли блики огня. Крохотные капельки дождя, словно драгоценности, сияли на его загорелой коже. Ей захотелось прикоснуться к ним рукой, губами, попробовать их на вкус.
— И что вы ответили? — выдавила Кэтрин.
— Я, безусловно, был польщён, — спокойно произнёс Лео, — всегда приятно, когда на тебя такой спрос.
