– Это только предупреждение, рабыня, – зарычал он, поднимая кулак. – Убирайся из замка, пока у тебя еще есть ноги, чтобы ходить. В следующий раз… мы не будем столь любезны.
Звонкий удар по лицу, и тьма поглотила ее.
Глава двенадцатая.
Сон был приятным и расплывчатым, наполненным видениями бронзовой кожи и сверкающих голубых глаз. Она чувствовала, как сильные руки эфирной возлюбленной крепко обвивались вокруг нее, вызывая стоны счастья и удовольствия. Восхитительная нега обнимала ее нагое тело, не страстная и стремительная, а медленная, дразнящая, рождающая глубокие стоны в ее груди. Она слышала, как любимая шептала ее имя, и она, улыбаясь, все тесней прижималась к ней, отгораживаясь от всего мира.
– Джес… – как-то резко прервал ее поцелуй чужой голос . – Джес!
– Кейла?
– Джес, это я … Чарльз. – Кто-то осторожно тряс ее за плечо… кто-то реальный. – Давай, Джес. Просыпайся.
Неохотно отпуская от себя дымку волшебного сна, Джессика открыла глаза, и часто моргая, взглянула на Чарльза, сидящего на ее кровати. – Ну все, проснулась. – проворчала она, раздосадованная, что ее прервали на самом интересном месте. Жмурясь, она посмотрела в окно. На улице еще было темно. Она нахмурилась. – Ради Бога, Чарльз, еще темень стоит! – она пихнула его рукой. – Мне такой сон… – она вдруг заметила напряженное лицо молодого лорда. – Что такое? Случилось что-нибудь?
Он кивнул. – Кейлу избили.
Зеленые глаза расширились, наполняясь слезами, – Избили? Что значит избили? Как она? Где она?
Джессика откинула одеяло, но Чарльз настойчиво положил руки ей на плечи, не давая вскочить. – Спокойно. – мягко сказал он. – С ней все в порядке. Эрик Грас уже там, чтобы обработать ее раны. Оденься и я отведу тебя к ней. – он отпустил ее, когда почувствовал, что девушка немного расслабилась.
Полные беспокойства глаза уставились на него. – Как это случилось?
Чарльз встал и отвернулся, чтобы Джессика могла одеться. – Мы не знаем. Когда охранник нашел ее, она была без сознания.
– Без сознания? Что ты хочешь сказать? Ей что… очень плохо?
Он вздохнул, – она очень сильно избита, но Грас сказал, что ничего не сломано. Она… она звала тебя.
– Звала? – она не удержала легкую улыбку и тут же устыдилась. – Когда они ее нашли? Она сказала, что проведет ночь на смотровой башне.
– Около полуночи охранник пошел отнести ей еды. Он нашел ее уже на середине лестницы и бросился за помощью. Грас колдует над ней с тех пор, как ее спустили.
– В полночь? – Чарльз обернулся, девушка стояла одетая в солдатский наряд и гневно сверкала глазами. – Почему никто не пришел и не разбудил меня?
– Ты спала. А она была без сознания. Ты ничем бы не смогла помочь ей. Грас сказал, чтобы ты пришла только после того, как он закончит перевязывать ее. – она поднял руки, предупреждая уже почти разразившую бурю эмоций Джессики. – Джес, тебе нужно было отдохнуть. – Примирительно сказал он. – Сейчас ты будешь нужна ей больше, чем ночью.
Джессика подумала и решила, что он прав. – Но все таки, вы должны были мне сказать. – сказала она прерывающимся голосом. – я бы по крайней мере могла… побыть рядом. Где она?
– В лазарете. Пойдем, я провожу тебя.
Джессика неслась по коридору семимильными шагами, вынуждая Чарльза почти в припрыжку бежать за ней, чтобы не отстать. С размаху распахнув дверь, Джессика ворвалась в лазарет и замерла, увидев своего друга.
– Господи! – прерывистый стон вырвался из ее груди, и она прикрыла рот рукой, из глаз брызнули слезы.
Кейла лежала на широкой скамье, глаза закрыты, грудь неровно вздымается. На ней была простая широкая рубашка. Почти все тело перебинтовано. Лицо было ужасно разбито, один глаз заплыл ярким пурпуром, а на втором лежала зеленоватая припарка, Джессика знала, что такое применяют, когда разорвана кожа. На одной руке наложена деревянная шина, а из под нее выглядывал глубокий порез, зашитый несколькими стежками.
Эрик Грас накладывал последнюю повязку. – Аххх, леди Джессика. Хорошо, что вы здесь. Ваш друг спрашивала о вас. – Старик кивнул Чарльзу, вошедшему с девушкой.
– Правда?
– Она поправится, опасности нет. – Он видел страх и горе, исказившие лицо Джессики, и махнул рукой, чтобы подошла ближе. – Все не так страшно, как кажется. – заверил ее Грас, холодность в его голосе заставила ее задрожать. Она подошла к женщине, чтобы коснуться ее, убедиться, что с ней все в порядке. Но замерла в шаге от скамьи, боясь, что потревожит Кейлу. Сдерживая слезы и пытаясь проглотить ком в горле, она смотрела на разбитое лицо женщины.
– Кейла? – нет ответа. Она тревожно взглянула на Граса, который невозмутимо смывал кровь с рук. – Почему она еще без сознания?
– Она не без сознания. Она спит. – поправил ее лекарь. – Она звала вас и слишком нервничала. Я волновался, что резким движением она может только повредить себе, поэтому дал ей отвар, чтобы уснула. С ней все в порядке, миледи, я уверяю вас.
Джессика пододвинула к себе табурет и села. Не в силах быть рядом и не коснуться, она осторожно взяла Кейлу за руку и нежно погладила ее. – Когда она проснется?
Грас задумался, глядя на свою пациентку. – Сложно сказать. – признался он. – Она худая, но сильная. Должно быть, скоро. Хотя, она еще будет бредить.
– Как это могло произойти? Она же просто заменила охранника. Кто мог сделать такое с ней?
Грас пожал плечами и положил руку ей на плечо. – Она сказала, что споткнулась и упала с лестницы.
Бровь Джессики сомнительно изогнулась, когда она снова посмотрела на ушибы Кейлы. – И вы в это верите?
– Нельзя говорить наверняка. Она могла так упасть, что кувырком скатилась с лестницы. Ее повреждения вполне соответствуют такому падению. И все же… – он указал на припарку на глазу. Женщины. – похоже, что ее били в лицо ногой, обутой в тяжелый ботинок. – он рассматривал ее раны с заинтересованным цинизмом врача.
Джессика так и думала. Но… – Но кто посмел? Она никому не давала причины так избивать ее.
Грас пожал плечами. – Так или иначе, это случилось. Она еще несколько дней будет очень слаба. Я полагаю, вы захотите самостоятельно заботиться о ней?
Джес кивнула. – Когда ее можно будет перенести в ее комнату? Думаю, там ей будет уютнее.
Эрик согласно кивнул. – Подождите до вечера, а потом я прикажу слугам перенести ее наверх. – он собрал в мешок все травы и отвары и перекинул его через плечо. – Раны я промыл. Самые серьезные забинтовал. Боюсь, это все, что я мог для нее сделать. Но у меня есть обязанности по отношению к вашему отцу. Полагаю, вы останетесь с ней?
