его очень мало, и он быстро закончился, всем не хватило. Особенно тем, кто больше других показал свое мародерство в селении. Может, они и догадывались, а может быть, и нет.
Ночью один из «хероев» умер. Однако все те, кто получил мой отвар, выжили. Мучился и командир всей этой богадельни, да и его десятники страдали не меньше. Шатаясь от слабости, ко мне едва ли не приполз один из них.
– Меня прислал Субоку. Сказал, что если ты спасёшь его и всех остальных, то он поставит тебя своим помощником. И даже заплатит, а также забудет все твои грехи.
Я нахмурился, вспоминая свои несуществующие промахи.
– Но я не хочу становиться чьим-то помощником, я хочу быть самостоятельным.
– Будет, всё будет, – пообещал посыльный и застонал от боли.
– Хорошо, но на всё воля богов. Если боги позволят, то вы выживете, если нет, то, увы…
Тот кивнул, а я отправился разжигать костёр и варить отвар. Первым я сделал варево от поноса. Ну, это тоже лекарство, да и пахнет хорошо. Поноса, по крайней мере, не будет перед смертью. Чем плохо?
Приготовив микстуру, я передал её одному из своих солдат, чтобы тот отнёс лекарство страждущим. Однако к приготовлению самого противоядия приступать не спешил. Его я сварил позже, напоив им пятерых десятников из числа тех, кто, по моему мнению, казался адекватным и управляемым. Нужны мне преданные люди, вот и проверим их благодарность.
– Выпей, – велел я первому из них. – Оно усилит эффект от первого лекарства, и ты выживешь.
Так я обошёл каждого из десятников и каждого напоил, но меня просили об этой милости и другие. Таким я отвечал:
– Духи Африки жестоки, однако вы оказались ещё более жестокими, чем они. Боги не прощают тех, кто окажется сильнее или жёстче, чем они. Вы прогневали богов своей необоснованной жестокостью, и я не смогу вам помочь.
К утру все, кто не получил лекарство, сдохли мучительной смертью. У них был шанс, но они не смогли им воспользоваться. Любая жестокость подавляется ещё большей жестокостью. Всё в этом мире живёт по законам бумеранга или почти всё. Жалел ли я их? Нет. Да и за что их жалеть? К тому же, мне открылся путь в командиры отряда. С этой целью я и явился к советскому капитану.
– Я хотел бы стать командиром всего отряда. Я умею лечить и умею командовать.
Капитан поморщился.
– Я тут у вас не решаю ничего. Начальников назначают вожди, с ними и решай.
– Без проблем, – произнёс я по-русски и повернулся уходить.
– Что ты сказал?
Я состряпал самую глупую рожу, какую только смог и вновь повернулся к капитану. Быстро тараторя на сомалийском наречии, задурил ему голову.
– Наверное, показалось, – вслух проговорил капитан. – Совсем уже с ума схожу! Как же задолбала меня эта грёбанная Африка! Когда уже домой? Солнечный Ташкент ждёт меня, там жена, дети...
Глава 22 Шаманские игрища
Многие ошивающиеся на базе вожди уже знали и о моём шаманстве, и о моих военных успехах. Однажды один из них позвал меня к себе. Я не возражал. Зачем обижать старого и уважаемого человека, тем более хозяина клана? Однако, подойдя к его круглой «юрте», я увидел ещё довольно нестарого человека с живыми и блестящими чёрными глазами.
– Так это ты великий шаман и знаменитый целитель? – с ходу обратился он ко мне.
– Я.
– Угу. Наслышан о тебе. И это ты вылечил воинов от неведомой болезни?
– Я.
– А ещё говорят, что и воюешь ты хорошо?
– Да, так и есть.
Я с интересом смотрел на вождя, ожидая новых вопросов.
– Ты появился из ниоткуда, Бинго, – словно о чём-то размышляя, произнёс он и выжидающе глянул на меня.
– Все мы появляемся из одного и того же места, – мрачно пошутил я, но пояснил: – Я сражался в небольшом отряде под Джиджигой, нас разбили. Я еле спасся, никто больше не выжил, наверное. Я больше никогда не слышал о них.
– Да-да, – покачал головой моложавый старейшина. – А где ты так научился шаманить и знахарствовать?
– Мой прадед был великим шаманом, однако после его смерти этот дар прервался, не перешёл никому по наследству. И вот, неожиданно для меня самого, проявился во мне. Однажды в тайных пещерах Джибути на меня снизошло благословление духов Африки. Я молился им. О, как я молился! И боги услышали и передали мне знания и умения, взамен на жертвоприношения в бою.
Вождь вздрогнул, услышав мои слова.
– Ты заключил с ними договор?
– Да, и они всегда стоят за моей спиной.
Вождя вновь передёрнуло, а в его глазах промелькнул страх. Почему-то все негры верят в духов Африки, в вуду и во всё остальное. Хотя, поскреби почти любого европейца, и не такое полезет.
– Ты спас многих воинов моего клана. Какую награду ты хочешь?
– Я хочу стать командиром всего отряда.
– Зачем?
– Чтобы победить. Вы никогда не победите, потому как не умеете воевать. Я видел ваших воинов в бою. Это обычная банда, а не солдаты. Да, в борьбе против слабо вооружённых защитников деревень и селений они прекрасны. Но стоит нарваться на регулярную армию Сомали, и почти все ваши бойцы разбегутся, как тушканчики. Я это уже видел: шансов у них нет. А со мной они появятся, ведь боги Африки на моей стороне.
Старейшина крепко задумался. Думал он долго, очень долго. Я терпеливо ждал. Почему не подождать, пока председатель всего этого колхоза принимает сложное решение?
– Ты сильный воин, я это знаю. Ты сильный колдун, и это я знаю. Ты сильный целитель, и это тоже бесспорно, – вождь выдержал долгую паузу. – Но ты чужак. И я могу только сказать, чтобы тебя избрали заместителем командира сотни.
– Хорошо, я согласен.
Я не очень хорошо понимал иерархию повстанческого движения. То, что клан исса воевал против других кланов, я знал. Но о том, как тут всё формировалось, не имел ни малейшего понятия. Всё через одно место.
Наш отряд состоял примерно из трёхсот бойцов и считался крупным. В других числилось от ста до двухсот воинов, так что быть полусотником не так уж и плохо.
– Я рад, что ты согласился, но у меня есть к тебе просьба.
– Слушаю.
