и она решила своим кислым лицом не омрачать встречу. Раньше я на этот счёт отпустила бы шуточку, типа «Злата копалась в своём временном кармане и вдруг случайно отыскала сердце», но теперь, когда я её узнала получше, то поняла сердце у неё есть. Как бы она не старалась изображать льдышку, а в случае чего, она обязательно поможет. Казалось, для чего ей было помогать Руслану мстить Ветерку.
Руслан… Я снова посмотрела на него и чуть не поперхнулась. Он смотрел на меня, безотрывно, даже не моргая.
— Что-то не так? Тушь размазалась? — уточнила я, и этим очень смутила бывшего невидимку.
Он покраснел и отвернулся, сделав вид, что любуется пейзажем за окном. Мне всё ясно сразу стало, забыл парень, что теперь он на глазах, и пялиться вот так больше не может.
— Пойдём, поговорим, — предложила я, и он не отказал, послушно поднялся и вышел за мной следом.
— Прости, я не хотел так долго на тебя смотреть, вернее…
— Вернее ты уже так привык быть невидимым, и делать то, что тебе хочется, что уже и не замечаешь, — договорив эти слова я взяла его за руку, — Прости, что вытянула тебя из зоны комфорта. Может мне снова сделать тебя невидимкой?
Руслан тяжело вздохнул и замотал головой.
— Ты ведь росла на моих глазах. Я в тебя ещё с детского сада был влюблён. Но сейчас, ты такая… Глаз не оторвать. Я хотел тебе давно в любви признаться, но вряд ли бы ты стала встречаться с невидимкой. И Злата придумала план…
— Хорош план. Я чуть Богу душу от страха не отдала… Знаешь, я рада, что ты стал видимым, хотя возможно это не очень удачно для дальнейшего нашего плана… А ты покажешь мне фотографии? Те, которые пытался сохранить даже ценой собственной жизни на пожаре.
Парень снова покраснел, но взял себя в руки и вытащил из кармана шортов стопку фотографий. Это были мои школьные и институтские снимки, один из них даже с доски почёта. С чего я решила? На нём осталась дырочка от кнопки.
— Прости, но ты на нём такая красивая, не смог сдержаться, чтобы не прихватить после выпускного, — словно прочитав мои мысли, он принялся передо мной оправдываться.
Бывает, люди не слышат даже самого громкого твоего крика. Сколько раз говорила Ветрову, что кофе без сахара пью, а он мне всё равно всегда клал две ложки. А есть люди, которые слышат даже самые тихие твои мысли. А ведь и вправду, Руслан всегда, хоть я ему ни разу не говорила, приносил мне кофе без сахара. Но сейчас ведь не об этом. Как он узнал, что сейчас я подумала именно об этой фотографии?
— За столько лет, проведённых рядом с тобой, я кажется почти научился читать твои мысли, — снова ответил на не заданный вопрос парень и улыбнулся.
— Может, раз ты теперь видимый, то попробуем построить с тобой отношения? — предложила я.
А почему бы и нет, вряд ли что-то сильно изменится. Ведь всё то время, которое я живу в особняке, Руслан и так ведёт себя, как мой парень, заботится, оберегает, одёргивает в те моменты, когда перехожу черту. Не парень, а мечта. К тому же красавчик.
— Нет, пусть пока всё остаётся, как есть. Может потом, когда Злата и Тим вернутся в своё время. А сейчас нам надо не о личном, а об общем деле думать. Боюсь, что отношения нам будут мешать, — Руслан ушёл, хлопнув дверью, а я спряталась в своей комнате и уткнулась лицом в подушку.
— Не реви! — раздался тонкий голосок из-за стены.
Сколько раз я уже собиралась заделать эту дырку и каждый раз забывала. Но завтра утром точно законопачу намертво.
Вовка, обернувшись красивым белым котёнком, запрыгнул на мою кровать и принялся тереться о мои ноги.
— А ты чего здесь забыл? — недовольно фыркнула я на незваного гостя.
— Разве не ясно? Пришёл успокоить тебя. Сказать, что всё будет хорошо. Руслану тяжело сейчас. Раньше он был невидим для нас, за это время он успел потерять страх, и теперь ему приходится привыкать к новым реалиям. Дай ему время. Всё наладится.
Странный этот Вовка! Казалось бы, какое ему дело до наших разборок? Он то даже никогда и влюблён по настоящему не был, а старается, успокаивает меня.
— Я имела в виду, что ты здесь забыл? Шуруй к родителям! Столько времени маму не видел, а вместо того, чтобы с ней сейчас быть, ты сидишь тут, меня успокаиваешь. А у меня и так между прочим всё хорошо, — соврала я и улыбнулась.
Привыкла уже улыбаться, когда плакать хочется. Димка ведь бросил меня перед самой зимней сессией, приходилось, после полной слёз ночи, натягивать дежурную улыбку и идти на зачёты и экзамены. Вот и сейчас кажется мне поверили. Обратившись в белую мышь, Вовка полез обратно в норку.
— Если станет совсем грустно, позови, — произнёс он буквально за секунду до того, как кончик хвоста исчез в расщелине.
— Позову, а то как же. Ещё не хватает, чтобы Тим и Злата припёрлись меня такую отвергнутую и несчастную утешать! — крикнула я ему вдогонку.
К моему счастью в комнату больше никто не приходил. А ведь есть плюсы в видимости Руслана. По крайней мере точно могу сказать, что сегодня я совсем одна. Для большей уверенности из бумаги, на которой периодически, от делать нечего рисовала, скатала ком и сунула в Вовкин лаз. Завтра обязательно попрошу у Златы цемент и намертво всё там забетонирую.
С этой мыслью я и заснула, хотя после контролируемого сна была уверена, что всю ночь проворочаюсь с боку на бок.
Глава 35. Печати
Открыла глаза от крика путешественницы во времени. За окном уже было утро. Вернее, судя по тому, как высоко поднялось солнце, должно было быть не меньше часа дня.
Я вскочила с кровати и выбежала в коридор. Прямо в пижаме. Не помню того момента, когда я её нацепила, но снимать не было ни времени, ни желания. К тому же, меня в ней не видел ещё только ленивый. Нужен будет не только бетон, но и замок, а то не комната, а проходной двор.
Рыжая сидела на кухне и пила кофе. Сегодня в первый раз в полной мере я могла насладиться процессом приготовления кофе
