разведке нашли карточку, в которой было отмечено, что в 1954 году Гюнтер Г. находился в ФРГ с заданием от «Штази».
Однако даже при наличии такого серьезного компромата бюрократические проволочки и стечение непредвиденных обстоятельств привели к тому, что в канцелярию Брандта никакой компрометирующей информации на Гийома не поступило. И уже в январе 1970 года с ним состоялось собеседование, на которой присутствовал будущий руководитель Гюнтера, один из партийных функционеров, а также представитель спецслужб. Конечно, такой опытный шпион, как Гийом, «экзамен» выдержал достойно. А еще через три недели Гюнтер подписал соглашение о найме на работу. С этого дня в резиденции Брандта в Бонне появился опытный агент из «Штази».
Гюнтер был исполнительным и старательным сотрудником. И его прилежание вскоре заметили и должным образом оценили: уже в июле Гийома повысили в должности. А с новым назначением возникла необходимость и в допуске к материалам с грифом «совершенно секретно». И Гийом его получил. Карьера Гийома на удивление складывалась весьма удачно. Спустя еще два месяца его назначили на должность референт-советника по вопросам, связанным с деятельностью профсоюзов. Новая работа потребовала переезда в Бонн, и его семья вскоре покинула Франкфурт.
Выборы в парламент, прошедшие в 1972 году, принесли Гийому очередную ступеньку в карьерном росте. Его руководитель был избран депутатом бундестага, и Гюнтер в ноябре переместился в его кресло.
Удача не покидала Гийома. Полгода спустя он уже был в числе трех помощников канцлера. С этого времени Гийом стал связующим звеном между правительством и руководством СДПГ, а также ее фракцией в парламенте. Кроме того, он контактировал и с другими партиями и объединениями.
Это был период активной деятельности Брандта по сближению со странами Восточного блока. И в этой ситуации Гийом стал поистине бесценным агентом. И прежде всего потому, что почти без особого риска мог копировать документы, в которых излагалась позиция на переговорах не только руководства ФРГ, но и ее союзников, в том числе и США. Как и все сведения, добытые «Штази», информация Гийома оперативно поступала в КГБ СССР.
Кроме информации о ходе секретных переговоров Гийом также отправлял в Восточную Германию копии донесений различных резидентур, а также протоколов допросов перебежчиков из ГДР, которые поступали в администрацию Брандта. Восточной Германии, а значит, и Советскому Союзу были также известны детали почти всех дебатов канцлера с руководителями стран — союзников ФРГ, содержание телеграмм, которыми обменивался Брандт с лидерами западных стран. В них затрагивалась в основном тема введения чрезвычайного положения на случай обострения отношений с Советским Союзом…
Кто знает, как долго пребывал бы Гийом в бундестаге, если бы не внимательность опытного следователя контрразведки Генриха Шорегге. Весной 1973 года он занимался разработкой журналиста, на которого пало подозрение в шпионаже. В ходе расследования Шорегге выяснил, что журналист был товарищем Гийома. А чуть позже припомнил, что это имя упоминалось и в двух других делах.
Первое из них было помечено 1965 годом. Именно в это время Гийом проходил в качестве свидетеля по делу женщины, которая являлась сотрудницей франкфуртского отделения СДПГ и была задержана за шпионаж. Второе дело относилось к одному из профсоюзных лидеров, задержанному в 1972 году в тот момент, когда он встречался с сотрудником «Штази». Во время обыска в его квартире была обнаружена записная книжка, в которой фигурировала и фамилия Гийома.
Это были довольно серьезные основания для того, чтобы Гийома взять в разработку. В ходе расследования особое внимание было уделено анализу радиотелеграмм с поздравлениями личного характера. Например, выяснилось, что некоторые из них были отправлены агенту «Георгу» 1 февраля, как раз накануне дня рождения Гюнтера Гийома. Дальше — больше: поздравления также отправлялись 6 октября и 8 апреля — в преддверии дней рождения жены и сына Гийома.
Эти сведения позволили установить за сотрудником канцелярии Брандта тщательное наблюдение, длившееся в течение всего 1973 года. Правда, никаких серьезных зацепок оно не дало. Более того, Гийом, как и раньше, осуществлял свою шпионскую деятельность, обеспечивая «Штази» и КГБ секретной информацией. В конце концов, даже не имея веских доказательств, изобличающих Гийома в шпионаже, в апреле 1974 года его арестовали…
Конечно, в ФРГ разразился грандиозный скандал, приведший к тому, что 6 мая 1974 года Вилли Брандт подал в отставку. А 15 декабря 1975 года состоялся суд, приговоривший Гийома за шпионаж к тринадцати годам лишения свободы. Его жена Кристель была осуждена на восемь лет тюремного заключения.
Но уже в октябре 1981 года Гийома обменяли на восьмерых шпионов из ФРГ, а его жену, отпущенную на свободу семью месяцами раньше, — на шестерых агентов БНД.
«Кроты» в советской разведке
Олег Пеньковский был весьма значительной фигурой в советской разведке: как-никак полковник ГРУ. Одновременно он был и самым ценным агентом ЦРУ.
Его завербовали в Лондоне весной 1961 года. До этого Пеньковский неоднократно пытался напрямую связаться с американской или английской разведками, передавая им по разным каналам секретные материалы. И лишь в английской столице с ним встретились два сотрудника ЦРУ и два агента английской разведки МИ-6. Сопровождая его полмесяца в экскурсиях по стране, они смогли семнадцать раз пообщаться с ним.
Пеньковский передавал секретные сведения английскому предпринимателю Гревилу Винну. Встречались они обычно в московских гостиницах «Националь», «Метрополь», «Украина». Там иностранцу и вручались микропленки о советских ракетах. Предатель, в свою очередь, получал все необходимые средства для проведения шпионской деятельности.
Помимо Винна Пеньковский был связан и с супругой английского дипломата — Джанет Чизхолм. Часть отснятых документов через нее он передавал ее мужу, который являлся профессиональным разведчиком МИ-6.
Пеньковский и Чизхолм встречались в арбатских переулках. Сначала в подъезд определенного здания заходил Пеньковский, а затем, убедившись, что за ней никто не следит, входила и Чизхолм. Обменявшись пакетами, они расходились примерно через полминуты. Использовался даже ребенок Чизхолм.
Однако наиболее надежным местом для обмена разведывательными данными были дипломатические рауты в английском и американском посольствах, куда Пеньковский мог приходить в силу своей профессиональной деятельности…
В 1962 году Пеньковский выдал англичанам детальную информацию о стратегических планах Советского Союза, о военном потенциале СССР, а также о новейших ракетных пусковых установках. Всего за полтора года шпионской деятельности он передал МИ-6 и ЦРУ не менее 5000 фотоснимков с секретной информацией. Материалы, которые получали иностранные спецслужбы, обрабатывали 20 американских и 10 английских экспертов.
Арестовали Пеньковского 22 октября 1962 года. Правда, имеются сведения, что у Пеньковского был вариант бежать из СССР. В случае его провала западные спецслужбы планировали вывезти его в одном из грузовиков с экспонатами выставки
