секретную информацию.
В письмах особое внимание обращалось на тексты, которые несли в себе специальную или специфическую информацию. Например, рекомендации по уходу за растениями или животными, по устройству грядок для цветов или вольеров для птиц, данные о спортивных достижениях или методике тренировок. Такие послания тут же переправлялись специалистам в той или ной области знаний: например, цветоводу, аквариумисту или пчеловоду. И такая придирчивость порой приносила результаты.
Так, один из цензоров заинтересовался письмом из Германии. В нем сначала рассказывалось о некой Луизе, которая добилась замечательных успехов в плавании. При этом были перечислены и ее результаты. Цензор не поленился связаться с товарищем, увлекающимся плаванием, и выяснил, что таких результатов человек достичь не может. В ходе последовавшей проверки выяснилось, что на самом деле под спортивными достижениями следовало понимать тактико-технические характеристики нового истребителя, которыми похвастался сотрудник Военного министерства США.
Нередко письма, которые вызывали подозрения, задерживались на достаточно продолжительное время. Предполагалось, что если в письме содержалась секретная информация, то со временем она устареет и потеряет свою актуальность.
Были приняты серьезные ограничения и в отношении фирм. Например, им запретили использовать корпоративный телеграфный код без разрешения на то цензуры. Под те же правила попали и частные радиостанции, так как, пользуясь ими, не составляло большого труда передать зашифрованные сообщения для подлодок или агентов спецслужб противника.
Более того, был наложен запрет на телефонные и телеграфные заявки на исполнение по радио музыкальных произведений. Кроме того, даже те заявки, которые были присланы ранее, было приказано задерживать на неопределенный срок. Такие же меры были введены и для передачи радиостанциями частных объявлений.
В завершение следует отметить, что эти беспрецедентные меры позволили американской контрразведке вскоре разрушить хорошо налаженную шпионскую сеть абвера.
Часть 9. Шпионские «штучки», несущие смерть
«Пилюля смерти»
Деятельность, связанная с добыванием секретной информации, как известно, сопряжена с немалым, порой смертельным риском. В случае же пленения шпиона нередко подвергали жестоким пыткам, во время которых он мог совершить предательство. Поэтому, чтобы избежать подобной ситуации, он нередко имел при себе высокотоксичное вещество, которое в безвыходном положении принимал внутрь. Этот ядовитый препарат в среде шпионов называется «л-пилюлей» или «пилюлей смерти».
Во время Второй мировой войны «л-пилюли» представляли собой стеклянные капсулы с ядом цианидом. Ее можно было спрятать в фальшивой зубной коронке и, при необходимости, высвободить движением языка и раздавить зубами. Из раздавленной капсулы яд попадал в организм и вызывал мгновенную смерть.
Но ведь могло случиться и такое, что агент случайно высвобождал ампулу из коронки, например во сне, и проглатывал ее. В этом случае она проходила по пищеварительному тракту, не причиняя абсолютно никакого вреда.
Со временем шпионов снабжали более сложными средствами самоубийства. Так, например, пилот американского самолета-шпиона У-2 Ф. Пауэрс, который был сбит под Свердловском 1 мая 1960 года, имел при себе «ампулу» с ядом, которая походила на обычную серебряную монету достоинством в 1 доллар. Она была снабжена колечком для шнурка, чтобы ее можно было цеплять за браслет или носить на шее.
И, как выяснилось позже, этот «талисман» имел одну характерную особенность: монетка представляла собой миниатюрную коробочку с отвинчивающейся крышечкой, внутри которой находилась полость с тонкой иглой, пропитанной ядом кураре. Но Пауэрс «пилюлей смерти» не воспользовался.
Последовал примеру американского летчика и агент ЦРУ по кличке Сфера — Адольф Толкачев, старший инженер одного из НИИ, занимавшегося оборонными проблемами.
Миниатюрной ампулой с сильнодействующим ядом, искусно спрятанной в дужке очков, был снабжен и сотрудник аппарата военного атташе при посольстве СССР Геннадий Сметанин, завербованный ЦРУ в Португалии и получивший оперативный псевдоним «Миллион». Он был разоблачен и арестован в августе 1985 года. Но и он смертельное «лекарство» проигнорировал.
А вот Александр Огородник — сотрудник Министерства иностранных дел СССР, завербованный ЦРУ в Колумбии, где он работал в посольстве СССР, «л-пилюлей» все же воспользовался. Огородник во время ареста сумел проглотить ампулу с ядом, спрятанную в авторучке.
Впрочем, особо ценных агентов спецслужбы, на которых они работали, стараются тем или иным способом спасти. Для этого они обеспечивают их поддельными документами, устраивают «окна» на таможне и т. д. Например, в годы холодной войны западные спецслужбы имели в своем распоряжении особые охлаждаемые емкости и полости в автомашинах, куда мог поместиться человек весом до 110 килограммов и ростом до 2 метров. Они использовались для скрытной транспортировки агента или другой важной персоны. В таких ящиках человек мог находиться около восьми часов. Правда, время его пребывания в таком убежище регламентировал кислород.
Так, в 1965 году египетская разведка попыталась в такой «емкости» скрытно вывезти из Италии израильского агента Мордехая Лаука, предварительно накачав его наркотиками. И не исключено, что агент задохнулся бы во время перелета, если бы не случайность. Во-первых, авиарейс, на котором пытались вывезти Лаука, задержался. И, во вторых, особую бдительность продемонстрировали итальянские таможенники, обнаружившие стонущего человека внутри ящика.
Хитроумные орудия убийства
Высокотоксичные яды применялись и применяются шпионами не только для самоустранения. Многие спецслужбы использовали и используют ядовитые вещества также и при проведении спецопераций, в частности, для устранения неугодных людей или двойных агентов. В этом случае ядовитое вещество обычно имеет узконаправленное действие, адаптированное к конкретной акции. И в зависимости от ситуации «объект» может умереть мгновенно, прожить еще несколько часов и даже суток или же только временно выйти из строя.
Однако при этом обязательно требовалось выполнение одного условия: смерть или заболевание жертвы должны были выглядеть естественными или, по крайней мере, сопровождаться такими симптомами, которые поставили бы в тупик врачей и криминалистов, расследующих уголовные преступления. Поэтому из известных ядов изготавливались новые соединения, которые трудно было обнаружить в организме.
В этой связи можно привести пример с перебежчиком из КГБ Николаем Хохловым, на которого в 1955 году было совершено покушение. На одном из приемов в Германии он выпил чашку кофе, после чего неожиданно заболел. После обследования в его крови врачи обнаружили следы таллия. Проведенное лечение Хохлову не помогло. И лишь спустя несколько недель, когда он находился на грани смерти, медики в армейском госпитале США во Франкфурте выяснили, что таллий был подвергнут радиоактивному облучению, чтобы, медленно разлагаясь в организме, сопровождался симптомами хорошо известных заболеваний, например гастрита. В то же время больной медленно умирал бы от радиации. К моменту смерти таллий должен был бы разрушиться, не оставив никаких следов.
Однако, как показала практика проведения секретных операций, подобраться к жертве и подсыпать ей яд в пищу или питье
