случайными заработками. Почему ты выбрал ее?
– Если я буду подбирать команду по чистоте досье, в отделе никого не останется. Сэр.
– Ладно, – после непродолжительной паузы медленно кивнул Старсгард. – Я подпишу назначение. На твое счастье, ресурсы на это расследование у нас есть. Что-то еще?
– Нет, сэр.
– Ступай.
Грин развернулся на каблуках и вышел из кабинета, на ходу завязывая волосы в хвост. Они оба знали, что если детектив приходит с просьбой, та будет удовлетворена. Потому что Аксель лучше любого из сотрудников управления знал цену ресурсам. И просил их только тогда, когда перепробовал все варианты. Ремарка руководства о Катарине детектива озадачила. Но он понимал, что фактически любой сотрудник полиции – темная лошадка. Не раз и не два в процессе расследования обнаруживались связи полиции и криминального мира. Не раз и не два оказывалось, что сильный сотрудник стал таковым из-за скелетов в шкафу, которые он не хочет доставать.
Да что далеко ходить? Сам Аксель такой персонаж. Сирота, военный с засекреченным досье. Если бы его не взяли в полицию, у него было бы всего два пути: либо охранные структуры, либо наемник. Стал бы киллером.
Иронично.
Миновав кабинет Карлина, стажеров и собственный, он быстрым шагом спустился по лестнице и перешел в соседний корпус, чтобы добраться до архива. Задумался и не заметил, как на площадке, откуда вели двери в судмедлабораторию и вотчину Катарины Куге, появилась доктор Джейн Абигейл.
Он чуть не сбил ее и недоуменно остановился, придя в себя в последний момент. Джейн посмотрела на мужчину, подняв голову. На ее лице отразилось удивление, потом радость, а потом ужас.
– Ты не ответил.
Грин наклонился к ней и поцеловал, удовлетворенно отметив, что по телу женщины пробежала дрожь.
– Не успел. Напишу, как освобожусь.
– Это значит, что…
– У нас есть пара недель, так?
Он улыбнулась и направилась в свой отдел, оставив Акселя посреди холла. Он хмыкнул, переключился в рабочий режим и нырнул в архив. Катарина Куге сидела на своем месте. И она уже совершенно не казалась Грину старой каргой. Женщина согнулась за компьютером и что-то читала с напряженным видом.
– Старсгард подтвердил ваше прикрепление к команде.
– А?
– Катарина, вы не уходили домой?
Она покачала головой.
– Читала дела, которые вчера приметила. И знаете, что я думаю? Я думаю о двух вещах. Во-первых, это совершенно точно наш убийца. А во-вторых, мы нашли не всех. Но мне кажется, что Тайра Тувински – первая жертва. Я не специалист по серийным убийцам, но мне кажется, если мы возьмемся именно за это дело, то найдем его быстрее. Мне кажется, они как-то связаны. Ну в смысле – не только тем, что предположительно она была жертвой домашнего насилия со стороны Моргана Тувински, ее отчима.
– Нам нужно доказательство.
– Я уже сделала все необходимые запросы в психиатрические и психологические центры города. Конечно, архивы теряются, но вдруг нам повезет.
Аксель кивнул.
– Вам надо поспать. Восстановите силы и приходите, у нас много работы.
– Не хочу я спать. Надо еще углубиться в дело сгоревших в автомобиле. В нем тоже все не так просто. Как вы это говорите? У убийцы меняется поведение? Почему?
– Он учится. Пробует, экспериментирует, приходит к идеальному в его понимании результату. Проанализируйте Лоран и Саманту. Вроде бы мотив один, картина одна, но воплощение разное, декорации разные. Поэтому мы имеем дело не просто с интеллектуальным преступником. Он динамично развивается и не боится этих изменений. Он миссионер, это особый класс серийных убийц. Он убивает не ради убийства, но ради высшей цели. И общим звеном могут быть только жертвы. Нам с вами крупно повезло, мы нашли связь через способ убийства, а также через огонь. Но в остальном…
– То есть вы считаете, что единственный способ доказать, что эти дела относятся к нему, – доказать наличие насилия в семье? А это вообще реально?
Грин пожал плечами и подошел к Катарине, приметив, что она выглядит уставшей, но вдохновленной. Как и он сам. Как и любой член его команды. Усталость. И вдохновение. Азарт. Инстинкт охотника. Сделать все, чтобы найти преступника. Он знал, что полицейские часто придумывали себе цели. Кто-то действительно хотел «помогать людям» и искренне переживал за жертв. Аксель же в себе ни жалости, ни сострадания не чувствовал. Он относился к тем детективам, кто смотрел на жертв и на маньяка с одинаковым любопытством, используя любой клочок информации для раскрытия дела. И периодически сокрушаясь, что нужна еще жертва или парочка – чтобы было больше улик.
Здесь нечего стыдиться.
Или?..
– Реально все, если хорошенько подумать. Но если вы не спали больше суток, думать у вас не получится. Катарина, вздремните. Три часа. И я буду ждать вас у себя, продолжим работу.
– Вы проведете брифинг без меня?
Аксель только сейчас осознал, что она обращается к нему на «вы», в то время как в прошлый раз говорила «ты». Субординация? Скорее всего, он руководитель расследования, а она на правах стажера. Вот еще один признак старой школы. Железобетонная субординация, которая вызывает восхищение.
– Брифинг будет вечером. У команды административные дела.
– Ладно, – наконец сдалась женщина. – Убедили. Мне и правда надо восстановиться. Спасибо.
К себе в кабинет Аксель вернулся в спокойном состоянии. Пока команда собирается, он планировал связаться с тюрьмой, где находился Маркус Арво, чтобы незамедлительно назначить с ним встречу.
Единственное, что его искренне раздражало в работе полицейского – бюрократическая волокита. Он старался ее избегать и, как правило, поручал подобные вещи младшим чинам или стажерам, но сейчас вся команда расползлась, а решать вопрос надо срочно. Он быстро сформировал бумагу, подписал ее у Старсгарда и направил в тюрьму строгого режима по факсу. А потом позвонил начальнику тюрьмы. Мужчину предпенсионного возраста звали Леопольд Кутчер, раньше он был надзирателем, но последние десять лет единолично управлял старейшим и самым закрытым (если не считать клинику Баррон, конечно) в городе заведением.
– Слушаю, – раздался скрипучий голос Кутчера.
– Детектив Аксель Грин, я только что направил вам факс с официальным запросом на допрос мистера Маркуса Арво. Звоню, чтобы обозначить время и заручиться вашим согласием.
– О как. Сам детектив Грин. Давно же мы не виделись? Пару лет точно?
Аксель улыбнулся.
– Я как-то завязал с личным сопровождением пойманных мной мудаков под ваше крыло.
– А зря. Им это нравится. А на кой вам сдался Арво? Он отсидел уже парочку и отсидит еще пятнадцать. В криминальных кругах не задействован, ничего не знает.
– Вы же знаете, что я скажу.
– Тайна следствия?
– Ну да. Могу только предположить, что если
