тленом.
Спустя три часа монотонной работы заправилась стимуляторами до бровей. Через шесть часов организм адаптировался и херота перестала оказывать благотворное влияние на мозг. Концентрация упала, от постоянной прокачки сырой энергии через каналы горело нутро. Вода не могла утолить жажду, сколько ни пей. Казалось, чего там семьдесят метров? Взмахнула рукой — и полетели клочки по закоулочкам. Может, и так, а за ними — десятки тысяч тонн камня на головы соратников. Приходилось убирать по миллиметру породы, а кое-где и заваривать трещины плазмой. Когда за очередным валуном показался просвет, не поверила своим глазам. Осторожно просунув руку до локтя, удостоверилась, что прошла-таки завал. Потратив ещё около получаса на расчистку, согнувшись в три погибели, выкарабкалась на гранитную площадку перед широкой бездонной пропастью.
Не успев запаниковать, наткнулась взглядом на ветхий, но вполне годный висячий мост. Стальные пилоны, как и основные несущие тросы, вселяли оптимизм. Доски, конечно же, давным-давно превратились в труху.
Почуяв за спиной чужое присутствие, резко ушла в перекат, на ходу извлекая клинок. Реакция есть, а вот нервы нужно лечить. Нова, ощутив движение воздуха в штольне, не став дожидаться моего возвращения, вывела отряд в пещеру. Возникать желания не было: я не полководец, а рядовой член команды. Да и кто удержит на месте гиперактивное существо, для которого минута ожидания смерти подобна, а я проваландалась с некрокинезом двенадцать часов.
Анчутка, будто канатоходец, сгоняла туда-обратно прямо по тросу и даже попрыгала, пробуя на крепость. Сталь держала уверенно, но пренебрегать безопасностью глупо. Организовав с помощью бойцов страховку, не спеша переправились на ту сторону пропасти.
Сразу за козырьком чернел проход, явно естественного происхождения. Вертикальная расщелина — шириной пять и высотой тридцать метров. Стены нетронуты, но на полу виднелись следы древней машинной обработки. Если бы не моя привычка сканировать подозрительные дырки взором истины, в жизни бы не заметила натянутую на уровне земли тончайшую нить. Где-то я уже видала подобную… Отвлёкшись на секунду на воспоминания, проморгала Нову, что едва не стоило непоседе жизни.
В минуты особой опасности время для меня останавливается. Замедлилось оно и в настоящий момент, но было слишком поздно: девчонка наступила-таки на растяжку. Стоит отдать должное ящерке — реакция у неё будь здоров. На угрозу среагировали синхронно: я рванулась вперёд, а Нова, отклонив торс с линии огня, отскочила в сторону. Отлитое из истинного железа трёхметровое копьё, большей частью похожее на гарпун, чудом не задев Безобразова, вонзилось в скальный массив на той стороне.
Скорость снаряда была такова, что воины не успели заметить летящую смерть, зато свист услышали все. Команда «в ружьё» не понадобилась. Соратники, рассыпавшись в стороны, навели стволы «Скорпионов» на расселину. Про себя отметила, как слаженно действуют девчонки, занимая удобные для стрельбы позиции. Особенно удивила профессионально жестикулирующая Лё Гран — именно она отдавала короткие команды подругам. И когда же они успели пройти слаживание? Неужто пока я ковырялась, расчищая проход?
Обследовав нить, наконец-то вспомнила, что такую же паутинку встречала на поверхности разлома и даже паучьи яйца на развод припрятала. Кому-то задолго до меня пришла в голову гениальная идея применить крепчайший природный материал в своих целях, и это явно был человек. Не пауки же установили ловушку посреди прохода. В голове назрел вопрос, но не кто, а когда. Сто, двести лет назад, а может, все пятьсот. Штольня явно обрушена магией — остаточные возмущения в породе ощущались и по сей день.
Внимательно проверив каменный пол, других растяжек не обнаружила, только хотела отдать команду на движение, как на плечо легла мужская рука.
— Ольга Фёдоровна, что-то не так… Нельзя нам туда! — Безобразов ткнул пальцем в сторону тёмного прохода. — Я чувствую эманации зла, они надвигаются словно вал. Пятьсот метров! Четыреста восемьдесят…
Радужка парня почернела, а голос стал замогильным.
— Четыреста пятьдесят…
Схватив Романа за шиворот, оттащила к полковнику, а сама заметалась, высыпая боеприпасы из хранилища прямо под ноги бойцов. Штурмовые винтовки, тяжёлые пулемёты, гранаты. Отступать некуда — за мостом тупик, я уже сама почуяла, а затем услышала отдалённый гвалт несущейся в нашу сторону толпы, но людей ли? Такой дурной ярости в жизни не ощущала! Что, мать его, происходит, кто эти жаждущие крови создания?
Шорох отдал приказ по цепочке, все как один взяли проход на прицел. Никто не остался непричастным. Винтовками вооружила даже близняшек, наказав не использовать магию. Сила первородного огня такова, что не пожалеет ни своих, ни чужих, убедилась на собственной шкуре.
Двести метров, сто. Знакомые волны ярости берсерков приближались, теперь-то я поняла, откуда ветер дует. Была не была! Выйдя в центр площадки, насытила карминовую сталь меча хаосом, а на кончик повязала белый шёлковый платок. На кой? Понятное же дело, мы оказались в невыгодном положении — по сути, заперты на узком уступе. За спиной бездна, на стороне вероятного противника тактическое преимущество и численный перевес.
Пока готовились к обороне, насчитала шестьсот семьдесят странных бурых аур и приняла спонтанное решение затеять переговоры, выступив парламентёром. Сдохнуть героями всегда успеем. Возможно, удастся выторговать жизнь в обмен на блага цивилизации, как это случилось с племенем анчуток. Берсерки, скорее всего, представляли собой местных аборигенов. А кто ещё по доброй воле поселится в подземельях?
Скальный комплекс хранил кучу тайн: ренегаты, сбежавшие рабы, плоды злополучных генетических экспериментов, одичалые сталкеры — гипотез масса. Вот и поглядим, с кем придётся иметь дело.
Долго ждать не пришлось: полыхающая красным лавина астральных проекций встала в пятидесяти метрах, от неё отделились два сгустка, и вскоре на козырёк, ничуть не опасаясь, вышла пара гуманоидных существ. Поначалу я приняла их за прямоходящих разломных тварей, настолько огромными они были.
Косая сажень в плечах, ростом более двух метров, корявые гипертрофированные мышцы, кудлатые головы и длинные бороды. Ни дать ни взять, помесь неандертальца с бигфутом. Пятьдесят восьмой размер ножищ впечатлил больше, чем огромные сагарисы в руках. На
