в человеческой жизни, не примеривая ее к неведомой вершине на конце Пути. Без ориентации на вершину, финиш и конец, не может быть полноценного учения о человеке и заданной ему работе жизни.
Вышедший на свободный путь сераф изменяет, конечно, чувство и сознание жизни человека, но сам он остается тем же самым, каким был при личностном рождении, только куда более проявленным и звучным. Не то на столбовом пути.
На столбовом пути жизни сам сераф стремится перейти в наивысшее состояние – состояние жизни Лика.
Четвертый этаж Филиоэдена – основное поле жизни серафа. Третья стадия Пути – накопление сил серафа для броска с четвертого этажа на пятый. Пятый этаж достигается при установлении человека-серафа на столбовой путь. Свободный путь – на верхах четвертого этажа или уже на пятом этаже, но не хождение к верхам пятого этажа.
И свободный путь, и столбовой путь проходит сераф. Но свободный путь не ведет к следующему путевому рождению, а столбовой путь ведет к эденскому рождению, в результате которого сераф, погруженный в человеческую жизнь, становится Ликом, вышедшим за пределы Филиоэдена в эденский мир.
Путь восхождения личнодуховной жизни ведет к эденскому рождению, к достижению состояния жизни Лика. Эденское рождение – рождение Лика из серафического плода. Сераф – утробное состояние Лика.
Лик – Птица Небесная Эдена – оставаясь филиоэденским существом, проживает в Эдене, не сеет, не жнет (больше не выходит в человеческую навигацию, не работает человеком) и «питается» в эденском мире. Человек столбового пути – уникальное явление духовной жизни человечества. Эденское рождение, рождение Лика, – явление метачеловеческое. В эденском рождении обретается новое сверхчеловеческое качество и новое сверхчеловеческое достоинство. Что-то в человеческом мире должно изменяться с каждым рождением духовного Лика.
Человек на столбовом пути все меньше и меньше погружен в человеческий мир и все больше обращен к вершинам филиоэденского мира. Сераф на столбовом пути стремится выйти из Филиоэдена в Эден.
Между и Эденом и Филиоэденом нет крепостных стен, но нет и свободного доступа эденских Светов в Филиоэден. Эденское рождение принципиально меняет состояние Метаструктуры – в ней образуется прямой доступ в эденский мир. Сераф на столбовом пути восходит навстречу маяку Божественного Четвертого Лица и с его помощью пробивается к эденскому рождению, к выходу на просторы эденского мира для того, чтобы впустить его Светы в Филиоэден.
Жизнедействие и рост человека и его серафа на столбовом и свободном пути обращены в разные стороны. Столбовой путь – от человека, свободный путь – в человека. На свободном пути основной деятель человек, на столбовом – сераф.
Одно и то же серафическое лицо на том и другом пути стремится к Четвертому Лицу. Но при этом прозревательская деятельность это деятельность человеческая; сам прозреватель и его сераф не стремятся выйти в Эден. Прозреватель стремится все больше овладеть эденским Светом Разума или Жизненности для большего проникновения их в человека.
* * *
Первое Лицо человечества и коренное Я человека позиционируются в отношение Нулевого Лица Подлинника. Состояние Лика – состояние человека и серафа вместе. Лик позиционируется в отношение Четвертого Лица Отца.
Путь восхождения ведет не к состоянию вселенской жизни, не к Подлиннику, не к Истоку земной жизни, не к Творцу Неба и Земли, не к Абсолюту, а к Божественному Отцу. После эденского рождения серафу и его человеку раскрывается Исток и Вершина личнодуховной жизни – Четвертое Лицо, Отец.
Четвертое Лицо не носитель всеобщей Истины, а генератор или побудитель бесчисленных своих истин, каждый раз складывающихся (если складывающихся) по-новому.
У человека серафической навигации постепенно проявляется особое чувство-сознание себя живущим, вызванное отчетливым тяготением серафического лица в себе к своему духовному солнцу, к Четвертому Лицу. Это не стремление к совершенству, которого он есть несовершенное подобие (в этом смысле его рост не совершенствование), а стремление к тому состоянию, к которому ведет рост «своей истины», непререкаемо ощущаемый в себе.
По мере восхождения на Пути он все более сознает себя прорастающим от «отца» (Четвертого Лица) семенем, семенем, которое уповает на себя выросшего, выращенного, ставшего «отцом». Человеческий язык не выработал обозначающее это чувство-сознание понятие. Оно похоже на чувство устремленности отрока к себе же самому, к себе, явленному в новом и высшем качестве полной зрелости, силе, всей возможной полноте личности, уповающему на свою взрослость и всеми силами стремящемуся к обретению ее.
Отрок предчувствует свое превращение в зрелого мужа и всеми силами стремится стать им, не может не желать и не стремиться. Рост свой он чувствует не как поступательность, а как превращение, самопреображение, когда он, оставаясь собою, станет своим «отцом».
В чувстве себя подобием есть сознание Отца, но нет сознания своего отрочества. Стать зрелым мужем не означает обрести совершенство Подлинника. Подобие – не семя оригинала, стремящееся обрести совершенство подлинника. Восхождение коренного Я по каналу Богоподобия – не восхождение отрока к себе взрослому и зрелому, а возвратное восхождение того, кто ты есть, к совершенству человека как такового.
Между подлинником и подобием не отношение зрелости и незрелости, а отношение недосягаемого высшего и низшего. Зрелость представляется высшим состоянием в отношении недозрелости, но это не высшее состояние подлинника и вообще не высшее и низшее, а растущее и окончательно выросшее.
Подлинник – Божественный Оригинал, Тот, с Кем «Я» схоже как подобие с недостижимым совершенством подлинника, Тот, от Кого «Я» порождено по подобию. Подлинник позади и в недоступной высоте.
Отец эденорожденного человека – в окончательном проросте, впереди и в предельно достижимой высоте.
Восхождение к Подлиннику – обратное в отношении восхождения к полной зрелости, к Четвертому Лицу.
* * *
Четвертое Лицо – Отец своей истины как таковой. Лик – одно из возможных состояний Четвертого Лица, одно из голографических его выявлений.
Эденорожденному человеку свойственно обращаться к Тому, от Кого он получил достоинство Лика, так же как серафическому человеку свойственно обращаться к своему серафу – в Четвертом Лице, как к Отцу. При этом он остается человеком смертным и в твердом уме не может признавать самого себя Божеством, «сыном» Божественного Отца. Сознание Богоотцовства Четвертого Лица не есть сознание сыновства.
Отец в чувстве-сознании Лика не Родитель, не Прародитель, не Властелин, не Тот, Кто подавляет силой и требует подчинения, а Тот, без Которого его нет. В чувстве-сознании «четвертого лица» эденорожденный Лик сознает себя не «сыном» Отца, а «семенем» Отца. Сознание Четвертого Лица предполагает сознание себя в серафической жизни семенем (или в себе семени), пригодным для пророста или оплодотворения. По этому сознанию Лик есть семя от Отца, Держателя семян.
Сознание надчеловеческого Подлинника – сознание себя подобием Его. Сознание послечеловеческого Отца – сознание себя семенем, Его семенем, стремящимся во что бы то не стало прорасти или оплодотворить собой вся
