Само упоминание в Декларации 1956 года островов Малой Курильской гряды как советской территории, по существу, означало подтверждение суверенитета Советского Союза над всеми Курильскими островами. Уже одно это обстоятельство лишает Японию каких-либо правовых оснований выступать с претензиями на этот счет.
Одновременно во второй части девятой статьи было зафиксирована возможность – а отнюдь не обязательство – передачи Японии части этой советской территории в случае и только после заключения формального мирного договора, в котором была бы официально зафиксирована послевоенная советско-японская граница.
При этом заключение мирного договора, естественно, предполагалось в ближайшее время, в конкретных послевоенных условиях конца 1950-х годов, а не пятьдесят лет спустя в совершенно иной геополитической и экономической обстановке начала ХХI века.
Однако мирный договор между Россией и Японией в эти сроки заключен не был, что автоматически аннулировало и условие о передаче островов Малой Курильской гряды.
Это принципиальное положение, которое всячески замалчивает японская сторона, пытаясь неправомерно «перенести» нарушенные ею же договоренности пятидесятилетней давности в сегодняшнее время.
На это обстоятельство, в частности, ссылался еще в 1991 году при подписании Советско-японского заявления даже благоволивший к Японии президент СССР М. Горбачев, отказавшийся упомянуть в заявлении Декларацию 1956 года.
Вместе с тем, именно Горбачев, потакая японской стороне и надеясь на ее взаимность по финансовой и политической поддержке его перестроечным реформам, открыл вновь шлюз «территориальных притязаний» Японии, включив в упомянутое Совместное заявление от 18 апреля 1991 года оговорку о готовности обсуждать «проблему территориального размежевания с учетом позиций сторон о принадлежности островов Хабомаи, острова Шикотан, острова Кунашир и острова Итуруп».
Японский народ восторженно приветствует членов делегации, которые, по их мнению, совершили подвиг. Фото из японской газеты того времени
Действительно, сама история практической реализации положений Декларации 1956 года поучительна в плане отказа Японии от добровольно принятых ею же на себя договорных обязательств.
Почти сразу после заключения Декларации 1956 года Япония, по мере расширения холодной войны и все большего «втягивания» Токио в военно-политическую орбиту США, стала усиливать свое сотрудничество (прежде всего военное) с Вашингтоном и, как следствие, проводить все более откровенно политику против нашей страны.
В этой связи Советский Союз выступил с заявлением, в котором обусловил передачу Японии островов Хабомаи и Шикотан выводом с японской территории всех иностранных войск, что было вполне оправданно, поскольку передача в условиях сохранения американского военного присутствия в стране Японии группы южных Курил расширила бы территорию, используемую войсками враждебно настроенного по отношению к СССР иностранного государства (США), о чем Токио было заявлено в Ноте советского правительства от 27 января 1960 года.
Кроме этого, возникло и еще одно принципиально важное обстоятельство.
В ответной Записке японского правительства от 5 февраля 1960 года было заявлено, что Япония «будет неотступно добиваться возвращения (обращаем внимание: возвращения, а не передачи) ей не только островов Хабомаи и Сикотан (Шикотан), но также и других исконных японских территорий». А это в соответствии с трактовкой этого понятия рядом влиятельных в Японии политических сил, не только острова Кунашир и Итуруп, но также южный Сахалин и всех другие Курильские острова, расположенные к северу от Итурупа.
Такое заявление японского правительства означало не что иное как официальный односторонний пересмотр (отказ) Японии от духа и буквы договоренностей Декларации 1956 года, на основании которых предполагалось заключение мирного договора и последующая передача островов Малой Курильской гряды, что, естественно, привело к невозможности для СССР в этих новых условиях выполнения второй части статьи 9.
Что не менее важно, это также означало открытый отказ Японии от соблюдения соответствующих международных соглашений, в частности, подписанного ею Сан-Франциского мирного договора 1951 года, в котором, напомним, зафиксирован отказ Японии «от всех прав, правооснований и претензий на Курилы и южный Сахалин».
Таким образом, срыв заключения мирного договора произошел по вине самой Японии, грубо нарушившей условия первоначальной договоренности выдвижением дополнительных территориальных претензий на острова Кунашир и Итуруп, которые в Декларации 1956 года, как известно, не упоминаются.
Во многом это произошло под давлением и прямыми угрозами США. В частности, США пригрозили не вернуть Японии Окинаву и весь архипелаг Рюкю, если мирный договор между СССР и Японией будет заключен на условиях Декларации 1956 года. В то же время США делали все, чтобы не допустить подлинной нормализации советско-японских отношений, сделали все для того, чтобы сорвать заключение мирного договора на условиях договоренностей 1956 года.
Таким образом, после 1960 года так называемый «территориальный вопрос» был закрыт (что в последующем неоднократно – и совершенно закономерно – подтверждало советское правительство), и только недальновидность и недостаточная компетентность, а возможно, желание переиграть дипломатически японцев последних советских (Горбачева – Шеварднадзе) и, особенно, первых руководителей РФ (Ельцина-Козырева) привели к тому, что его снова стали обсуждать на официальном уровне к несказанной радости японцев, американцев и всех явных и скрытых недоброжелателей нашей страны внутри нее и за рубежом.
Кому нужен новый мирный договор сегодня?
Возвращаясь к Декларации 1956 года, необходимо еще раз отметить следующее важное обстоятельство.
В настоящее время все вопросы, необходимые для нормального развития двухсторонних отношений между нашими странами, которые решаются в мирных договорах, уже давно решены.
Решены самой Декларацией, в соответствии с которой, напомним, было прекращено состояние войны между нашими странами, восстановлены дипломатические и консульские отношения, решен вопрос о репарациях и репатриации японских граждан, созданы условия для развития торгово-экономического, научно-технического и культурного сотрудничества. На основе этого базового послевоенного документа был подписан целый ряд двусторонних соглашений и договоров по самым разным аспектам, включая и по вопросам рыболовства.
Поэтому в нынешних условиях роль мирного договора – и по существу, и фактически – выполняет прошедшая испытание временем Декларация 1956 года и никакого другого (нового) договора России не требуется.
