будет великой честью вступить в Серое Братство, Кирилл Афанасьевич.
Мужчина устало улыбнулся. Хотя по его лицу я понял, что он был уверен, что получит такой ответ:
— Правильный выбор, Василий Михайлович, — одобрил жрец. — Путь дворянства — это верное служение Отечеству. Только так. И никак иначе.
— Ваш отвар.
Официант поставил перед нами поднос, на котором стоял заварочный чайник и пара чашек. Мужчина жестом попросил официанта удалиться, взял чайник и разлил напиток по кружкам. Одну протянул мне, вторую взял сам:
— Добро пожаловать в Братство, Василий Михайлович, — произнёс он, поднимая чашку.
Я последовал его примеру. И сделал глоток, который, я был уверен, изменит всю мою жизнь.
Сцена после титров
Герцогство Штутгард было небольшим. Несколько городов, охраняемой по периметру дружинами. По большей части, наемными.
Такой порядок назывался «вольными городами-полисами». Каждый полис управлялся герцогом. Высокорожденным, семья которого вела родословную от одной из правящих династий. Полис был относительно самостоятельным, и приносил клятву верности императорской семье, которая правила в стране. Впрочем, на всю Европу было только четыре монархических династии. Что привело к бесконечным войнам за «Европейское наследство». Между герцогствами соблюдался вооруженный нейтралитет, и чисто теоретически, все эти земли были частью большой Германии. По факту же, в каждой такой окраине устанавливались свои законы и взимались свои налоги, часть из которых иногда отправлялись в столицу. Не особенно часто, а только после настойчивого напоминания о том, что взносы все же стоит платить.
Когда-то Императорские семьи всех государств Европы объединялись под властью Ватикана. Но позже местные люди ушли от Высшего, найдя утешение в поклонении Шестерым.
Недалеко от столицы, возле городов-мануфактур, был возведен замок из черного камня. И охрана этого места могла показаться весьма разношерстной. То тут, то там мелькали люди в форме гвардейцев-отступников Империи. Помогали бойцам и совсем чудные существа. И только некоторые из них были отдаленно похожи на людей. Это был Черный Дол. База бойцов, которые называли себя Консорциум. Все они были собраны из разных полков. Объединяло их лишь одно. Все бойцы были полковыми лекарями, пришедшие, чтобы обучаться у Белова.
Мужчина в светло-синей форме одной из частей отступников медленно шел по брусчатке двора к возвышающемуся впереди строению. Он бодро прошел, ловко огибая ямы по старой, полуразрушенной мостовой. Многие камни отсутствовали, но трава слово бы не смела расти на этих проплешинах. Дорога провела его к воротам замка. Справа от дверей мелькнул остов кузницы. В открытом дворе еще темнели останки горна и застывших мехов. Чуть поодаль доживала долгий век ржавая наковальня, а рядом горкой лежали почти сгнившие доски от бочек да черные обручи.
Дорога вывела пришлого к замку. Высокому и величественному строению. Узкие окна ощерились грязными стеклами, в который не отражались солнечные блики. Зеленоватые ото мха камни местами скололись, но с крыши все также мрачно взирали на мир уродливые гаргульи. Странно, что все уцелели, когда часть балконов обвалилась.
У высоких, массивных ворот, гостя встретил один из местных с нашивкой какого-то страшного существа на груди и шевроном кадуцея на плече. Лекарь двенадцатого гвардейского полка. Местный криво усмехнулся и хрипло произнес:
— Уже прибыл?
Гость взглянул на покрытое шрамами лицо товарища. Следов былых боев было так много, что на коже почти не осталось живого места. Все это мог легко убрать любой лекарь. Но носитель сам не спешил избавляться от уродливых отметин. Для бойцов двенадцатого полка, прозванных «Бабаями», шрамы были гордостью. Часть, которой командовал старший Минин, очень любил фехтование и не мог жить без боя и кровопролития.
— Прибыл, — ответил гость. — Рад, что ты еще жив, мастер Минин.
Мужчина нахмурился. В глазах пришлый увидел огоньки гнева. Бойцы «Бабаев» поклонялись богу резни, и для них существовала только одна достойная смерть. Славная гибель в бою. Поэтому Минин мог расценить слова гостя как оскорбление и вызвать его на бой. Но Минин и гость были дружны. Поэтому «Бабай» сделал вид, что не заметил оговорки.
— Прародитель вернулся? — уточнил гость.
Минин снова криво усмехнулся и кивнул:
— Скоро. Идем.
Он потянул на себя створку дверей замка. Гость последовал за ним.
Тяжелые шаги эхом прокатились по пустому помещению, скудно освещенному светом закрепленных на стенах факелов. Провожатый пересек холл и поднялся по мраморной лестнице, которая вывела в заставленный длинными столами зал.
По комнате сновали бестелесные фигуры. Остаточные явления астрала, которые могли порой возникать в землях Европы. Призраки были слабыми, практически не подпитываемыми местными жителями. Их бы не было здесь, но Прародителю иногда нужны были души для запуска его экспериментальных образцов.
Призраки стояли группами, сидели за столами, что-то обсуждая и рассказывая друг другу давно позабытые истории. В воздухе разносился аромат восковых свечей.
В дальнем углу зала, на месте обрушившегося балкона, беззвучно играли несколько музыкантов. А на площадке кружились в танце пары в изысканных одеждах. Ветер, которого никто из живых не ощущал, развевал ткани и волосы почти людей.
Стараясь не сталкиваться с призраками, я осторожно пересек комнату. Какая-то девушка в расшитом золотом платье коснулась руки пришлого, и кисть обожгло холодом.
— Простите, — прошелестела девушка, отдернула ладонь и одарила гостя ледяной усмешкой и колким, голодным взглядом. Затем направилась дальше через зал, пару раз оглянувшись. Гость же последовал за провожатым.
Минин меж тем пересек коридор и вошел в следующий зал. Гость поторопился за ними и замер, глядя по сторонам. Он был тут очень давно и решил осмотреть новые экземпляры коллекции хозяина замка.
Вдоль стен комнаты стояли огромные стеклянные резервуары, заполненные жидкостью. В мутной жиже плескались разные существа, лишь некоторые отдаленно напоминали людей. Мелькали рогатые и шипастые головы, сложенные за спинами крылья. У одних образцов были широкие рыбьи хвосты вместо ног. У других заметно ступней были раздвоенные копыта.
Прямо напротив в стенку аквариума ткнулись тонкие пальцы и прильнуло лицо с огромными глазами. Безгубый рот раскрылся, явив иглоподобные зубы, а потом чудовище лизнуло поверхность стекло темным раздвоенным языком.
Это был зал экспериментов Прародителя по выводу новых видов. Здесь хозяин замка пытался работать с плотью, создавая сверхчеловека.
Гость остановился у большого резервуара. За стеклом, в воде, виднелась высоченная фигура, отдаленно похожее на человека. Морда его была вытянута, как у кроманьонца. А тело покрывала густая шерсть.
Чудовище вздрогнуло, словно ощутив внимание, и гость отпрянул от колбы, едва не задев стоявший рядом образец. И тут же поспешил за «Бабаем», который тем временем вышел из зала и
