Ей не хотелось в это верить.
Тем не менее Файер смело направилась в дальнюю часть сада и вскоре оказалась на довольно большом расстоянии от дома. Здесь царил полумрак, поскольку фонарей было гораздо меньше. Ежась на холодном вечернем воздухе, она почувствовала, что начинает волноваться. Какие еще опасности могут подстерегать ее, кроме разоблачения коварного Маккуса Броули, пытающегося соблазнить несчастную мисс Найт?
Мысли Файер были прерваны мужскими голосами. Вглядываясь в темноту, она осторожно прошла по незнакомой тропинке.
– И что бы ты сказал об этой цыпочке?
Файер замерла, узнав голос лорда Стэндиша. Она скользнула к дереву и спряталась за ним. Лорд Стэндиш был мертвецки пьян и говорил заплетающимся языком. Ему что-то ответил другой мужчина, но Файер не смогла разобрать ни слова. Она боялась подойти ближе, так как тропинка, усыпанная гравием, могла выдать ее присутствие. Ей не хотелось оказаться нос к носу с этими господами.
– Она красива, но, на мой взгляд, слишком застенчива. Хотя некоторым нравится именно такой тип женщин, – ухмыляясь, произнес лорд Стэндиш.
Набравшись смелости, Файер приблизилась к ним еще на пару шагов. Ее отделяла от джентльменов невысокая живая изгородь, и девушка придерживалась ее, как путеводной нити. Ей казалось, что она находится в каком-то дьявольском лабиринте. Лунный свет лишь изредка падал на тропинку в этой части сада.
Но спустя несколько минут загадка лабиринта была разрешена. В слабом свете фонаря Файер увидела, что она вплотную подошла к каким-то руинам. Нащупав рукой полуразрушенную стену, девушка остановилась. Кто-то поставил фонарь на основание разбитой колонны, и он освещал открывшуюся в проеме стены площадку. Когда Файер передвинулась немного вперед, она чуть не выдала себя громким криком, который вырвался у нее при виде неожиданно возникшего мужчины. К счастью, тот стоял спиной к ней, но она сразу узнала его: это был лорд Стэндиш.
– Мы тебя ждали раньше. Что-то случилось? – спросил он, выступив вперед.
Файер не могла различить того, кто стоял за спиной Стэндиша.
– Не совсем, – раздался женский голос.
По манере растягивать слова Файер узнала леди Хипгрейв. Ее голос можно было бы назвать чувственным, но для Файер он звучал как ржавый нож по железу.
– Я просто задержалась. Сегодня столько развлечений, – сказала графиня.
Стэндиш метнулся к своей любовнице, и Файер открылся полный обзор. Как всегда, леди Хипгрейв выбрала место, где свет падал так, чтобы выгодно подчеркнуть все достоинства ее фигуры. На ней было белое шелковое платье, а поверх него – лиловая накидка из крепа. Ее темно-русые локоны были подобраны наверх и украшены креповым платком.
Графиня протянула руку, вложив в свой жест все свое природное изящество, но Файер увидела, что она приветствует не Стэндиша, а другого мужчину. Файер так хотела получше рассмотреть его, что потеряла равновесие и шлепнулась на землю как раз в тот момент, когда на свет вышел Маккус. Он учтиво склонился над протянутой рукой графини.
– Хоть вы и задержались, это нисколько не уменьшило удовольствие от встречи с вами, миледи, – сказал он и поцеловал ей руку.
Файер не могла поверить собственным глазам. Ей казалось, что она видит страшный сон. Маккус добился знакомства с ее врагами? Он ни разу не посчитал нужным упомянуть о том, что встречался с леди Хипгрейв.
– Взаимно, сэр, – ответила графиня, вкладывая в свои слова особый смысл. – Я заметила, как вы флиртовали с мисс Найт. Для джентльмена в вашем положении это самый удачный выбор.
– Слишком пресная, – вмешался лорд Стэндиш. – Как только она будет ожидать от вас наследника, вам непременно захочется провести ночь с более привлекательной и веселой барышней.
– Мы разговаривали с ней, и только, – заметил Маккус.
– Я вынуждена согласиться со Стэндишем, – присаживаясь на обломок стены, заявила леди Хипгрейв. – Мисс Найт – одна из тех, кого приготовил Лондон в этом сезоне на рынке невест. Она будет послушной женой, которая не станет обременять вас своими заботами. Однако не кажется ли вам, что все это очень скоро наскучит?
– Я считаю, что послушная и верная жена – это поистине идеальный вариант, – сказал Маккус.
– Для большинства, конечно, – согласилась графиня. – Но вы, смею заметить, относитесь к той породе мужчин, которые будут в вечном поиске. Эта девушка ничем не примечательна, и вы быстро в этом убедитесь. Я вижу в вас джентльмена, чьи амбиции просто непомерны. Брак с тихим и безропотным созданием станет для вас настоящей трагедией.
Файер приложила руку к сердцу. Леди Хипгрейв говорила так, очевидно опираясь на собственный опыт. Лорда Хипгрейва очень редко видели в Лондоне, и, как отзывался о нем герцог Солити, он слыл настоящим отшельником. Граф выбрал себе в жены даму, которая была полной ему противоположностью. Файер не могла понять, что связывает Маккуса с этой парочкой. Более того, когда она следила за их разговором, в ней зрело очень нехорошее предчувствие.
– Оправдание для такого брака может быть только одно: семьдесят тысяч годового дохода, – сказал лорд Стэндиш и рассмеялся собственной шутке.
Леди Хипгрейв взглянула на него и улыбнулась.
– Да, деньги позволяют закрыть глаза на многие недостатки. Не так ли, мистер Броули?
Маккус бесстрастно посмотрел на нее и пожал плечами.
– Богатство компенсирует недостаток воспитания и происхождения. С его помощью чудесным образом открываются запертые до этого двери, покупается верность и преданность, а леди, которые еще вчера взирали на тебя сверху вниз, сегодня готовы бороться за то, чтобы занять место рядом с тобой.
Стэндиш достал из кармана флягу и сделал большой глоток. Отчаянно жестикулируя, он добавил:
– И в твоей постели тоже. – Маккус молча кивнул.
– Или в других местах.
Файер боялась, что ее сейчас стошнит. Неужели он и ее имел в виду? Тот случай в храме... Однажды она призналась, что опасается, как бы лорд Стэндиш и леди Хипгрейв не узнали об их романе. Неужели ее страхи небезосновательны? Мог ли Маккус выдать их тайну ее злейшим врагам?
Леди Хипгрейв поднялась и покровительственно положила руку на плечо Маккуса.
– Мистер Броули, я могу заверить вас – и это совершенно точно, – что с вашим богатством и при поддержке влиятельных друзей вы можете рассчитывать на гораздо более выгодную партию, чем мисс Найт и ей подобные.
Маккус взглянул на ее руку.
– С вашей помощью?
– О, я знаю, что наш альянс может стать исключительно удачным во всех отношениях, – вкрадчиво произнесла графиня, смерив его взглядом своих бледно-голубых глаз. – Я даже скажу точнее: леди Файер Карлайл станет пробой пера в развитии нашего романа.
