на вас возле Жёлтого зала, скорее всего были её людьми. Они провалили задание и теперь пытаются подмазаться, уничтожая ваших солдат.
− Меня пригласили на вечеринку, чтобы отрезать от моих людей?
− Вполне возможно. − Даже теперь Мелн-Дун соглашался с этой идеей с явной неохотой. − В Гринфаэр тысячи взаимодействующих фракций, как и в ваших политические играх. Это мог быть вообще кто-то другой, но знайте: в Гринфаэр мало кто действует без позволения Мамы Пало.
− А вы? − напрямик спросила Влора.
− Не буду вам лгать. Большая часть моих дел одобряется или нет Мамой Пало.
Ещё одна интересная информация. Поощряя насилие, Мама Пало плохо влияет на бизнес и тем не менее может мешать делам Мелн-Дуна? Для него это ещё одна причина желать, чтобы её убрали.
− А что касается наших планов? − спросила Влора. − Начать модернизацию зданий в Гринфаэр-Депс?
− Она знает о нашем партнёрстве.
Влора не удивилась. Они уже два дня старались заявить публично о добрых намерениях наёмников. Несомненно, Мелн-Дун участвовал в такой же пропаганде на стороне пало. Что интересно, Мама Пало одобрила всю эту затею. Возможно, хитрая старуха опять пытается поймать Влору, ожидая, что адроанка допустит ошибку?
Это игра, в которой не видно лица противника и большей части карт. Мелкая политика. «Я сражалась кое с чем и похуже», − напомнила себе Влора.
Насколько можно доверять Мелн-Дуну? Он вообще-то пало. Не Линдет ли портит им репутацию? Но Влора больше года сражалась против пало на болотах. Нельзя сбрасывать это со счетов только из-за дружелюбия Мелн-Дуна. Но она должна кому-то доверять, и Мелн-Дун на первый взгляд достоин доверия до тех пор, пока это в его интересах.
В дверь постучали, и на пороге возник гонец с запиской для Мелн-Дуна. Бизнесмен хмуро просмотрел её и кивнул сам себе.
− Леди Флинт, мне нужно идти, но я сделаю всё, что в моих силах, чтобы прекратить исчезновения и найти ваших людей. Чем скорее всё уляжется, тем легче будет модернизировать Гринфаэр.
«Он нуждается во мне больше, чем я в нём», − вдруг поняла Влора. По крайней мере, он так считает. Пусть так и думает. Она пожала ему руку, проводила взглядом и, позвав Олема, уселась поразмышлять над разговором. Погрузившись в задумчивость, вытащила шпагу, проверила баланс.
Среди всех людей, встреченных в Лэндфолле, Мелн-Дун лучше всех комментировал политику пало. Пока Влора не узнала ничего иного, его предположения звучали декларативно: Мама Пало развязала войну против Влоры и «Штуцерников». Только непонятно, почему: из вредности, как тактический маневр или даже благодаря инсайдерской информации о настоящем задании Влоры. Но это означало, что Влора потеряла элемент неожиданности.
Она не может сидеть и ждать, пока Мама Пало свалится ей в руки. Нужно действовать быстрее, или её люди будут пропадать и дальше.
Нападение на врага, о котором она знает так мало, скорее всего погубит её и её людей. Это рискованно. Но у Влоры есть шальная карта − Мелн-Дун, и она уже придумала, как его использовать.
Глава 30
Потратив остаток дня и часть следующего утра в архиве черношляпников в «Шляпном магазинчике», Микель нашёл всего два сообщения о «Вестнике пало». Одно упоминало захудалую типографию пало, которая то ли печатает пропаганду, то ли нет. Во втором случае был только адрес, нацарапанный карандашом. Оба основывались на скудной информации, которой уже несколько месяцев, и никто так и не озаботился проверить слухи, ставшие причиной первого сообщения.
Микель вышел из «Шляпного магазинчика» только на следующий день после полудня, оставив агенту Варсиму адрес «Вестника пало» на случай, если от него не будет вестей более суток. Он подумывал взять нескольких железных роз для охраны, но решил просто прихватить старые кастеты. «Шляпный магазинчик» всё ещё пребывал в полной боевой готовности, разыскивая Бена Стайка, а Микель не хотел привлекать внимание гранд-мастера, пока полностью не уверится, что вышел на Тампо.
Адрес вёл в палоанскую деревню под названием Лэндон-Плейн милях в шести к северо-западу от плато. Это было одно из множества поселений вдоль Хэдшо, почти полностью возведённое на сваях, позволявших шатким деревянным домам выдерживать весенние наводнения. Лэндон-Плейн оказался небольшим, но процветающим торговым центром с лодочной пристанью, тремя универсальными магазинами и даже театром. Микель вышел из кэба недалеко от центра посёлка и зашагал по извилистым улочкам, покрытым плотно утрамбованными речными наносами, снова и снова бормоча адрес и разглядывая таблички с номерами на домах и магазинах. Правда, таблички висели только на четверти зданий.
Чёрную рубашку и котелок Микель предпочёл оставить дома и надел вместо них свободные рабочие брюки из грубой шерсти, хлопчатобумажную рубашку с закатанными рукавами и кепку, которую сдвинул на затылок. Одинокий черношляпник в общине пало, как правило, становился мишенью для злоумышленников. Бедного крессианского подёнщика могут ограбить, но у него больше шансов вернуться домой целым и невредимым.
За ним наблюдали, но никто не пошёл следом. Микель уже начал думать, что адреса не существует, но тут заметил две таблички с номерами, первые два знака на которых совпадали с теми, что на визитке. Он нашёл переходные мостки и направился к стоящим на общих сваях строениям, похожим на склады и промышленные здания. Рабочие пало таскали на склад и со склада тюки хлопка и табака, а бригадиры отдавали распоряжения. На Микеля не обращали никакого внимания.
Наконец он добрался до нужного адреса в дальнем конце промышленной зоны на мостках. Единственная дверь вела в небольшую пристройку к складу. На вывеске рядом с дверью на языке пало было написано по трафарету: «Вестник Пало». Микель посмотрел в окно, потом оглянулся. Похоже, рядом никого нет. К тому же в таком маленьком здании вряд ли поместится даже небольшой печатный станок.
Микель открыл дверь и шагнул внутрь, держа одну руку в кармане на кастете, а другой сунул в рот дешёвую трубку.
− Эй? − позвал он с северо-восточным акцентом. − Эй?
Места в «Вестнике пало» было не больше, чем в уборной. Здесь стояло несколько ящиков, из которых во все стороны вываливались газеты. Возле двери, прислонившись к стене, сидел старик пало. Он был босой, в старой куртке из оленьей кожи, надетой на голую грудь, и обрезанных шерстяных штанах. Старик с подозрением покосился на Микеля.
− Чем могу быть полезен, сэр? − спросил он на ломаном адроанском.
− А, здрасьте! − сказал Микель. − Это тут «Вестник пало»?
