была вся его огромная звериная любовь и жажда до меня.
Мне казалось, что за ночь его глаза стали даже еще ярче!
Норд аккуратно повернулся, нависая сверху, и пристально смотрел в мое лицо добрым согревающим взглядом, словно пытался понять, изменилось ли что-нибудь этим утром.
И я знала, что изменилось.
Я стала любить его сильнее, больше не боясь признаваться в этом. Ни себе, ни ему.
И мне показалось, что Норд почувствовал это, потому что улыбнулся своей очаровательной клыкастой улыбкой и поцеловал вместо ответа.
– Нам нужно возвращаться и нести свою службу, Алу. Но ты можешь остаться в доме берий, пока не почувствуешь себя лучше. Я приду за тобой, как только ты решишь, что готова.
– Я пойду с тобой.
Кажется, Норд не ожидал такого ответа. Но не смог сдержать широкой довольной улыбки.
– Идем в дом. Тебе нужно собраться, а я пока покормлю псов и медведицу.
Он завернул меня в шкуры, накрывая голову, и прижал к себе, чтобы окутать жаром своего большого тела, пока псы сонно зевали и нехотя поднимались на лапы, чтобы последовать за нами.
Было темно, но по ощущениям все же было очень раннее утро, когда Норд вошел в дом берий и осторожно опустил меня на ноги.
Здесь уже никто не спал.
А может, еще не ложился с прошлой ночи в заботах о невестах.
– Я в порядке, – улыбнулась я одной из белокурых девушек, когда та принесла мне уже знакомый чай, снимающий боль.
– Нельзя быть в порядке после первой ночи с Берсерком, – смущенно отозвалась она, кивая Норду и не поднимая на него глаз, словно это было запрещено, как и воинам было запрещено смотреть на невест. – Я приготовила ванную в ее комнате. Если хочешь, ты тоже можешь остаться.
Было ощущение, что Норд в этом большом теплом доме чувствует себя неловко.
Он отнес меня наверх и оставил в комнате, нежно касаясь моей щеки, и улыбнулся:
– Не буду вам мешать. Я вернусь позже.
– Я буду ждать тебя, – я сама приподнялась на носочки, чтобы поцеловать своего медведя в мягкие губы, делая это легко и ненавязчиво, но тут же ощутила отклик его напряженного тела и того жара, которым оно полыхнуло в эту же секунду.
Норд унесся из комнаты быстрее, чем я успела что-либо сказать еще, заставляя меня улыбнуться.
Такой эмоциональный, что это каждый раз искренне удивляло меня.
– Не играй с его выдержкой, Алула, – тихо проговорила берия, которая была рядом, и подняла свое лицо, только когда Норд ушел. – Это может плохо кончиться.
Я ничего не ответила ей, но подумала, что мой Берсерк отличается от остальных.
Он особенный.
Он не причинит мне вреда, что бы там ни было и как бы сильно ему не хотелось близости.
Хотя в одном берии все-таки были правы – перенести близость с таким большим и мощным мужчиной оказалось нелегко.
Я уже опустилась в ванную, где плавали цветы и какие-то веточки, когда в комнату влетела Талита, уставившись на меня тревожно и как-то восторженно.
– Ты правда в порядке, Алу?
– Правда, – рассмеялась я, понимая, что девушке очень интересно узнать, как все происходило, – не все так страшно и опасно, как может показаться на первый взгляд.
Тали покраснела, верно истолковав мои слова, и тут же плюхнулась на кровать, глядя на меня во все глаза.
– Ты решила пойти с Нордом в его дом?
– Да.
– Их дома изо льда и без тепла. Как вы сможете жить в них?
Я только улыбнулась в ответ:
– На стоянке инуитов тоже есть дома без тепла. Мы все живем среди льдов.
– Инира тоже не хочет оставаться у нас! И еще одна девушка уходит. Еще одной Защитник пообещал построить дом из дерева, и тогда он заберет ее к себе, а пока будет приходить к нам.
– А та невеста, что кричала ночью?
– Она остается, чтобы привыкнуть к новому миру. Ей оказалось это тяжелее, чем остальным, – Талита подалась вперед, улыбаясь. – Вы – первые невесты, которым разрешили покинуть стены дома берий! Просто с ума сойти, как все меняется! Может, придет время, когда и нам можно будет выходить к людям!
Так вот что тяготило крошку Тали.
Она хотела к людям.
– Инира не спит?
– Нет! Сейчас позову ее! – шустрая и забавная Тали тут же убежала, а мне вдруг впервые стало неловко.
Столько лет мы жили бок о бок с моей Инирой, и вот я чувствовала себя нехорошо, что в эту минуту была счастлива… а она – нет.
Это чувство прошло, когда я увидела темные красивые глаза своей подруги и она крепко обняла меня, не боясь намочиться.
Я тут же выбралась из ванны, и мы проговорили несколько часов, оставшись наконец наедине.
– Я бы не хотела для тебя той жизни, о которой ты никогда не мечтала, ила, – прошептала я подруге, обнимая ее, когда пришло время собираться в новые дома на границе миров Берсерков и людей.
.Туда, где жили Защитники.
– Я была рождена для этого, и поэтому нет ничего, что я не смогу принять, – спокойно отозвалась Инира, и снова поразилась, насколько сильной она была в душе, несмотря на свою нежность и хрупкость внешне.
– И потом, Соранг действительно хороший.
С этим я была полностью согласна и всем сердцем надеялась, что придет время, когда Инира сможет полюбить его больше, чем Ханта.
Потому что Соранг заслуживал это и доказал уже дважды!
Спустя несколько часов все Защитники и ныне законные медвежьи мужья своих хрупких невест стояли у дома берий, слушая наставления старушки с добрыми глазами.
– В ваших руках великая
