для второй пары глаз, но никак не влияли на видимость шерстинок, колышущихся перед первой.
- Ты хорошо видишь? – спросил Габриэль.
- Хватит, чтобы попасть, - кивнула эльфийка, вытащила стрелу, вставила её хвостовик в тетиву и тихо пошла за медведем.
Она держала шею зверя на прицеле и выжидала момента. Землянин шёл за ней.
Фьють! Выпорхнула стрела в сторону косолапого. Тот захрипел, взревел, встал во весь рост, снова захрипел, опустившись на передние лапы и стал крутиться, пытаясь понять, откуда прилетела боль.
- Шею пробила, - проговорил вампир. - Добью, чтоб не мучился.
В следующую секунду в пробитую шею воткнулась ещё одна стрела. Третья попала в голову, четвёртая снова шею. Мишка упал, подёргал конечностями и утих.
- Да ты виртуозка, - похвалил Габриэль любимую. – А скакунов не разрешала калечить. Тогда, в Мосьти.
Они пошли к туше.
- Охота ради еды – священное право всех существ, - сказала Дариэль. - Душа этого медведя не извратится, потому что он принесёт пользу. Она влетит в чрево медведицы в момент совокупления и поможет зачать новую жизнь.
- Вон оно как… - поднял брови землянин. - А если он не принесёт пользу? Если мы бросим его здесь, и он сгниёт?
- Тогда его душа будет долго метаться и страдать. Пока не извратится и не поможет зачать злобного медведя-людоеда. Или, вообще, монстра.
- Хмм. Тогда нужно скорее получить от него пользу. Я поужинаю, не возражаешь?
Медвежья кровь манила проголодавшегося вампира. Её запах схватил его нос пальцами и тянул изо всех сил.
- Подожди, стрелы вытащу, - ответила эльфийка. - Здоровый медведь, - оценила она косолапого, взявшись за древко стрелы, торчащей из его головы.
- Да, крупный. Другие, наверно, и не выходят ночью.
- Этот тоже припозднился. Для монстров он был бы лёгкой добычей.
Вытащив все стрелы, Дариэль отошла от мишки и указала на него:
- Ужин подан. Приятного аппетита!
- Спасибо, - быстро произнёс Габриэль, упал на колени возле окровавленной шеи и присосался к ранам.
Эльфийка отошла ещё дальше, чтобы не стоять над его чёрной душой и уселась под деревом.
«Надо же, - думала она, наблюдая за любимым. – Кем только я не представляла своего суженого: и доблестным рыцарем-человеком, и чопорным высшим эльфом, и гномом, и орком, и даже культурным, воспитанным огром. Но вампиром… - она задумалась, припоминая. – Нет, вампир мне даже не снился»
Вампиры в её представлении всегда были высшей нежитью. А нежить никак не увязывалась с любовью и другими тёплыми чувствами.
- Фуууух! – протянул высший из «высшей нежити», насытившись и встал. – Хороший медведь, сильный.
Его лицо было вымазано в крови. Особенно густо вокруг рта. Это было видно даже в полумраке сумерек.
Яркое белое сияние ударило в лицо Дариэль, заставив её зажмуриться и прикрыть рукой глаза. Она успела увидеть, что свет исходил от лица и других оголённых частей тела побелевшего вампира и бледно прорывался сквозь его одежду и броню.
- Так то лучше, - сказал Габриэль, перестав светиться и улыбнулся чистым лицом.
- Хорошо тебе, - улыбнулась почти таким же чистым лицом эльфийка – она умывалась несколько раз на дню, - приближаясь. - И мыться не надо.
- Если в кислоту аракина и испражнения огров не вляпываться, то, в принципе, да. Но я люблю мыться. Обычный душ с хорошим, запашистым мылом мне больше ледяного нравится. Ладно, погнали обратно. Наши там, наверно, вилками по тарелкам стучат. Как бы скакуна не зарезали.
Девушка засмеялась и обняла его.
- Погнали, - проговорила она, впилась в его губы и просунула между ними язык.
Вампир «пофехтовал» с ним своим языком и плотно обхватил губами. Страсть закипела в нём. Он приподнял свою любимую – та сразу обхватила его ногами, - и прижал её к стволу ближайшего дерева.
- Как же я люблю тебя, как же ты меня заводишь, - прошептал он прямо в её губы.
- Я тоже люблю тебя. Ты не представляешь, как я счастлива, что встретила тебя.
Шесть минут страстных глубоких поцелуев и ласк самых отзывчивых на ласки мест спустя, парочка вспомнила про «стучащих вилками по тарелкам» друзей.
- После ужина продолжим, - прошептала разгорячённая и перевозбуждённая эльфийка. – Погнали.
- Да, сразу после ужина, - смог выговорить вампир через страсть, застилающую его всё и развернулся к ней спиной.
Дариэль обхватила его руками и ногами сзади и впилась ртом в мочку правого уха.
- Так мы все деревья пересчитаем, - улыбнулся Габриэль, подошёл к убитому медведю и взял его за заднюю лапу. – Шучу, не останавливайся.
Глава 25
- Явились, не запылились! – встретил Рогнар сладкую парочку с тушей медведя у лагерного костра. – В следующий раз не увязывайся за ним, Дариэль.
Гном, маг и моркут сидели вокруг ярко горящего костра, стучали вилками по тарелкам и пугали Игарона не сулящими ему ничего хорошего взглядами.
Эта картинка существовала только в головах эльфийки и вампира. Правдой из неё было то, что их друзья сидели вокруг ярко горящего костра. Вместо тарелок с вилками у них в руках были кружки с отварами растилоя, а увлекательная беседа вкупе с уважительным отношением всех троих к ездовым животным спасала Игарона от не сулящих ему ничего хорошего взглядов.
«Это кого отшили? – подумал Габриэль, увидев, что одна палатка стояла поодаль от трёх других. – Наверно, нас, - улыбнулся он. - Чтоб не слышать и не облизываться. Виверу это всё равно не поможет»
- Дар, - улыбнулась Дариэль, подошла к чайнику и заглянула в него.
Она явно была в чудесном, игривом настроении.
- Что, Дар? – не понял Рогнар.
- Не Дариэль, а Дар. Ты ещё ни разу не назвал меня сокращённо. А Дила с Габом называешь. Почему?
- Язык не поворачивается сокращать такое красивое имя, - улыбнулся Рогнар, когда парочка уселась на мешки возле костра.
Вивер поставил свою кружку на землю.
- Пойду, разделаю мишку, - сказал он, поднявшись.
- Помочь? – спросил Дилион.
- Не, не надо. Я сам люблю это делать.
- А у нас что, не красивые имена?
