их работоспособность.
Подготовка к выходу на поверхность шла медленно. Девушка не торопливо готовилась, наслаждаясь процессом сбора, и тем не менее через час она была полностью экипирована. Старые умения не забылись за год.
Направилась собранная Медея с накрытой плащом головой в сторону одного бара. Заведение было злачное, в основном, по тому контингенту, что там обитал. Стекающиеся одинокие отщепенцы, которых выгнали из банд и никуда больше не брали, искали новых хозяев в надежде стать их шестерками.
Работающие сами на себя преступники приходили в бар, предлагая разного рода услуги. Посредником служил хозяин заведения. К нему и подошла Медея, рассчитывающая быстро найти нового проводника.
Большой лысый мужик с пронзительным взглядом натирал стакан до блеска, рассматривая вошедшую. Подойдя к каменной стойке девушка закрыла шлем и приподняла голову, чтобы тот понял, что она от него хочет.
— Номер? — буркнул он без интереса, убирая один стакан в каменную стойку и начиная заниматься следующим.
— Семь — ответила Медея, не задумываясь.
Рандомное число от одного до десяти было гарантом безопасности проводников. Хозяин бара сам выбирал какую цифру кому присвоить и иногда менял кротов местами, чтобы исключить розыск одних нарушителей закона другими. К тому же, человек с улицы не знал, как происходит подобная сделка и не ответил бы на вопрос бармена, а задал бы встречный.
Лысый сообщил Медее условное место и плату. К ужасу девушки, спуски с поверхности подорожали. Расстройства по этому поводу вслух она не выдала, но всю дорогу до шахты мысленно называла проводника «скупым крысенышем».
В кармане костюма у Медеи лежали лишь те деньги, что она смогла выторговать за возврат поношенных плащей, а значит для спуска обратно на Парвус ей понадобиться вернуться с хорошим уловом.
Глава 36. Человечность
На окраине Верхнего города появился черный силуэт. Невысокая фигура в мужском защитном костюме с закрытым шлемом упала на песок.
Медея лежала лицом вниз с бешено колотящимся сердцем.
— Зараза! — проорала она, перевернувшись на спину.
Ее глаза уставились, на плывущее по голубому небу, облако.
— Как же хорошо!
Душа девушки, поглаживающей песок, трепетала от восторга. Абсолютное чувство свободы, посещающее ее во время подъема на поверхность, загорелось вновь. Дом, где она оказалась, прибыв на лифте, располагался на самой окраине.
Медее нужно было купить еды, но она не могла больше ждать. Девушка не удержалась и сначала пошла смотреть на просторный пейзаж. Ей нужно было увидеть пустыню.
Провалявшись около получаса на песке, наслаждаясь видами оранжевого горизонта и поднимающегося от него вверх неба Медея наконец встала. Размышления ее привели к тому, что чем быстрее она станет аппером, тем скорее сможет подниматься на поверхность законно. Отряхнувшись девушка направилась обратно к низким каменным домам.
Улицы Внешнего города становились все оживленнее по мере продвижения к рынку. До слуха Медеи доносился шум суматохи, всегда царившей на торговой площади.
Полные лавки пестрили обилием товаров. Девушка искала глазами еду, скользя по прохожим в черных плащах. Ее взгляд зацепился за лавку с развешанными рядом кусками мяса. Те вялились под палящим солнцем, рядом стоял толстый человек. Под защитным костюмом выпирал большой живот.
Медея решила, что судя по его комплекции, еда у него должна быть вкусной, раз он не может вовремя остановится в ее употреблении. Поэтому ноги понесли девушку к медленно сохнущему на воздухе мясу. Беловолосая остановилась рядом с лавкой, задумчиво рассматривая кусочки плоти, которые еще не успели завялиться.
Медею что-то смущало, но она не могла понять, что именно. Толстый торговец лишь отвлекал ее резко навалившись на девушку разговорами. Он говорил о погоде, солнце, мясе и его низкой цене.
Девушка сощурилась на не замолкающего мужчину. Она метнула глаза обратно на мясо. Маленький кусочек кожи. Вот что ее смущало. Конечно, это могла быть и кожа животного, но Медея уже встречалась с каннибалами. Тогда она с Фейтом чуть не стала их новой добычей. Они чудом спаслись. Ту ночь девушка хорошо запомнила. Они с отцом сидели связанные у костра и один из незнакомцев, поймавших их, жарил человеческое мясо. Медея не могла отвести глаза от шкварчащей на огне кожи, представляя, что ее саму скоро разделают и поместят на костер.
— Поедание человечины не особо полезно для здоровья. Вы же не знаете, чем болел при жизни труп. Вероятность заражения неизвестной вам болезнью при употреблении в пищу его мяса высока. Часть из них неизлечимы и приводят к летальному исходу — складывая руки на груди, выдала Медея, вспоминая лекции Кассия по биологии — вы не выглядите, как человек нуждающийся в пропитании. Могли бы ограничиться и обычной едой.
Пока девушка нравоучительно рассказывала о том, что своим неправильным поведением он подвергает риску и покупателей, толстяк бледнел, под маской. Тот не представлял как можно отличить в разделанном виде одно мясо от другого. Даже он будучи опытным не сказал бы наверняка, где кто.
— Шел бы ты отсюда, парнишка — донеслось злобное шипение с маски торговца до Медеи.
Девушка колебалась. Она могла спокойно купить еду в другом месте, но этот толстяк торговал разделанными люди и ее совесть просила сдать его местной полиции, роль которой во Внешнем городе выполняли апперы низших уровней.
Идти к ним было опасно для Медеи, поэтому она произнесла серьезно:
— Через два дня вернусь и если увижу человеческие части тела в твоей лавке, ты окажешься среди них.
Торговец расхохотался. Если бы его можно было напугать подобного рода угрозами, то он бы не занимался, тем чем занимался.
— Не сдохни за это время — процедил толстяк, смотря прямо на своего собеседника.
Хоть шлемы и скрывали их лица друг от друга, казалось, испепеляющим взглядам это не помеха.
— Ты был предупрежден — бросила Медея, разворачиваясь в противоположную сторону.
Настроение ее испортилось. Порой девушка забывала, что на поверхности порядки гораздо жестче, чем на Парвусе.
Она принимала многие вещи, что делались людьми из нужды. Но поедание одних людей другими, в условиях, где имелась другая пища, не укладывалось в ее голове. К тому же, торговец врал своим клиентам и ради наживы делал их частью такой мерзкой вещи, как каннибализм.
Еду Медея купила в лавке напротив. Из-за увиденного она купила тараканов, а не мясо как изначально планировала. От мысли, что придется есть золотистых насекомых ее начало подташнивать. Она могла бы взять еды из столовой академии, но если бы кто-то заметил такую пищу, то мог бы догадаться, что девушка с Парвуса, а не проживает на постоянной основе во Внешнем городе. Рисковать
