Читаем без скачивания Своя радуга - Лев Соколов

– А почему наш улий оказался разрушен? Те самые возвратившиеся?

– Нет. – Покачал головой Одд. – До этой планеты они так и не добрались. Скорее всего, это произошло, когда агонизировала старая планетарная администрация, и те кто остались грызли друг-другу глотки. Твой улей, который производил русов, возможно его уничтожили за ненадобностью. Насколько я знаю, из русов всегда получались хорошие воины, но плохие палачи. Когда угорза внешнего вторжения отпала, они стали не нужны, может даже и опасны.

– Голова кругом. Ошалеть. – Петр потер переносицу, собираясь с мыслями. – Ладно… Одд. – Ты рассказал мне об этом месте. Но кто ты сам?

Одд помотрел на него своими пустыми глазами.

– Я такой же как ты. Вернее был таким когда-то. Только ты массовый продукт. А я – эксперимент. Когда звездные владыки стали настолько малочисленны, что их не стало хватать даже для флота, они всеже переломили свою гордость. Из вас делали десантников, а из меня – одного из немногих – пилота. Ну и заодно, бротинженера, навигатора, – все в одном. Такие как я должны были загружать в трюмы таких как ты, и подвозить их на убой к охваченным войной звездным истемам. Заодно мы бы служили надсмоторщиками, готовыми при случае выступить вестниками богов перед запертой в трюмах ордой религиозных фанатиков. Это осовобождало владык для более важных дел. В те времена я ощущал превосходство над такими как ты, и мне это нравилось… Я был удостоен… Поставленный над низшими сам возвышается, правда?.. Возможно, если бы у владык оставалось больше времени, таких как я стало бы больше. Но далеко не всем владыкам нравилось, что низших вроде меня допустили к звездолетам. Для некоторых это было оскорблением. Даже погибая, они не могли смирить гордость. Насколько это не нравилось тому, кого хозяин этого дома сейчас называет Одином, я испытал на своей шкуре… – Одд выпрямился в кресле. – Послушай историю про возгордившегося дурака. Мой корабль был приписан к этой планете. Здесь у меня был дом, была женщина. Её звали… Неважно. Я подобрал её из местных. Для неё я, – повелитель чудесных дворцов и колесниц – сам был как бог. Знаешь, каково это, когда женщина глядит на тебя так… Мы были счстливы вместе. Она ждала меня, когда я возвращался со звезд. И вот, однажды, когда я вернулся, я повез свою женщину на прогулку. Я взял орбитальный шлюп, и мы полетели на другой континент, в самую проклятую и забытую всеми богами дыру на этой планете. Отчего бы было не забраться туда? Ведь шлюп пожирает любые расстояния, и можно бодить по планете будто по комнате. А в забытой богами дыре среди гиганских скальных пустошей и ледников было несколько долин, в которых из-под земли шло тепло, и там росли самые красивые цветы, что я когда-либо видел. Они были как живой ковер из алых лепестков. Мы вышли из шлюпа, и ходили там держась за руки, наслаждаясь видами. Романтично?

– Мда… Весьма… – Кивнул головой Петр.

– Да. И вот, пока мы наслаждались видами, позади раздался шум. Это наш шлюп захлопнул люк и взлетел. Кто-то поднял его в воздух в дистанционном режиме и увел за горизонт. Я остлобенел, но еще не понял что произошло. Моя… Она вообще не была сведуща в технике владык. Впрочем, ей не нужно было уметь читать по приборам, она умела читать по моему лицу. Как пилот я имел постоянную связь с космодромом и администрацией. Она была прямо здесь. – Одд – постучал пальцем себе по виску. – Я попробовал вызвать шлюп, попробовал вызвать помощь. Бесполезно. Кто-то заблокировал мой канал. Тогда я попробовал связаться с администрацией. С тем, кого наш друг Стейнар теперь называет Одином. И он снизошел до ответа. Он сообщил, что я – кучка слизи, одноклеточное ничтожество, возомнившее себя достойным водить межзвездные корабли, должен был заплатить за свою дерзость. И конечно – никакой возможности повторного воскрешения. Собщив это, Один отключился и мой канал связи умер. Наверно как раз в то время эта остатки центральной администрации владык развалились, иначе он бы не посмел. Не он создал меня. Он долго и тихо ненавидел меня, и наконец смог нанести свой удар. Это был изощренно. Гораздо тоньше, чем убить меня. Когда-то, в земной жизни я был от рода фарсом, из племени делеймитов… Уж мы-то понимали толк в таких вещах… И вот мы с моей женщиной остались стоять, посреди бескрайней ледяной пустыни, на небольшой поляне. Цветы были прекрасны.

Но их нельзя было есть.

Я уже говорил тебе, что я был эксперементальным образцом? Почти полубог. Мое пркрасное тело. – Одд задумчиво с брезгливым любопытством поднял и посмотрел на свою безупречнйо формы руку. – Я и питаться-то могу с огромными перерывами, настолько я эффективно усваиваю энергию. Она умирала долго… Я вел её через камень и ледяные пустоши. У нас не былотеплой одежды, но я почти не страдал от этого. А она мерзла, худела, истончалась. Я пытался согревать её, но потом и это не помогало. Стоило чуть разжать объятья, и она снова мерзла. Голодное тело не дердит тепло. Сперва мы шли. Потом я её нес. Потом… Там, на пустоши, я впервые подумал об оболваненных пехотинцах, которых тысячами возил умирать за существ притворяющихся из богами. Может быть пустошь стала мне платой… Я очень боялся, что она начнет грызть себе руки. Или мне. Но она вела себя спокойно. Она еще и утешала меня. Меня! Самодовольного скота, когда-о возомнившего себя высшим существом. Вот что меня убивало. Я думал, что когда стенет совсем плохо. Когда совсем… Я аккуратно сломаю ей шею. Чтоб она больше не мучилась. Впрочем, может быть и этим мысли были лицемерной трусостью – кого я хотел уберечь от мучений – себя или её? Но она уберегла меня и от этого. Она просто попросила дать ей заснуть.И я дал.

Не знаю как я переплыл пролив. Сил грести руками не было. Наверно я цеплялся за воду зубами. У меня был должок. На другом берегу начала попадаться кое-какая еда. Наверно обычный человек не смог бы её усвоить. Затем я стал выбираться обратно к обжитым местам. Я научился мерить расстояние и время не как пилот, а как пешеход. На это ушло больше девяти лет. В одном из ущелий местное зверье едва не отгрызло мне ногу, с тех пор я хромой калека… Когда я добрался до людей, все на планете уже изменилась. Звездные корабли без движения застыли на поле. Они больше не пребывали из других систем. И на них было нельзя взлететь, пока орбиту контролируют спутники планетарной обороны. Оставшиеся на планете владыки перегрызлись за власть. Я постоянно думал, как вернуть долг, но уж очень хорошо мой должник окопался. А потом он одолел других сладык, и стал единственным хозяином. Шли годы, я скитался, и искал пути. Хоть какую-то возможность подобраться, хоть какое-то недовольство. Я бродил по усадьбам эйнхеров разбросанных по планете, и пытался смутить их умы против их бога. Дает ли он то, что им нужно? Не обижены ли они его милостями? И наконец, я нашел такого, в чьем сердце мои речи дали плоды.

– Стейнар, – Покачал головой Петр.

– Он, и еще несколько. Совсем немного, но что есть… Образцы с изьяном. Маленькая трещинка на безупречной броне почитания. И трещинки все росли и росли. Стейнар считатет, что держит меня в погребе как ценный инструмент. Пусть так. Мне все равно. Заговор почти созрел, несколько стражей правителя приотовилась устроить переворот. Но тут появились вы четверо…

– И что это меняет?

– О, многое. – Хлопнул руками по коленям Одд. – Стейнар решил разыграть вас по-своему. Смотри, что я покажу тебе.

Одд провел рукой в воздухе, и в нескольких шагах перед Петром, прямо из воздуха соткался экран. На нем было видно, как в воздухе летит уже знакомый корабль-веретено.

– Это орбитальный шлюп, – пояснил Одд. – Ну да ты и сам знаешь… Летят парой. В них друзья Стейнара. Два таких же недовльных эйнхерия, как и он. Мы видим ведущего. Запись ведется со второго борта. Сейчас он начнут снижаться. Следи за местностью.

Петр разглядывал картинку. Веретено впереди пошло наснижение и на экране внизу мелькнули обрывистые скалы, ущелье, река, водопад…

– Это же вход в тот улей из которого мы вышли! – Воскликнул Петр.

– Правильно. Смотри дальше.

Оба веретена снизились влетели в нишу у водопада и аккуратно приземлились на разбитой посадачнйо площадке расположенной в скале. Из веретана вылезли две фигуры в бородатых доспехах, и оглядевшисьпошли ко входу вглуь комплекса.

– Видишь, у второго на спине? – Спросил Одд.

– Ранцевый заряд…

– Да. Не антиматерия конечно, но тоже приличная штука. Когда рванет в глубине горы… Последние остатки вашего улья исчезнут. Как и возможность вашего повторного воскресения, разумеется. Если Стейнара нельза назвать силшком умным, то уж в быстроте принятия решения ему не отказать.

– Но зачем это ему?

– Стейнару? Ну, знаешь, он храбрый парень, но ведь не безумец. Полагаю, он решил подстраховаться и поручить вам роль тарана в покушении. Вы думаете, что у вас в запасе есть воскрешение, а на самом деле… Если покушение провалится, и Один остаентся жив, Стейнар будет громче всех клеймить проклятых диверсантов посланных йотунами. Если удасться – Стейнар опять же клеймит проклятых, и призывает остальных эйнхеров теснее сплотится вокруг него, – Стейнара, – дожилаясь возвращения бога, которое никогда не состоится. В обоих случаях, вас уже выгоднее иметь мертвыми. Мертвецы молчат.