дверь завибрировала от стука. Брат открыл.
— Так, дети! Хватит сопли распускать! — отец внимательно окинул взглядом бардак в нашей каюте. — А то жизнь проходит мимо. Мы с мамой решили вас вытянуть развеяться. Ростислав! Пойдешь со мной в сауну. А ты, Марта, с мамой на массаж. Давайте, собирайтесь и пошли.
— Пап, ну какая сауна? Мы тут с Мартушей сериал смотрим.
— Вы эти сериалы четвертый день подряд смотрите. Скоро глаза выпадут. Давай, сынок, не хнычь.
Я не возмущалась. Мне было все равно. Массаж так массаж. Неважно, как убивать время.
Мама ждала меня в коридоре. По дороге пыталась заинтересовать рассказами про Фиджи. Я слушала ее вполуха, смотрела на свои ноги, как они шаг за шагом идут вперед. Адама нет рядом, но жизнь продолжается. Мне хотелось вернуться, застрять на Таити, заново проживать тот день, пока еще все было хорошо.
Нас развели по разным комнатам для массажа. Внутри, за ширмой, я разделась почти догола и вышла, прикрываясь полотенцем. Массажист создавал впечатление сдержанного профессионала.
Думаю, на этом столе я хорошо посплю. Я попросила что-то расслабляющее и улеглась на живот. Сильные руки нежно заскользили по спине. Плавные движения растапливали затвердевшие мышцы. Приятное тепло расходилось под кожей. Я прикрыла глаза. Нужно постараться ни о чем не думать и действительно расслабиться.
На несколько секунд массажист остановился. И потом с еще более ярким чувством и лаской принялся гладить спину. Я едва не мурлыкала. Его пальцы вызывали сладостную дрожь. Внизу живота запылало возбуждение.
Да что он творит… Я прикусила губу. От его рук и кончить можно.
Ладони двинулись от лопаток по ребрам вниз, защекотали талию и вдруг легли на мои ягодицы. Пальцы жадно их сжали, до боли.
— Да что вы творите?! — Я приподнялась, оборачиваясь. Меня словно огрело звездой с неба. Я ошалела и одновременно чуть не взорвалась от радости.
Надо мной возвышался Адам и бесстыже ухмылялся.
Хотелось прибить его и одновременно броситься ему в объятья. Слова полились из меня потоком быстрее, чем я успела соскочить со стола.
— Ах ты бессовестный мерзавец! Ты когда на лайнер поднялся, а? Явно не час назад! — Я прикрылась полотенцем. — Ну, говори же!
От его наглой красивой физиономии во мне бурлил огненный коктейль. Я бы только радовалась, правда, но он ведь измывается над моими чувствами! Как его отучить от этого?
— Вчера вечером поднялся. Мы бы увиделись раньше, но ты торчала все время в каюте с братом. — Адам подступил вплотную и едва протянул ко мне руки, я отпрянула в сторону.
— Значит, зайти ко мне ты не мог? Я тут сижу, убиваюсь, а ты… — Слезы подкатывали к глазам. Спазм перехватил горло. Я сдавленным голосом произнесла: — А ты моего отца подговорил, чтобы он меня выманил.
— Эй, малышка, ты чего злишься…
Понимаю, может выглядеть глупо то, что я сейчас устраиваю скандал. Я ведь все дни ждала, надеялась. Но почему Адам не позвонил, когда освободился? Почему не успокоил меня? Мне было ужасно плохо.
Я опустила голову, разрешая себя укутать в объятья. Нервы злостно ощетинились, кожа отталкивала тепло.
— Так сильно переживала, скучала? — нежно шептал он, гладя меня по спине, плечам, прижимая к себе крепче.
— Да, я рада тебя видеть. Рада, что с тобой все в порядке. Но эти дни были невыносимыми. Ты мог хоть немного облегчить их. Позвонить.
— Я ведь тебе говорил, малышка, все будет хорошо. Снова не верила мне?
Наверно, он не понимает, что девушка, у которой есть к мужчине чувства, все равно будет волноваться. Адам поднял мою голову за подбородок, склонился ближе.
Горько-сладкий поцелуй обрушился на мои губы. Я страшно переживала, боялась, что его убили и он больше не вернется. Зачем он так со мной? По-прежнему эгоистичен в своих чувствах.
Быть с ним? И постоянно проверять нервы на прочность. Уверена, его враги не испарились. Но, может, если он расскажет, что с ним было, моя злость поутихнет? Я отстранилась от его губ.
— Скажи мне, что случилось? Кто такой Назар?
— Я ему подравнял нос.
Иными словами, дал в морду. Заслуженно.
— Так куда тебя повезли? Что с тобой делали?
— Ничего страшного. Просто хотели поговорить. Прости, больше сказать не могу.
Я прикрыла веки и вздохнула. Не станет Адам посвящать меня в свои дела.
— Малышка, это для твоей же безопасности. Чем меньше знаешь, тем лучше.
— Конечно.
Неизвестность и была корнем страха. Сложно верить словам “все будет хорошо”, когда они ничем не подкреплены.
— И я благодарен тебе за то, что ты мне рассказала про Назара. Это мне очень помогло.
Как искренне и с радостью улыбнуться? В глазах до сих пор стояли слезы. Зря я грустила, зря убивалась. Вот же Адам, прямо передо мной. Цел и невредим. Я чувствую его запах, тепло.
— Пойдем, малышка. Я приготовил тебе сюрприз.
Никакого мне сюрприза не хотелось — хотелось лишь, чтобы он больше никогда не пропадал, чтобы заботился, понимал мое волнение. Я набрала в грудь воздуха.
— Адам… Мне не нужен сюрприз. Если надеешься, что он сотрет эти четыре дня, которые я провела в слезах, то ты ошибаешься. Думаешь, что одержим мною, но на самом деле ты одержим желанием обладать. Тебе плевать на мои чувства. Ты думаешь, что какой-то сюрприз тут же поднимет мне настроение и я все забуду. Но это так не работает… Я действительно рада, что ты вернулся. Только радоваться мне трудно. Когда ты освободился? Скажи.
Он отвел померкнувший взгляд. Его руки больше не обнимали меня крепко.
— Через сутки. Я не думал, что ты настолько тут страдаешь. Я ведь сказал тебе, что со мной…
— Да помню я! Хочешь, чтобы я не волновалась? Я и не буду, если мне станет на тебя плевать. Только в этом случае. И ты вместо того, чтобы позвонить мне, успокоить меня, готовил чертов сюрприз… Ты, как и раньше, думаешь обо мне, как о цели, которую нужно добиться. Не думаешь, что у меня есть чувства, эмоции, желания, мысли.
Адам отступил от меня и взмахнул руками.
— Так что мне теперь делать?!
— Подумать об этом. Лучшим для меня сюрпризом будет то, что ты сделаешь из этой ситуации выводы. — Я двинулась к шторке, хотя меня неудержимой силой тянуло обратно. Отключить бы мозг, негативные чувства и забыться в его
