бойся, — в очередной раз шепнул мне на ухо Кеннет. — Я не допущу, чтобы с тобой что-то случилось.
— Конечно, — улыбнулась я и позволила усадить себя в карету.
Впереди у нас была финишная прямая — от дома до храма. И мое сердце стремилось скорее ее преодолеть, а вот задница чуяла, что так легко мы до цели не доберемся.
Мы уже успели преодолеть половину пути, оказавшись на одной из центральных улиц. Все ехали медленно. Здесь, в центре, не принято носиться сломя голову, даже если очень торопишься. Особенно в праздничные дни, когда все дороги плотно забиты каретами — наемными, личными, узкими, широкими, нарядными и обычными.
— Именем королевы!
Даже через стены я ощутила направленные на нас любопытные взгляды прохожих и пассажиров соседних экипажей.
Еще бы! Ведь это к нам выскочил наперерез отряд королевской гвардии.
— Именем королевы! — повторил капитан, хватая одну из наших лошадей под уздцы. — Остановиться! Открыть карету! Кеннет Майбар, бывший герцог Оттон Гемс, вы арестованы!
— На каком основании? — спокойно спросил муж, положив руку мне на колено. Ласково намекая, что лучше пока не вмешиваться.
Глава 64
— Все верно, сударь. Вас помиловали, но с условием. — Капитан королевских гвардейцев выглядел смущенным, однако его голос звенел решительностью. — Вам полагалось в течение тридцати суток обвенчаться с этой сударыней. А вы не успели.
— Почему не успел? — абсолютно спокойно уточнил Кеннет.
Он вылез из кареты и смотрел на гвардейцев снизу вверх, только создавалось ощущение, что все наоборот. Именно поэтому капитан и чувствовал себя неуютно. Его послали задержать государственного преступника. Он ожидал сопротивления, скандала, а не уверенного взгляда глаза в глаза.
— Ваша казнь должна была свершиться утром, а сейчас уже полдень. Прошло более тридцати суток. Значит, вы не выполнили главное условие для помилования.
— Кто вам сказал такую глупость? — Не выдержав, я освободилась от Селестины, пытавшейся удержать меня в карете, и встала рядом с мужем.
Быстро сориентировавшийся Гаспар остался в экипаже и придержал мою взволнованную родственницу.
Мой вопрос очень озадачил капитана. В его широко распахнувшихся глазах читалось недоумение. Он зачем-то оглянулся на стоящую неподалеку наемную карету.
— Но разве сейчас вы не направляетесь в храм, чтобы обвенчаться?
Кеннет улыбнулся мне одними глазами и взял за руку. Потом посмотрел на капитана:
— Все верно, мы хотели повторить церемонию в присутствии родственников и близких друзей. Моя жена достойна праздника, а не простой венчальной молитвы в деревенской церквушке. Но наш брак давно подтвержден перед богами и консумирован.
— У вас есть доказательства?
Гвардеец довольно легко смирился с нашей невиновностью, ведь он просто выполнял свой долг. Но все же был слегка растерян, так как его приказ вступил в противоречие с реальностью.
— Свидетельство о браке вас устроит? — вежливо осведомился Кеннет и достал из внутреннего кармана плотный конверт. — Оформлено по всем правилам и заверено в родовой церкви герцогства.
Да, витражи в той церквушке были волшебные… Встающее солнце дробилось и распадалось на цветные кусочки, словно кто-то рассыпал по деревянному полу коробку мармелада. А старенький священник соединил наши руки странной светящейся петлей и дал концы двум свидетелям, чтобы они затянули узел…
— Это фальшивка! — рявкнул вдруг где-то рядом знакомый голос.
Из наемной кареты, как черт из табакерки, выскочил лорд Роберт Уорбейн и устремился в нашу сторону.
— Именем ее величества! Я требую исполнения приказа! Эти бумаги не настоящие! Исполняйте свой долг, сударь!
Капитан явно заколебался. Он отдернул руку от конверта, так и не взяв его, и на секунду замер. Потом оглянулся и выдохнул с явным облегчением:
— Ваша милость! — В толпе зевак обнаружился осанистый пожилой мужчина в темно-зеленом плаще с бронзовыми узорами. — Нам нужна помощь. Не соблаговолите ли вы, как храмовый служитель и маг, проверить подлинность заключения брака?
«Интересно, это подставной храмовый маг или случайный честный человек?» — отстраненно подумала я.
У нас с Кеном был запасной план на случай провала, но хотелось решить все максимально законопослушно и без скандала.
Мужчина в зеленом плаще выбрался из толпы зевак, подошел, с достоинством кивнул капитану и внимательно посмотрел на нас с Кеннетом. Затем поднял руку, сделал какой-то быстрый жест пальцами, и вокруг нашей пары на полсекунды закружил белый вихрь. А потом исчез.
— Брак между этими людьми заключен по всем правилам богов и консумирован, — произнес мужчина звучным хрипловатым басом. — Все здесь присутствующие могут убедиться — лента божественного благословения соединила их руки.
— Это обман! Мошенничество! У меня точные сведения!
Я с удивлением смотрела на разъяренного Роберта и пыталась вспомнить. Вроде бы раньше у него был довольно мелодичный приятный голос. Даже на прослушке его ругань не раздражала мой слух. А сейчас у него даже лицо перекосилось, превратив красавчика в довольно отталкивающую визгливую крысу.
За моей спиной где-то в экипаже всхлипнула Селестина. Она, конечно, дурочка. Редкостная. Влюбленная. Но не полная же идиотка!
Слишком много нестыковок обнаружилось в ее истории с лордом Робертом. И теперь, своими глазами увидев, как этот «благородный господин» кипит от злости, пытаясь погубить единственного родного человека, Селестина прозрела окончательно.
— Я тебя обманула, дорогой.
Ох ты, как она эффектно выпорхнула из экипажа! И посмотрела на Роберта как на… как на грязь, в которую случайно наступила.
— Я использовала тебя. И заставила поверить, что мой дядя пропустил все сроки. Но он действительно женат, и этот брак консумирован. Смирись.
Высказав все это, Селестина развернулась и упорхнула обратно в карету. Не удивлюсь, если там с ней случится истерика. Но этого никто не увидит, кроме Гаспара.
Роберт только на одну секунду замер с открытым ртом. Но быстро опомнился:
— У вас есть королевский приказ арестовать этого человека! Вот и арестовывайте. А виновен он или нет, решать не вам!
Гвардейский капитан закусил губу, но, судя по всему, склонен был покориться приказу.
Я сжала руку мужа. Браслеты на наших запястьях стали теплеть. Мы уже приготовились их активировать… Да, это означало полный уход на нелегальное положение. Отказ от титула, денег, собственности. Переживем. Точнее — выживем. Это главное.
— Действительно, офицер. — Еще из одного наемного экипажа вышел незнакомый мне молодой мужчина. Бледный, худой, как после длительной болезни. Вот только и Кеннет, и Роберт, и капитан склонились перед ним в поклоне, так что я тоже быстро присела в реверансе. У меня имелись некоторые догадки о том, кто этот человек.
— Ваш долг выполнять приказ ее величества, регента при его величестве. И даже я, наследник престола, не имею права его отменить. Могу лишь попросить вас отложить арест, позволив моему
