всегда только название корабля и номер, к которому он приписан. Те из нас, что получили знак отличия, могут после возвращения перед названием корабля получить собственное имя. Таков наш кодекс воина. Сегодня я стал чуть ближе к знаку отличия, поэтому я не буду сразу тебя убивать, человек. Мое имя «Андромеда» 8617.
Связь прекратилась. Рейк устало откинулся в кресле и смотрел на бегающие цифры. Элиот, смотревший на него в упор, спросил:
– Капитан, куда путь держим?
– Можешь отдыхать, Элиот. Я все данные уже забил, система нас туда сама довезет. Базоны уже не успеют догнать, да им сейчас не до нас.
– Так ты скажешь, куда мы отправляемся, Рейк?
Рейк устало посмотрел на парня и, махнув рукой, сказал:
– А, все к шлаку. Нашел я тут в модуле интересные координаты, так там по базам пустой космос, одинокая звезда с одной маленькой необитаемой планетой, даже не планетой, а большим астероидом.
– Интересно, а мы можем захватить мой цветочек из дома?
– Нет.
– А сообщить, что мы живы?
– Нет! Нет, и на все следующие вопросы нет!
– Понятно, капитан, подскажи тогда одну вещь, тебе план интеллектуальный модуль просчитал?
– А это разве так очевидно?
– Нет, шлак его знает, как ты это все провернул.
– Интеллектуальный модуль проводил расчеты, я проводил корректировку и поправку на обстоятельства. Чтобы ты не думал, я ему еще не доверяю, просто была безвыходная ситуация.
– Мммм, так ты расскажешь, кто ты Рейк?
– Нет.
– Ладно, я обязательно придумаю, как забрать мой цветок.
– Думаю, это начало прекрасной дружбы, – улыбнувшись, сказал Рейк.
Глава XVII. Засада.
24 мая 2027 года.
Земля. Научно-лабораторный подземный комплекс «Ковчег».
Оружейная комната. Тринадцатый этаж.
Сергей Чирков, позывной «Шрам».
– Тяжесть – это хорошо. Тяжесть – это надежно, – говорил Арес, вытаскивая японский пехотный экзоскелет, модель Кубо прямо в проход, в оружейную.
– Вы должны использовать бесценный дар молчания, – тихо произнес Голиаф сквозь маску Анубиса. На плече устройство, отдаленно напоминающее оружие, бешено вертелось, а луч, заметный лишь по туманным испарениям, говорил о сканировании пространства.
– Арес, мы все нервничаем, заткнулся бы ты, – облачённый в экзо скелет сказал Шрам.
– Тебе повезло, что ты еще дышишь. Не говоря о том, что можешь ходить в этой железяке. Предлагаю тебе немедленно этим воспользоваться и подтащить вон тот еще относительно целый труп.
– Шрам! – прорезался в наушниках шлема голос Голиафа. – Вперед не лезь. У тебя это первый бой в экзоскелете, так что многого от тебя никто не ждет. Все это железо на тебе – иллюзия безопасности. Постарайся не запнуться в самом начале. Ты сам сказал: твоя роль временного щита в этой авантюре в голосе Голиафа, Сергей в первый раз услышал изрядную долю азарта.
– Принято, сенсей! – усмехнувшись, подтвердил Шрам и внимательно всмотрелся в тактическую голограмму, объединяющую возможности экзоскелета и ВИ.
Шрам сделал пару неуклюжих шагов и лёгким движением поднял труп за ногу, рывком бросил его в ноги Ареса.
– Да ты гад! – обиженно произнес Арес.
– Это все Голиаф, сволочь. Свои лекарства вколол, теперь я чересчур смелый!
Экзоскелет был действительно тяжелым и неповоротливым, а движения Шрама походили на движения пингвинов. Из стандартного вооружения полным был дробовик и наплечный ранцевый огнемет. Во второй руке он держал щит, прикрывающий часть тела. Каждое движение отдавалось эхом в пустом коридоре, так что с виду спокойный, Голиаф пристально оглядывался.
На тринадцатом этаже возле оружейной комнаты ничего не изменилось, кроме каши из трупов мутантов. Кашу пришлось растащить и разложить в них заряды направленного действия. А еще каждый труп дополнительно был закреплен в нужное положение, создавая иллюзию баррикад и защитников. Кровавая каша под ногами мешала быстрым движениям. В этом холле из-за стоявшего смрада и едкого дыма от нервного напряжения было жутко. Гора тел, прожженная термическим зарядом в серо-желтом вонючем тумане, была растащена по боевым позициям. Каждому мертвому мутанту был выдан автомат и прикреплен к рукам. Оружие было взведено и готово к бою. Туман уже оседал на стенах и потолке, конденсат образовал посередине холла кровавую лужу. Лицо Голиафа под маской и мускулы напряглись, а фантомы были распределены по трупам и частично расформированы, представляя уже не единый механизм, а части тела марионеток. Возможно, Шрам бы для своей аферы забрал все элементы умной брони, но Голиаф отказался отдавать лицевую маску, сославшись на связь системы с элементами управления. Ручные гранатомёты,зажигательные гранаты, винтовки с разными видами патронов и даже три наблюдательных дрона все было использовано в хитром плане Шрама.
– Ну ты еще долго будешь запихивать труп в экзоскелет? – сказал Шрам, отдирая обшивку от стен. – Мико, дай еще один заряд!
– Держи, Срам. Думай, как твоя жертва… и ты найдешь ее слабое место, – сказала Камико, поднося очередной подготовленный заряд.
– Ну ты сказала, подруга, думать, как жертва? За последний год я твердо усвоил одну вещь: в любой засаде всегда есть охотник и всегда есть жертва. Вся хитрость – вовремя осознать, что ты стал вторым, и сделаться первым! – уложив труп в экзоскелет, сказал Арес.
– Заткнись! – рыкнул Шрам.
– Шрам, сами нас обкололи дрянью, а теперь рот закрываете!
– При маленьком мозге у тебя слишком большой рот! Заткнитесь оба!
Шрама начало отпускать, метаболизм и мутаген делал свое. Организм в ускоренном темпе выводил остатки препаратов Голиафа. Чувство тревоги только усиливалось с каждой секундой, картина засады казалась все безумней и безумней. Камико, показавшись из оружейной комнаты, замерла на пороге и, прислушиваясь к себе, произнесла:
– Знаешь, Гуся, походу мне опять страшино. Колоть ище.
–Нет! –жестко сказал Шрам, пристраивая очередной заряд. – Пользуйся страхом это, ориентир. Доверяй ему –это лучший стимулятор для выживания. Все готовы?
– Готов!
– Готов!
– Сикотно! Гавно вапрос!
Удар… Шрам стукнул с силой по полу. Тяжелый экзоскелет создал небольшие вибрации. На месте его удара образовалась вмятина в бетоне. Все правильно, тварь должна была отреагировать и прибежать на шум. Пастырь с его бойцами закрылись в броневике и были возле входа в бункер, стреляли из главного калибра до тех пор, пока она не пришла к ним, чтобы дать возможность сделать ловушку. Шрам с остальными был на минус тринадцатом этаже возле оружейной комнаты.
Удар…
– Шрам, объект перестал давить на броневик диким страхом, –прорезался в наушниках шлема голос Пастыря. – Продолжайте и берегите себя.
– Как вам пси атака Драмера?
Удар…
– Объект немного удалился, но еще не уходит. Мы уж думали, что тут умрем, мозги кипят. Пришлось ребят вырубить, Маус не выдержал. Мелкая держится на препаратах.
– Понятно, тут тоже было несладко. Ты вроде держишься бодрячком.
– Тренировки. Я умею глушить боль и ни о чем не думать.
– Везет. Мне казалось, я словно в неуправляемый штопор попал.
– Стало вдруг любопытно Сергей, кто ты по нации?
– Русский наполовину, на вторую не знаю.
– В мире считают, что русские – очень опасные в бою, а ты вообще со всех сторон ненормальный, ты это знаешь?
Удар…
– С твоих слов это комплимент и выдает в тебе иностранного агента.
– Может быть, я
