Сын мельника прикусил губу, а молодой кузнец злорадно ухмыльнулся.
- Скажи, а почему тебя пытались сжечь на костре?
- Люди считают, что все нападения совершил я.
- А ты, стало быть, не совершал? - красивое лицо князя сохраняло бесстрастность.
- Не совершал.
- Расскажи, а кто тебя из огня вытащил?
- Волколак.
Люди ахнули. А некоторые даже посчитали это слово равносильно признанию в том, что ведьмак сам сосал кровь:
- Да, сжечь его! Убить! Кровопивец проклятый!
Князь сделал знак - и тут же загремел волотовский голос:
- Ти-и-хо!
Этого оказалось достаточно. Селяне смолкли, а владыка смог продолжить допрос:
- А кто ж такой этот волколак?
- Точно не ведаю. Одно могу утверждать: обращен он насильно, и по всему видать, именно упырем.
- Тем, которого вы сегодня собирались обезвредить?
- Да.
- А почему ж не тем, коего вы ранее изловили?
- Мы проверили, волком его сделал точно не нечистик с постоялого двора, - встрял Малк.
- Ладно. Подождем до утра.
- Отпустил бы ты, князь, юнца. Я сам, один во всем повинен. Он тут ни при чем, - как-то отстраненно произнес ведьмак. Малку даже немного обидно сделалось - ведь они вместе на равных во всем принимали участие.
- Ты подтверждаешь эти слова? - обратился князь к сыну мельника.
- Нет!
- Я так и думал, - и уже дружинникам владыка добавил, - их связать и охранять двойным дозором. Расходитесь!
- Князь, постой! Князь, ты совершаешь ошибку! - закричал вслед удалявшейся светловолосой фигуре Малк.
- Давай, иди, - ткнул в спину волот. - И ты тоже.
Сын мельника со злостью пнул, попавшийся под ноги, камень и за это получил оплеуху от Алтама.
***
- Учитель, ты спишь? - обида на ведьмака уже рассосалась, а вот досада на решение князя, напротив, вызревала.
- Нет.
- Как думаешь, упырь сегодня нападет на кого-нибудь?
- Наверняка. Полная луна только усиливает кровожадность нечистиков. А она сегодня колесом пошла. Думаю, жертв станет больше. Намного больше.
Малк откинулся на солому. Этого он и боялся. Но что оставалось делать? Руки и ноги стягивали веревки. Конечно, это нечета путам Зазовки - и при желании можно было бы избавиться от них. Но он не желал. Внутри зародилась глупая мысль, что поутру, когда обнаружат путы нетронутыми, их оправдают.
- Учитель, а почему ты ни обернешься птицей али еще кем-нибудь и ни сбежишь отсюда? Ведь ты бы мог найти упыря.
- Навряд ли. Не думаю, что он станет разгуливать по деревне в своем привычном виде, когда может делаться невидимым.
- Ну, тогда ты мог бы просто спастись.
- Бросить тебя и остальных на погибель?
Малк обессилено закрыл глаза. Последняя надежда рухнула. Как же все-таки сложно помогать тем, кто этого не желает. Юноша в который раз осматривал хлев старосты. По добротности строение уступало Ядиному, но размеры были знатными. Настоящие хоромы. Тут, поди, жители со всей деревни уместились бы. Тем паче теперь, когда вся скотина ушла на корм упыря, как и сами хозяева. Но даже лицезрение огромного помещения не отвлекало от мрачных мыслей.
- Неужели нет иного выхода?
- Нет. На дворе темно. Нечистик уже покинул могилу и вероятно бродит где-то рядом. Так что считай - мы с тобой самые защищенные, - грустно улыбнулся учитель.
- Да, я большего ожидал от князя. Видать, слава о его справедливости сильно преувеличена.
- Он не отправил нас на костер, уже добре.
- Пока не отправил. Когда завтра в деревне найдут кучу трупов, мы станем гореть не хуже лучин.
- Погоди, Малк, не торопи события.
Но как же было этого не делать? Юноше претила сама мысль неподвижно лежать здесь на соломе, ничего не предпринимая, когда там, среди его односельчан, пусть и темных, и глупых возможно опять кто-нибудь попадет в лапы мерзкой твари.
- Учитель, преврати меня в волколака! - парень сызнова сел.
- Это еще зачем? - и как только ведьмак умудряется сохранять свое отчужденное спокойствие?
- Стану патрулировать дома.
- Из этого ничего не выйдет.
- Но я хотя бы буду знать, что попытался что-то сделать! - Малк распалялся все сильнее.
- Это глупо. Тогда нас точно отправят на костер.
- Но нельзя же так просто здесь лежать!
- Нам боле ничего не остается, - подытожил учитель. Малк сызнова опустился на солому и плюхнулся на спину, прикрыв глаза. Но его тело отнюдь не желало расслабляться: то сжимались кулаки, то качалась нога, то дергалось бедро.
- Эй, вы там? - прозвучал снаружи раскатистый голос, принадлежавший гиганту.
- Здесь, где ж нам еще быть?! - буркнул Малк, сжимая-разжимая пальцы.
- Глядите там.
- А ты б зашел, проверил, а то вдруг это вовсе и не мы отвечаем, - сын мельника явно нарывался на неприятности. Но энергия требовала выхода, и раз юноше не дали возможности сразиться с упырем, он развлечется тут. Щелкнули засовы - и на пороге хлева возникла фигура волотовских размеров с факелом в руке.
- Тебе, видать, не спится? - воин сохранял спокойствие.
- Не спится. Мил человек, а ты б помог сон нагнать, а?!
- Чего ж ты раньше не обратился, - сверкнуло два хитрых глаза.
- Да так, стеснялся.
Юноша не ожидал от великана такой ловкости. Молниеносно огромный силуэт пересек целый хлев и как следует вмазал сыну мельника. Малк даже не успел увернуться от кулака размером с кувалду. Рот наполнился кровью.
- Ну, как, сон пришел?
- Слабовато, - полетел в сторону алый плевок. Амбал ухмыльнулся - и уже в следующую секунду парень считал звезды, кружащиеся перед глазами. Кажись, нос был сломан.
- Ну, а как теперь?
- Уже получше, - еще один кровяной плевок слетел со рта.
- Позже продолжим, ежели захочешь. Я знаю, порой этого не хватает, - дружелюбно улыбнулся волот. - А ты ничего, еще б чуток подучиться боевой выдержке, так и славный бы из тебя воин получился. Ростом и сложением ты вышел. Вот помню, воевал с нами лесничий один. Кстати, откуда-то с ваших мест был родом.
Волот закрепил факел на стене и удобно уселся неподалеку от учителя с учеником:
- Кажись Грумка... Нет, не так...- асилок почесал голову, силясь вспомнить. - А, конечно! Гурка. Да, Гуркой его величали.
Ведьмак с Малком переглянулись.
- Тоже хорош был. Следы путал - заяц позавидует. К тому ж через такие топи дорогу найти умел, что все воинство без потерь проходило. Правда, война особо шансов не давала. Его как-то в разведку послали, думали справится. Так нет, мурзы порешили. Издевались крепко, пытали. Ведаете как? Подвесят за ноги, на дерево, а под головой огонек крохотный разведут, чтоб даже от сильнейших побоев забыться не получалось. Мурзы ведь не тетешкаются, как я с тобой. Бьют изощренно, ковыряют плоть до самых костей. Умеют они это, гады, - гигант невольно дотронулся до своего бедра. Да он стоек оказался, ничего не открыл. Пусть будет счастлива душа его в Вырае.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
