на навязчивую пустышку, от которой не знал, куда деваться.
Ллэр, сидевший напротив, внимательно изучал принесённые Таль бумаги. Адан покосился на приготовленную для него стопку, нахмурился. Первичный сравнительный анализ крови мало в чём помог разобраться и почти ничего не объяснил. По крайней мере, ему. Всё, что вынес из лекции бывшей подружки — теперь, побывав в Плеши и вобрав в себя энергию лун Тмиора и Эннеры, он завершил необходимые метаморфозы и стал полноценным представителем древней расы. Не такой, как атради — не вечный, уязвимый, хотя с особой кровью суждено прожить гораздо дольше, чем если бы остался с так и нераскрытым потенциалом. В остальном похож на обычного человека. «Необычность» придётся регулярно подпитывать ультрафиолетовым излучением лун.
Таль подозрительно долго не возвращалась. От этого ещё сильнее охватывало беспокойство. Никак не покидало ощущение, что за ними внимательно наблюдают несколько десятков глаз. Адан усмехнулся. Ну ещё бы. Лакомый кусочек для генных извращенцев Актариона — доа и атради, целые и невредимые. Пока невредимые.
— Думаешь, стоит доверять Таль? — громко спросил Адан. Пусть знают, что он сомневается и задумывается, а не слепо бредёт в расставленные сети. Даже, если в конечном итоге это ничего не изменит в его судьбе.
Ллэр оторвал взгляд от бумаг.
— Думаю, если бы она не была нам нужна, — он прищурился, ухмыльнулся, — ты бы не захотел узнать, что я думаю. А если серьёзно, Таль — гений, без преувеличения. Гениям не стоит доверять, они эгоисты до мозга костей.
— Так и вижу, как этот гений с группой единомышленников мешает сейчас нашу кровушку, а потом бестелесные ребятки со скалы покажутся детской забавой.
— Будем надеяться, она не настолько гений.
Адан кивнул и снова уставился в окно.
Просто надеяться — слишком мало, но вступать в дискуссию о возможных вариантах развития событий при невидимых свидетелях не хотелось. И так понятно — Таль будет помогать ровно столько, сколько ей необходимо для собственных исследований. Пока она заинтересована в крови доа, можно пытаться манипулировать её действиями, хотя никаких гарантий всё равно никто не даст. Даже на Ллэра и Роми рассчитывать не приходится. Каждый сам за себя.
Но оставалась Мира — на первый взгляд единственное связующее звено между ними. И очень непредсказуемое. Если, конечно, Таль не врёт, утверждая, что понятия не имеет, во что могла превратиться Мира.
Прежнее беспокойство за неё напомнило о себе. Может, для других она и правда всего лишь ценный генетический материал, но для него почти родная теперь. Как сестра, которой никогда не было. Всё-таки зря отпустил её с Роми. Кто знает, что творится сейчас на Тмиоре. Ни за одну из них Адан ручаться бы не стал, и неизвестно, какие метаморфозы могли произойти за то время, пока они с Ллэром торчат в Миере.
— Я, наверное, смотаюсь к вам. В замок. Найду Миру. Хочу убедиться, что она в порядке. От меня здесь всё равно толку мало. Потом верну… — он не договорил. Сильный спазм сдавил горло.
Ллэр тут же отбросил листы на стол. Будто сам что-то почувствовал.
— Адан, что происходит?
— Без понятия. — Ничего похожего на то, что было на скале. Не задыхается, но будто в горло натолкали ваты — она мешала вздохнуть, противно свербила внутри, сползала шершавым комком дальше вниз. — Ды… дышать тяже… ло… — Адан попробовал откашляться. Не помогло — вата никуда не исчезла. Зато появилось осторожное покалывание в висках.
Ллэр закрыл глаза и чуть приподнял ладони одна к другой, словно обхватил невидимый шар. Или голову. Затем опустил руки на стол, посмотрел на Адана:
— Твоя энергия отталкивает мою. С Мирой было… — он замолчал, нахмурился. — Иначе.
— Не надо со мной, как с Мирой. Это чревато, — отшутился Адан и опять закашлялся.
— Остроумно, — хмыкнул Ллэр. — У меня есть предположение. Наши девочки сейчас вцепились в волосы друг другу.
Адан машинально отметил, что уже не в состоянии разглядеть его лицо.
— Это не самое страшное из того, что рисует моё воображение. Хотя надо было всё-таки прихватить их с собо… — закончить фразу не получилось из-за очередного приступа кашля. Гораздо более ощутимого. — У… ме…ня навер… ное… эта… как её… Ал…лер…аллергия на Таль… Или дрянь уже ус… успела что-то сделать, — хрипло произнёс он, почувствовав кровь во рту. Испуганно лизнул тыльную сторону ладони, проверяя. Сглотнул. Соленоватый привкус усилился, но крови не было.
— Галлюцинации?
— Нет, решил помыться.
— Я серьёзно. У тебя галлюцинации?
Адан не ответил, сполз на пол, согнулся пополам, обхватив живот. Желудок свело судорогой. Следом замутило. Подумалось, что ничего не ел уже чёрт знает сколько. Может, причина внезапного недомогания в этом? Потом горло сдавил ещё один удушающий спазм, белые кольца заплясали причудливыми зигзагами. Пришлось зажмуриться. «Вата» набилась уже и в уши, и сквозь неё с трудом слышался голос Ллэра.
— Адан, послушай… Адан… — звук переместился: Ллэр стоял рядом. — Это не твоё. Это Мира. С ней что-то происходит. Но я её не чувствую. Не понимаю, где она сейчас находится. Попробуй ты.
— Не получается. Не могу сосредот… — Адан с трудом открыл глаза, перехватил встревоженный взгляд Ллэра.
— Ты даже звучишь, как она.
— Как от этого избавиться?
— Постарайся отделить её ощущения от своих.
— Каким образом?
— Теоретически, — начал Ллэр, но Адан не расслышал.
Окружающий мир в одно мгновение замолчал. Или он сам внезапно оглох. Не моргая, смотрел в серые глаза, видел, как шевелятся губы, но не слышал ни звука. Понимал, что происходит, где находится, что следует делать, но не мог пошевелиться, как будто кто-то подчинил себе его тело. Потом по венам пустили электрический заряд, слабость отступила. Ей на смену пришло раздражение. Следом — злость. Мгновенно из маленькой кусачей точки в груди она превратилась в раскалённый огненный шар и продолжала расти. Ещё секунда, и небывалую ярость уже невозможно было удержать в себе.
Адан вскинул голову, плохо соображая, что делает. Выпрямился, прогнулся назад, одновременно выставив перед собой руки. По обнажённым предплечьям вниз к запястьям побежали искрящиеся сиреневые молнии, кончики пальцев окрасились в лиловый цвет, ладони зажгло. А дальше от них отделился сверкающий сгусток энергии.
Затем
