— Что Вы думаете о Джулиане Фореле? — спросила я, чтобы утихомирить свой страх, что она с ним сделает что-то ужасное.
— Думаю, что он не понимал, что он сделал, — сказала Софи-Энн. — По крайней мере, до некоторой степени. Но мы придем к пониманию, — она улыбнулась. — Он и его жена очень даже ничего. Вы мне больше нужны сегодня вечером. Пойдите развлекитесь, — сказала она, и это не звучало снисходительно. Софи-Энн действительно желала мне хорошо провести время, однако, не слишком вдаваясь в подробности, как я буду это делать.
— Спасибо, — сказала я, а затем вспомнила о том, что я в самом лучшем платье, и это немного подняло мне настроение. — Спасибо, мэм, и Вам доброй ночи. Увидимся завтра вечером.
Я была рада вырваться оттуда. Зал был битком набит вампирами, и взгляды, которые я получала, имели довольно острые зубы. В одиночку кровососам было легче удержаться на искусственной крови, чем в группе. Память еще хранила воспоминания старых добрых деньков, и заставляла их жаждать припасть к теплу из «природного источника», а не к бутылочке жидкости, изготовленной в лаборатории и подогретой в микроволновке. Точно по графику толпа Добровольных Доноров вернулась через заднюю дверь, и более-менее выстроилась в линию у задней стены. Очень быстро все они были заняты, и (я полагаю) счастливы.
Когда Билл пил мою кровь во время занятий сексом, он говорил мне, что кровь из шеи человека после TrueBlood, скажем, была, как ужин в Ruth’s Chris Steak House после долгого питания в МакДоналдсе. Я видела, что Джервейс прижал Карлу в углу, и подумала, не нужна ли ей помощь, но когда увидела ее лицо, решила, что нет.
Карла не пришла этой ночью, и я даже жалела об этом, потому что теперь ничего не отвлекало меня от мыслей о Квинне. И я очень много об этом думала. Похоже, проблемы искали меня в коридорах Пирамиды Джизех, и, куда бы я не скрылась, они найдут меня повсюду.
15
Наконец, к четырем ночи я уснула в своей постели и проснулась в полдень. Вряд ли можно было назвать эти восемь часов приятными. Я металась в полудреме, постоянно просыпалась, и температура тела скакала, как бешенная, что, возможно, было связано с обменом крови… а, может, и нет. К тому же мне снились кошмары. Дважды мне казалось, что я слышу, как входит Карла, но, достаточно продрав глаза, обнаруживала, что ее не было. Странный свет, который поступал через затемненные стекла этажа для людей, отличался от обычного дневного света. Это несколько сбивало с толку.
Я почувствовала себя самую капельку лучше после долгого душа, и сняла трубку, чтобы заказать еду в номер, но потом решила спуститься в небольшой ресторан. Хотелось увидеть других людей.
Там бело несколько посетителей: моя соседка отсутствовала, но была пара «клыкоманов» и Барри. Он показал жестом на пустой стул за его столом, и я, упав в него, огляделась в поисках официанта и заказала кофе. Его принесли сразу, и я содрогнулась от удовольствия, сделав первый глоток. После того, как первая кружка закончилась, я обратилась к Барри — нашим способом:
— Как ты? Всю ночь на ногах?
— Нет, Стэн рано ушел спать со своей новой подругой, так что я был не нужен. Они все еще находятся в стадии медового месяца. Я пошел танцевать, а потом потусовался с наштукатуренной девицей из делегации королевы Айовы.
Он изогнул брови, чтобы показать, что девица была изрядно размалевана.
— Что у нас сегодня в программе? Ты не взял эти листочки из-под двери?
Барри открыл папочку с документами и положил ее передо мной в тот момент, когда официант принес мой заказ: английский кекс и яичницу.
— Да, я сунул их в свою папку.
Вау! Я могу болтать с Барри, пока ем, изящнейшим образом отвечая на вопросы с набитым ртом, и даже что-нибудь обсуждать.
— Можешь посмотреть.
Пока Барри обильно намазывал бисквит маслом, я просмотрела страничку. Это было расписание мероприятий на ночь, очень полезная вещь. Суд над Софи-Энн был самым серьезным делом, в котором участвовали исключительно коронованные особы. Но были и другие дела.
Первое заседание было назначено на 20:00. Рассматривалось дело о телесных повреждениях. Висконсинской вампирше по имени Джоди (что само по себе маловероятно)[42] был предъявлен иск вампиром Майклом из Иллинойса. Майкл утверждал, что Джоди дождалась, пока он впадет в дневную спячку, после чего вырвала одни из его клыков. Плоскогубцами.
Вау!.. Это звучит… забавно. Я подняла брови.
— Почему бы это дело не решить шерифу?
Вампиры обычно не любят выносить сор из избы.
— Разные штаты, — ответил Барри лаконично.
Официант только что принес полный кофейник, поэтому Барри наполнил мою кружку и долил себе.
Я перевернула страничку. Следующее дело касалось вампирши по имени Синди Лу Зюзькин из Канзас-Сити, штат Миссури, которая обратила ребенка. Синди Лу утверждала, что ребенок в любом случае умирал от болезни крови, а она всегда хотела дитя, так что теперь у нее появился вечный малыш. Кроме того, мальчик был обращен с согласия своих родителей, которое они сами подписали. Кейт Бук, Канзас Сити, Канзас, адвокат, назначенный штатом следить за благополучием ребенка, выступила с жалобой, что теперь ребенок отказывается видеться со своими родителями-людьми, или иметь какие-либо другие взаимодействия с ними, что противоречит соглашению между родителями и Синди Лу.
Звучит, словно какое-нибудь ток-шоу. «Судит Джуди»,[43] вроде того.
Итак, сегодня будут судебные разбирательства, подвела я итоги после краткого просмотра оставшихся листов.
— Я так понимаю, мы будем нужны?
— Я тоже так думаю. По второму случаю будут свидетели-люди. Стэн хочет, чтобы я присутствовал, и могу поспорить, что твоя королева захочет, чтобы ты тоже там была. Ее подданный, Билл, назначен одним из судей. Королев и королей могут судить только другие венценосные особы, но и для дел, связанных с рядовыми вампирами, судей выбрали случайно из общего списка. Выпало имя Билла.
— О, этот насудит…
— У тебя с ним что-то связано?
— Да. Но я думаю, он должен быть хорошим судьей.
Не знаю, почему я верила в это; в конце концов, Билл показал себя ужасным лжецом. Но я считала, что он будет стараться быть справедливым и беспристрастным.
Я заметила, что «суды» займут время от восьми до одиннадцати. После этого, с полуночи до четырех время означалось как «Коммерция». Барри и я посмотрели друг на друга и пожали плечами.
— Барахолка? — предположила я. — Птичий рынок?
