зачинщика всего мероприятия.
Во время просмотра я всё никак не мог понять, по каким причинам коллектор так со мной поступает. Кто я для него? Рядовой должник, возможно, психологически неприятный? Это для этого он придумал настолько чудовищный план действий, ввязав во всё своего огромного товарища? Или он так со всеми поступает? Созывает молодых аморальный идиотов, которые и так с рождения всё имеют, чтобы что? Устраивать хаос и беспорядки? Трахать всё что движется? Устраивать вот это, снимая «хоум видео»? Я теперь окончательно ничего не понимаю…
Однако, к превеликому сожалению для моей совести, думал о первопричинах я недолго. Меня переполняла полной тьмы злоба, ну а она, как многие знают, вообще не дружит со здравым смыслом. Нужны ли слова, чтобы описать весь спектр боли, который я успел испытать во время просмотра… даже не знаю. Как минимум оба мажора, заметив во мне перемены, попытались вырваться из телекинетических капканов с новыми силами. К слову, у них это получилось.
Волновала ли меня теперь судьба двух ублюдков, пускай и с золотой ложкой в жопе? Волновали ли меня последствия, которые могли обрушиться после моих дальнейших действий? Конечно же нет, я об этом даже не задумывался. А просто сделал то, что должен был с самого начала, не пытаясь понять и простить очередных мразей. Разбираться в чужих хитросплетениях? Искать первопричины, избавляясь от источника? К чёрту! Их судьба уже кончена.
Так и не добежав до выхода, потолок стал для патлатого могилой. Плевать на заоравшую сирену, плевать на пыль и осколки.
Судьбу второго решали не обстоятельства и не шальной камень, им был я и только я. Припечатал к полу мажорика и всё его естество в одно мгновение оказалось оторвано. Поводил им по губам? Поиздевался над усыпленной никого не трогающей девушкой? Какого теперь никогда больше этого не сделать?
Вырубив сигналку и не обращая никакого внимания на раздавшиеся вопли, я перешагнул через до сих пор мучающееся тело и покинул помещение. Здесь мы закончили, осталось ещё двое. И пускай меня «просили» не высовываться. Пускай теперь назад дороги уже нет. Что с того, если в конце концов всё будет кончено? Многие говорят, что правосудие вершат победители. Вот и посмотрим, кем я буду в итоге. Заключённым? Одиночкой? Монстром? Посмотрим-посмотрим…
* * *
Покинул поместье без каких-либо проблем, не пришлось даже выбивать с размаху ворота. Охрана даже ничего не заподозрила, пропустив меня мимо. Видимо сигнал сигнализации их особо не волновал, скорее всего не в первый раз уже что-то подобное происходит. И как бы я не был зол, всё же в какой-то степени мне было искренне жаль их дальнейшие судьбы. Трупы в доме, сигналка орёт, а им хоть бы хны. Даже представлять не хочу, что им за такое разгильдяйство будет, ну да остановимся на обычном увольнении. Я им сочувствую, но это точно не повод подставлять уже себя. Кто его знает, как быстро меня пустят в розыск после подобного, так что лучше не тратить время попусту.
Следующий на очереди был виновник всего торжества. Пускай в первый раз я его не нашёл, но при помощи информации от ресторатора мне известны его самые частые точки дислокации. Адрес мне тот не дал, но часто посещаемые кабаки, предприятия и частый маршрут в общих чертах он обрисовал. Сомневаюсь, что эта информация имеет хоть какую-то цену, всё же ресторатор не частный сыщик, а обыкновенный «решала», ну да у меня другого нет и выбора, следовательно, тоже.
Когда коттеджный посёлок был позади и дорога наконец-то стала прямая, я перестал сдерживаться. Время поджимало, на дороге тишина, тугодумные охранники вот-вот могут обнаружить тело. Не став стесняться ещё одного штрафа за превышение, я выехал на трассу и вдавил педаль в пол. 100 км… 150… 180… 210…
Демон внутри требовал ещё, но розовая «ласточка» на более была неспособна. Раздался металлический скрежет, по салону начала летать какая-то гайка, да и движок, чего тут, начал сдавать, превысив допустимую температуру. Дабы не задымиться и не остановиться в глуши, где может проехать разве что патруль, пришлось сбавить обороты, довольствуясь половиной дозволенного.
Не зря…
Впереди моргнул красный с синим и на край дороги из-за машины вышел дядя в зелёном жилете. Помахав серо-чёрным жестом, указывая перед собой, на то, чтобы понять его намерения ушло не больше секунды. Остальные мгновения пришлось потратить на истошный выход из ситуации, обходя стороной попытку угнаться от всех ментов города. Как бы я того не хотел, пришлось подчиниться, сбавив скорость и припарковавшись в стороне от дороги. Если и была причина остановки, то только небольшое превышение. Пустяк, если обыграть всё как надо, задержусь на минуту, не больше.
Спокойствие… только спокойствие…
Приметив в боковое зеркало, что гаишник расслаблен и без каких-либо проблем двигается в мою сторону, паника на счёт начавшегося розыска тут же забылась. Кто ж родители этих мажоров, если за каких-то полчаса нашли крайнего и пустили его в розыск через все инстанции? Нечего зря параноить…
— Инспектор Фёдоров, будьте добры ваши документы, — представился молодой гаишник, который каким-то хреном патрулирует дорогу в одиночку. Мало людей в штате? Прикрывает своего напарника? В любом случае, это можно использовать.
— Добр буду, а в чём причина остановки? — спросил я, начав рыться в бардачке. Где-то же у того кренделя должен быть хотя бы тех паспорт?
— А… превышение. Превысили порог на 17 км, — инспектор явно отбывает первые дни на службе. Нету того пофигизма и уверенности. Возможно он вообще в первый раз сталкивается с машиной по типу этого фиолетового безумия.
— Так может и решим всё прямо сейчас? Я опаздываю. А штраф могу погасить на месте и мы оба свободны. Столько нормально? — не став дожидаться ответа, я сунул в тех паспорт несколько пятитысячных, которые валялись в бардачке вместе с документами.
Рискованно? Это да. Только вот свои права давать я точно не намерен.
— Э…это что-о? Вы… мне взятку предлагаете? У нас все разговоры записываются! — словно не желая вступать в контакт с эквивалентом средней зарплаты, молодой инспектор не удержал купюры, из-за чего они упали на мокрый асфальт. Ай-яй-яй, офицер. А мог же выкрутиться, если бы не мямлил…
— Ты же просил документы, я их и дал. О какой взятке идёт речь? — подмигнул я, не став церемониться. Не на камеру же он всё записывает, как-нибудь потом выкрутится.
— А это что? — ткнул он в сторону асфальта.
— Не знаю, не моё. Но советую поспешить с проверкой. Всё же в порядке? Или ещё какие «документы»
