— Он мог видеть Мело, вновь появившегося, но
державшегося сзади, в десяти шагах позади Герваса. Малейшим движением
подбородка Арминий показал, что Мело должен оставаться на месте. — В
таком почтенном возрасте мозги большинства мужчин превращаются в кашу.
— Он стал забывчивым, это правда, — признал Гервас. — Но в одном
он был уверен в ту ночь. Впервые с тех пор, как он заговорил о Герульфе, его
уверенность, казалось, пошатнулась. — Он был снаружи, справлял нужду.
Боясь упасть в снег, он стоял, прислонившись к стене своей хижины, в
темноте. Худощавый человек вышел из длинного дома Малловенда, шагах в
двадцати от него, и почти сразу же остановился, чтобы помочиться.
— Большинство из нас часто делали это в течение вечера. Малловенд –
щедрый хозяин, его пиво никогда не переставало литься рекой. — Арминий
знал, что собирался сказать Гервас. Как и Мело – кинжал у него был
наготове. Арминий остановил его предупреждающим взглядом. — Дай
угадаю. Он заметил Герульфа?
Гервас нахмурился еще сильнее. — Думаю, да, но что заставило тебя
предположить это?
Арминий небрежно пожал плечами.
— Старик увидел, как кто-то, похожий на Мело, вышел из длинного
дома Малловенда и подкрался к нему сзади. Зажав ему рот рукой, нападавший затолкал его в проем между домами. — Гервас посмотрел на
Арминия и огляделся в поисках Мело, который по-кошачьи отодвинулся
дальше в тень.
— Ты думаешь, что Герульфа похитили и убили? — спросил Арминий
с ложной заботливостью.
— Да, именно так это выглядело.
— Это ведь мог быть кто-то, подшутивший над другом? Воины всегда
глупо разыгрывают друг с друга, устраивают драки, борьбу и так далее.
— Я так не думаю. Седобородый испугался, но, видишь ли, задержался, выглядывая из своей почти закрытой двери. Вскоре после этого он увидел, как фигура вернулась в длинный дом Малловенда. Свет изнутри упал на лицо
129
человека, когда он вошел. — Голос Герваса слегка дрожал, когда он сказал:
— Это был Мело, он клялся.
— Сомневаюсь, что Седобородый мог опознать собственного сына с
десяти шагов, не говоря уже о ком-то, кого он не знал на гораздо большем
расстоянии, — возразил Арминий, используя всю свою харизму. — Должно
быть, ему было достаточно трудно добраться от кровати к двери и обратно, не упав.
— На следующий день он наблюдал, как Мело разговаривает с
Малловендом. Он был уверен, в том, кого видел. — В голосе Герваса была
упрямая нотка.
— Зачем Мело убивать Герульфа?
— Ты можешь ответить на этот вопрос. — Гервас не смотрел на
Арминия, пока говорил.
— Ну же, — сказал Арминий, скрывая ярость. — Это правда, что
Герульф не любил меня и Мело, но чтобы один из нас опустился до
убийства? Это слишком. — Он устремил на Герваса широко распахнутые
убедительные глаза.
— Седобородый был уверен, что это Мело убил его!
Арминий изобразил обаятельную улыбку. — Даже если во второй раз
он увидел Мело, что с того? В какой-то момент вечером Мело вернулся в
дом, где нас поселили, за бурдюком хорошего вина. Я хотел поделиться им с
Малловендом. Возможно, Седобородый, упокой его душу Донар, заметил
Мело, когда тот возвращался.
Через мгновение взгляд Герваса опустился. — Да, я полагаю, ты прав.
— Герульф был хорошим человеком, его потеря, должно быть, до сих
пор тебя огорчает, — сказал Арминий, подумав: «Хорошо, что я избавился от
этого придурка». «Теперь пусть этот юноша поверит мне, иначе Мело
придется втоптать в грязь и его».
— Да, — пробормотал Гервас.
Арминий позволил пройти дюжине ударов сердца, прежде чем сказать:
— Лучше выдвигайся сейчас. Твоя миссия займет не менее двух часов, а луна
уже прошла свой зенит. На рассвете тебе не следует приближаться к римским
лагерям.
Мело выбрал этот момент, чтобы вернуться с печальным выражением
лица. — Мой кишечник в плохом состоянии, могу вам сказать. Что я
пропустил?
— Только последние детали того, что я скажу римлянам, — сказал
Гервас, бросив на Арминия умоляющий взгляд, который просил его хранить
молчание.
— Донар ведет тебя, — сказал Арминий, когда Гервас ушел прочь.
130
— Он поверил тебе? — прошептал Мело.
— По большей части да, но некоторые сомнения остались.
— Тогда мне лучше держать ухо востро. Будут проблемы, если он
начнет изливать свою теорию в уши других людей.
— В данный момент у нас есть больше поводов для беспокойства, чем
он, — сказал Арминий. Он одарил Мело понимающим взглядом. — Если уж
на то пошло, избавиться от него будет
