их убить, – шепнула Рогнеда, и воздух вокруг неё тут же сделался холодным и острым, готовый превратиться в смертельное оружие. – Только скажи.
– Нет! – Варвара вскинула руку.
Дальше по улице послышались крики, и один за другим начали вспыхивать рыжие всполохи – факелы.
– Чудище! – крикнул кто-то.
– Волколак! – подхватывал другой голос.
– Лови его!
– Руби его!
– Жги его!
Варвара закричала, будто раненый зверь, и, спотыкаясь и падая, бросилась на звук.
Рута – всё ещё в облике волколака – рычала и скалилась, сжавшись в тугой комок и мечась из стороны в сторону посреди дороги, окружённая толпой. Люди кричали и размахивали факелами и вилами, жались друг к другу, но пока не решались подойти ближе. Никто не хотел делать первый шаг. Но Рогнеда догадывалась, что рано или поздно смельчак найдётся, и тогда уже все ринутся за ним.
Варвара камнем врезалась в толпу, расталкивая всех на своём пути. Прорвалась в центр круга и встала рядом с Рутой, раскинув руки в стороны. Рута зарычала и клацнула зубами в её сторону, но броситься не решилась.
– Остановитесь! – закричала Варвара. – Это Рута! Остановитесь!
Толпа непонимающе стихла, но лишь на несколько мгновений.
– Ты привела в деревню волколака?! – выкрикнул кто-то.
– Утаила от нас чудовище?!
Люди снова заголосили и вскинули вилы.
Рогнеда замерла, чувствуя, как растёт людской гнев, готовый вот-вот обратиться в кровопролитие. И она была готова в любой момент убить каждого, кто только приблизится к Варваре.
– Она лишь ребёнок! – голос Варвары сорвался. – Она никому не причинила вреда!
– Она убила нашу козу! – крикнул подоспевший мужик с лопатой.
– И могла бы убить ещё кого-то! Наших детей, если бы мы не вышли против неё! – поддержал другой мужчина. Высокий и широкоплечий, в руке он сжимал длинный охотничий нож.
– Она бы никого не тронула, – Варвара примирительно подняла руки и заговорила спокойнее. – Рута не трогает людей, клянусь. А за козу я расплачусь. Подобное больше не повторится.
– Подобное не повторится, если мы её убьём! – крикнул мужик с ножом, и толпа одобрительно загудела.
Рута снова зарычала, попятилась и прижалась спиной к ногам Варвары. Она с ненавистью глядела на огонь, из перепачканного кровью рта тянулись к земле розовые нити слюны.
– Отдай нам её!
– Послушайте меня! – золотой глаз Варвары вспыхнул, и толпа замолчала. – Я много добра сделала вам. Помогала каждому. Лечила ваших детей. Окажите мне ответную услугу и поверьте: Рута не опасна.
Кто-то тронул Рогнеду за плечо. Это был Людмил, на одном плече у него блестела серебряная сеть, а на другом – тяжелел топор.
– Увидел факелы, – шепнул он и ободряюще улыбнулся. – Похоже, мы вовремя.
Из-за его спины вынырнула Надежда и бросилась к дочери.
– Не троньте мою Руту! – крикнула она, закрывая собой чудище от толпы с другой стороны от Варвары.
– Уйди, женщина! – мужик с вилами выступил из толпы. – Отойди, и мы тебя не тронем.
– Я тебе трону, – шагнул ему навстречу Людмил и угрожающе качнул топором. – Мало не покажется.
– Мы не хотим кровопролития, – встряла Варвара. – Мы заберём Руту и уйдём домой. Повторяю, больше подобного не случится.
Она кивнула Людмилу, и тот, кивнув в ответ, ловко развернулся и набросил на Руту серебряную сеть. Рута душераздирающе завизжала, заметалась, пытаясь выбраться, но, не сумев, припала к земле и лишилась чувств.
– Вот видите? Она никому не причинит вреда. Мы можем это контролировать.
– А мы не можем это так оставить, – от толпы отделилась маленькая сгорбленная фигурка. Рогнеда узнала старика Вука. – Ты лгала нам, Варвара, пусть и из лучших побуждений, но утаила то, что утаить не имела права. И вот чем это обернулось.
– Тем, что вы пытаетесь убить невинное дитя! – крикнула Надежда, но Варвара положила руку ей на плечо, призывая замолчать.
– Они – моя семья, Вук. И я забочусь о них, – тихо, но уверенно сказала Варвара.
– А я и другие старейшины заботимся о благополучии деревни. Думаю, ты это понимаешь.
Варвара кивнула. Вук вздохнул.
– Ступайте домой. Сегодня Руту никто не тронет, – в итоге сказал он. – Но завтра мы соберём совет и решим её судьбу. Думаю, и ты понимаешь это.
Варвара снова кивнула. Толпа недовольно загудела, но ничего против никто не сказал.
Людмил подхватил сеть, завернув в неё Руту, словно в мешок, и забросил на спину. Надежда принялась гладить дочь по серой вытянутой морде.
– Ступайте домой, – повторил Вук и дал людям знак расходиться.
Рута перекинулась обратно в человеческое обличье лишь ближе к рассвету. Только тогда Варвара разрешила снять с неё сеть. Всю ночь Надежда плакала у постели дочери и молилась богам о её спасении.
– Что, если они решат её убить? – тихо спросила Рогнеда, когда Варвара, проверив состояние Руты, вернулась в постель. За ночь они так и не сомкнули глаз.
– Не посмеют, – ответила Варвара, забираясь под одеяло и устало вздыхая. – Я столько раз их спасала, они не посмеют. Приносила хорошие урожаи, дожди и тёплые ветра. Я принимала у них роды и провожала их покойников. Они не посмеют.
– Почему это случилось? Я сморозила глупость, но не думала, что Рута… – Рогнеда осеклась. – Я назвала её… чудищем…
Варвара посмотрела на Рогнеду долгим, ничего не выражающим взглядом. На мгновение Рогнеде показалось, что Варвара сейчас вскочит, закричит и выгонит её из дому. Но та лишь развернулась на спину, вздохнула и потёрла лицо руками.
– Ты не виновата. Рута не выпила зелье, – пробормотала Варвара в ладони. – Надя сказала, что не проследила, выпила Рута или нет, просто принесла чашку. Её отвлекли близнецы. Рута очень не любит сон-траву, а я только что нашла под её кроватью лужу.
Варвара подарила потолку горькую усмешку.
– Рута просто вылила зелье за кровать. И никто из нас не доглядел. Прости, знаю, она напугала тебя. Но поверь, она напугалась гораздо сильнее. И Рута ни за что не причинила бы тебе вреда.
– Откуда такая уверенность? Она убила козу.
– Я говорила, что мы вывозим её в лес, там она охотится. На животных. И я всегда охотилась вместе с ней, помогала во всём разобраться. Я учила её, что люди – это не добыча и не враги. Ты знаешь, почему волколаки бросаются на людей?
– Почему?
– Потому что люди пытаются убить их при первой же возможности. Люди ненавидят их, считают воплощением зла. Волколаки рождаются в страхе и в ненависти. В звериной ипостаси они просто звери, голодные, напуганные звери, которые часто решают убить прежде, чем это сделают с ними. Они не кровожадные чудища, они просто хотят чувствовать себя в безопасности, как и все мы.
– Но волколаки
