прямо мимо рая, как фанера над Парижем. Даже на пять минут не задержался. Говорила я тебе, давай хоть один раз в церкви свечку поставим. А ты: «всё это мракобесие и херня полная».
— Ну, так, кто ж знал.
— Мама моя знала. И представляешь моё удивление! Я как жена декабриста, полетела за мужем в другой мир. А он тут с двумя девками кувыркается.
— С одной.
— Двумя, Петя, двумя, с эльфийкой у тебя тоже было, хоть и не совсем по твоей воле.
— Ну было, — Петру было стыдно, он никогда не мог подумать, что после смерти в другом мире его будет пилить мёртвая жена.
Люся присела рядом и обняла теперь, наверно, уже бывшего мужа.
— Ладно, не унывай, курилка. Просто мне здесь этого так не хватало, тут так скучно без тебя, даже поругаться не с кем. Однако начал ты круто, я с самого начала за тобой слежу. Никогда не думала, что ты у меня такой герой любовник. Это что получается, я тебя всю жизнь сдерживала?
— Ничего ты меня не сдерживала, я тебе не изменял.
— Знаю, уже справки навела. А чего тогда? Седина в бороду, бес в ребро, кобель ты старый?
— Сам не знаю, как так получилось. Веришь, нет, но просто физиология, я же там …
— Да знаю, что ты гоблин. Да-а, они охальники те ещё, — Люся встала и сняла запищавший чайник с плиты, потом заварила Петру чай и придвинула вазочку с конфетами, — Птичье молоко будешь?
— Ненавижу эти конфеты.
— Зато я их обожаю, — Люся сунула конфетку в рот, прожевала её и запила чаем. — Что с бабами своими думаешь делать?
— А что с ними делать?
— Ну, жениться для начала.
— Всё не можешь простить то, что я тебя в ЗАГС повёл жениться, а не в церковь к бабушке на деревню? — застонал Пётр и подумал: «Я во сне обсуждаю любовниц с покойной женой. Полная шизофрения».
— Вот зря ты так говоришь, Петя. Брачный ритуал — это очень серьёзное дело, особенно здесь, где боги не просто существуют, но ещё и активно действуют. Тут тебе не там. Для примера, если бы тот мужик, что нас регистрировал, не был батюшкой «переобувшимся», то я бы тебя здесь не нашла.
— О-о-о, теперь понятно, кому спасибо сказать. И там твоя мама подсуетилась? — проворчал Пётр, но разговор его забавлял.
— Ага.
— А на ком жениться, на Кате или на Умке?
— Да хоть на обеих сразу. Тут есть такие страны, где официально разрешено могожонство, — усмехнулась Люся, подхватив шутку. — Но получится только на кровопийце. Слабоумная девчонка, она того, померла.
— Как так?! — опешил Пётр, аж встав с места.
— А вот так. Зелёные паршивцы её снасильничали и зарезали, вернее зарежут, часа через три.
— Что же ты мне тут зубы заговариваешь? Надо бежать и спасать.
— Ну так, что же ты тут сидишь конфеты жрёшь и чаем запиваешь? Быстро хватай свою вампиршу за сиськи и беги спасай! Только сандалии не забудь, там всякого мусора острого полно, ногу проколоть на раз-два.
Проснулся Пётр резко, быстро и в холодном поту, так, будто кошмар только что увидел. В крови бурлил адреналин, рядом посапывала Катя, за окном ещё стояла ночь. Свой сон он уже плохо помнил, ни пришедшей умершей жены, ни разговора за чаем он уже не помнил, единственная информация, которая отложилась у него в голове, это, что Умка в смертельной беде и надо срочно действовать.
— Ка-тя, — тормошил он вампиршу. — П-ро-с-н-и-сь.
— А? Что? — захлопала вампирша глазами.
— Ч-то чу-в-с-т-в-у-ет Ум-ка?
— Петь, ты что ли? — вампирша всё-таки умудрилась крепко уснуть, хотя хвалилась, что способна не спать сутками.
— А ты е-щё с ке-м т-о б-лу-ди-шь? Со-с-р-е-д-о-то-чь с-во-и с-по-с-о-б-но-с-ти, ч-то чув-с-т-ву-е-т Ум-ка?
— М-м-м щас, — сказала Катя, потирая глаза и погружаясь в транс, через миг сон с неё как рукой сняло. — Ей холодно, страшно, она куда-то бежит и, похоже, у неё кончаются силы. О боги, Петя! Мне кажется, её преследуют.
— О-му-л-е-т, ма-я-ч-о-к.
— Сейчас.
Катя напялила свой ошейник, закрыла глаза и повертела головой, отыскивая сигнал.
— Вот там, — указала она пальцем в стену, но в той стороне за стеной были городские пустоши. — Он не движется.
«Блин, посылку уже доставили. Человек на дежурстве пропустил или проглядел курьера» — подумал Пётр и поморщился, их должны были предупредить.
— Со-б-и-ра-й-с-я, — сказал гоблин и первым бросился к своим шмоткам.
Сборы не продлились долго. Что касается вампирши, она и так носила немного и изменять своим привычкам не собиралась, так что нищему собираться только подпоясаться. А у Петра все вещи были заранее приготовлены. Быстро напялив одежду и громко топая вниз, они перебудили половину пограничников.
— Куда это вы на ночь глядя? — спросил Бен, убирая ноги со стола.
— Нам надо спешить, «посылка» доставлена, — ответила Катя.
— Вижу, что надо. В какой стороне?
— Пустоши.
— Понял, значит, действуем по второй схеме?
— Не-т.
— Что, отделение не поднимаем? — удивился зверолюд.
— Поднимай, но нам надо, наша подруга в беде, — ответила Катя, аж приплясывая от нетерпения.
— Да не спешите вы, пять минут ничего не решат. Щас отряд соберём и пойдём вместе.
— Ре-ш-а-т Бе-ня ре-ш-а-т. Не-т в-р-е-ме-ни, — чуть ли не стонал Пётр.
— Хорошо, хорошо, тогда я иду с вами, — сказал могучий зверолюд и повесил на плечо игломёт, который он получил от Капа. В его руках грозное оружие казалась игрушкой. — Натан, беги на второй этаж, дай сигнал, что мы выходим, а то часовые на постах ещё начнут палить. Клод, беги к Капу, пусть собирает своих бойцов, и ждут здесь.
Уже через пару минут они бежали по ночным улицам городских пустошей. Напрямую двинуться в сторону маячка они не могли. Хоть Зул-Тар никогда не подвергался бомбардировкам и залётам эскадрилий боевых драконов, так как не обладал важным стратегическим положением с военной точки зрения, но зато город пострадал в уличных столкновениях с гоблинами и нашествием зомби. Треть всех зданий в пустоши обвалились частично или полностью, многие улицы были завалены мусором и перегорожены обломками, поэтому быстро пройти по ним было невозможно. Они бежали к диким полям по главной улице, прямо на ходу Катя закрывала глаза и определяла направление. Пётр ещё никогда не гулял по пустошам в такой
