я не могу использовать в ритуалах и другие кристаллы, если их свойства будут мне необходимы. – Вив пристально посмотрела на меня и, очевидно, догадалась, что я запуталась. Вздохнув, она терпеливо продолжила объяснять: – Смотри, мой «постоянный» камень – аметист. Он усиливает интуицию, повышает природную привлекательность и одновременно дарит мне защиту. Я слишком ранимая, и камень защищает меня. Это постоянные свойства. Так происходит всегда, пока я ношу его. А еще он усиливает мой дар. Но бывают ситуации, когда мне, например, нужно очистить рану от яда змеи. Тогда я беру сердолик или янтарь, понимаешь?
– Да, вот теперь поняла, – кивнула я. От новой информации пухла голова. Рассказ Райденна, разговор с Вивиан… А ведь еще нужно расспросить Кева!
– Устала? – сочувственно спросила Вив. – Ты останавливай меня, если что, – о камнях я могу говорить часами.
– Есть немного, но я хотела спросить еще кое о чем… Только не смейся.
– Ох, звучит многообещающе. Гарантировать не могу, но постараюсь.
– А у вас нет мужчин?
Вивиан все-таки засмеялась. Заливисто, громко, откинув голову назад. Она не прикрывала рот рукой и не хихикала стыдливо. Ее смех был такой же, как она сама, – свободный.
Все еще улыбаясь, Вивиан спросила:
– Ты так подумала, глядя на меня? Что я мужчин раньше не видела?
– Нет, Вив. Просто ваш народ называется ведьмами, и раньше ты никогда не говорила о мужчинах. А вчера упомянула, что у тебя две сестры.
– Мужчины есть. Они зовутся колдунами или ведьмаками. Но в Аратте лучше говорить «колдуны», а то они обижаются, считают слово «ведьмаки» уничижительным. Ущемление прав вообще для них больная тема.
– Почему? – удивилась я.
– Понимаешь, женщины дают начало новой жизни, а потому Богиня обычно наделяет нас даром, который превосходит уровень силы мужчин. После рождения детей силы ведьмы уменьшаются, но все равно превышают дар колдунов. Поэтому обычно наши Верховные – женщины, у которых нет детей, хотя случаются и исключения. В истории есть несколько примеров, когда Верховным и представителем ведьм в Совете были мужчины. Но обо всем этом очень долго рассказывать. Может, отдохнем немного? – Вивиан с тоской в глазах покосилась на бассейн. Ей явно надоело выступать в роли наставника и хотелось поплавать.
– Ой, я только последний вопрос задам, хорошо?
– Какая ты любопытная! Наставники будут тебе рады. Хотя они были бы тебе рады, даже если бы ты и двух слов связать не могла, – ухмыльнулась Вив.
– Ты сказала, что ковены собираются вместе на праздники. Можешь немного рассказать о них?
– Ой, Кася. Поверь мне, если я начну тебе рассказывать о каждом, нам с тобой дня не хватит. Есть восемь шабашей, среди них выделяют большие и малые. С каждым связана своя история. Свои традиции и легенды. Они все имеют особое значение. Правда, это сложная тема. Если хочешь, я расскажу тебе о том, который будет уже довольно скоро.
– Конечно! – Мои глаза загорелись. Я вдруг почувствовала себя ребенком, который с детства мечтал о магии, и сейчас его мечты сбудутся. Готовиться к шабашу с настоящей ведьмой – это ли не удивительное приключение?
– Всего существует восемь праздников: Йоль, Имболк, Остара, Белтейн, Лита, Ламмас, Мабон и Самайн. У каждого из них своя особая роль в календарном цикле, каждый связан с важным этапом в жизни природы. Ведьмы лишь живут с ней в гармонии, отдавая должное почтение магическому календарю и следуя зову природы. Так, Йоль знаменует рождение, Имболк – взросление, Остара – влюбленность, Белтейн – брак, Лита – зрелость, Ламмас – плодородие, Мабон – старость, а Самайн, который мы и будем праздновать, – смерть. Это круг года, колесо жизни, если желаешь… Природа циклична, сезоны сменяют друг друга, совсем как поколения людей. Мы все разные и между тем одинаковые… Ежегодное празднование этих дат, соблюдение всех ритуалов обеспечит ведьме баланс и внутреннюю гармонию. – Вивиан замолчала и убрала выбившуюся из прически прядь волос. Для этого ей пришлось снять черную шляпу и поправить очки. Кстати, тоже черные. Внезапно выбор одежды ведьмы – сегодня на ней были черные широкие шорты и черный же кроп-топ с бахромой – показался мне символичным.
– Но как можно праздновать смерть? – Я ужаснулась.
– У нас другое отношение к смерти, Вивиан. Я вчера пыталась тебе объяснить. Мы знаем, что рано или поздно Богиня заберет нас всех, но мы не страшимся смерти, а воспринимаем ее как оборотную сторону жизни. Не будь мы уверены в завершении нашего пути, разве была бы так ценна и так прекрасна жизнь? – Вивиан сняла очки и направила на меня взгляд своих фиалковых глаз.
В ее словах был резон, но мне по-прежнему не слишком-то хотелось праздновать тот факт, что мы однажды умрем. О чем я и сообщила Вивиан.
– Ты смешная, Кася. Самайн совсем не об этом. Он о том, что все мы смертны и должны быть готовы к тому, что жизнь однажды закончится. Но затем мы возродимся вновь.
– Ты о реинкарнации?
– О чем? – изогнула бровь Вивиан.
– Ну, о перерождении. Вы верите, что у вас несколько жизней и однажды вы возродитесь в образе животного, или дерева, или, например, птицы?
– Мы верим, что частицы нашей души станут частью Эреша, дуновением ветра, сиянием звезд, далеким уханьем совы или нежным шелестом осенней листвы. Нас ждет гармония. Конечно, если она была при жизни. И после смерти уже моя душа будет напоминать новому поколению ведьм о беспрерывном течении жизни…
Повисла небольшая пауза, а потом Вивиан вдруг предложила:
– Пока ты не задала очередной вопрос, давай лучше проведем один из ритуалов, который мы обычно совершаем на Самайн. Но, думаю, сейчас для него самое подходящее время.
Следующие полчаса мы занимались тем, что вырезали сердцевины у яблок и помещали туда записки с обидами, чтобы «похоронить» фрукты на заднем дворе.
– Обида – она в итоге как тухлая картошка, – заявила ведьмочка.
– Это как? – не поняла я.
– Если долго носить картошку за пазухой, она протухнет. Ты будешь ходить и чувствовать ее запах. Окружающие тоже будут его ощущать, но только пока ты находишься рядом. Да и уйти от тебя они будут стараться как можно скорее. Кому приятно стоять рядом с вонючкой? То же самое и с обидой. Она разрушает нас изнутри, делает неприятными для себя и окружающих. Если мы не ощущаем запаха, то это еще не значит, что его нет.
Я решила поучаствовать в ритуале и похоронить обиду на Кевина и родных. Удивительно, но мне и правда стало легче.
– Легче? – будто прочла мои мысли Вивиан и, не дождавшись ответа, добавила: – Прощая других, мы прежде всего помогаем себе. В этом
