далеко разносились в воде. Керос услышал, что кто-то плывёт за ним, преследуя, но выдохнул с облегчением, когда Второй Священник Наран промелькнула в водах высоко над ними, вытянув вперёд светящийся трезубец. Она казалась напряжённой и готовой к сражению, но затем услышала своих детей и подплыла навстречу.
- Хвала Персане, ты жива, мама, - с облегчением воскликнул Керос, подплыв к ней. Но когда она повернулась, он увидел взгляд, которого раньше никогда не видел – взгляд, полный отчаяния.
- Керос, слушай меня внимательно и не спорь, - Наран откинула копну сапфировых волос назад, взглянув на Сокровищницу. – Архонт Аксар Ксирль и его моркоты вторглись в Абидос. Хотя их первый удар пришёлся на башню, твой отец правильно предположил, что им нужен Арсенал Ксинакта.
Во время разговора она расстегнула странный пояс на талии и вручила Керосу таинственный предмет. Яркий золотой обруч сиял наверху длинных, плоских, обитых кожей ножен, которые крепились золотыми петлями к поясу.
- Моркоты завладели несколькими артефактами, когда-то принадлежавшими Ксинакту, и нам нужно не допустить того, что они оставили их себе навсегда. Возьми вот это – и свою сестру – и выбирайтесь отсюда. Направляйтесь к освещённой солнцем воде и найдите вашего брата. И пока не услышите обратное, считайте, что здесь небезопасно.
Чаран обняла мать с отчаянностью ребёнка, нуждающегося в защите, а Наран обхватила её с не меньшей силой. Затем Жрица освободилась из объятий и вручила дочь Керосу, услышав крики погибающих тритонов позади неё, в Великой Сокровищнице, вскрытой и доступной внешним течениям. Сложив руки чашечкой, Наран подхватила Чаран за подбородок и поцеловала в лоб.
Сжав предплечье сына, показав тем самым уважение и принятие его как взрослого тритона, Наран сосредоточенно кивнула и произнесла:
- Ступай, мой сын, оберегай и себя, и меч от лап наших врагов. Да приведёт тебя милость Персаны к спокойным водам, - с поблескивающими глазами она поцеловала в лоб и его, затем резко отвернулась: - Мы увидимся снова, когда будет возможность.
Повернувшись, она уплыла наверх, на перехват воина-моркота, спускавшегося к ним. И хотя он страстно желал помочь, Керосу нужно было доставить Чаран в безопасное место.
Плывя так быстро, как он только мог, молодой тритон пробирался зигзагами по туннелям Башни Нумоса, не обращая внимания на крики сестры. Девочка отчаянно хотела увидеть маму, поняв, что та не последовала за ними. Крепко сжимая её одной рукой, Керос вплыл в коридор, соединявший башню с конюшнями. Если только получится до них добраться, они смогут быстро спастись и уберечь этот «меч» – или что там это было – от опасных обитателей Оллета.
После очередного поворота надежды Кероса разбились в прах, когда чёрная тень загородила дорогу далеко впереди. Щупальца трепыхались под ней, а серебристо-чёрная шкура блестела в магическом сиреневом свете жезла в её лапах.
- Отдать это Дуупаксу ты должен, позволит жить Дуупакс тебе. Противиться Дуупаксу не можешь, молодой тритон, - моркот щёлкнул клювом и безжалостно рассмеялся в лицо своей жертве.
Керос понял, что улыбается, а вся его злость, страх и смятение улеглись. Через свою рукоять меч передавал слепящую энергию, натолкнувшую его на план. Почти неосознанно он начал двигаться в длинном коридоре вдвое быстрее вместо того, чтобы замедлиться и остановиться. Он вытянул светящийся клинок вперёд, держа у самого верха ножен, но не касаясь металлической гарды. Прежде чем Дуупакс успел закончить заклинание, которое он готовил для беглецов, Керос преодолел разделявшее их расстояние и всем весом навалился на врага, ткнув рукоятью. Тритон был готов к удару, и легко мог удержать Чаран, но оказался не готов к тому, что произошло следом.
Намереваясь сбить моркота и прорваться мимо, Керос вскрикнул, когда рукоять клинка ослепительно ярко засветилась, и запах горелой плоти наполнил воду вокруг головы Дуупакса. Тот издал пронзительно-режущий визг, заглушивший крик самого Кероса и бульканье воды около точки соприкосновения. Изогнувшаяся рукоять с навершием выжигала лицо моркота, огибая правый глаз и часть щеки. Свет лился прямо в сиреневые буркала Дуупакса, причиняя ещё больше боли.
Керос опустил руку, чтобы свет не мешал, но не замедлился и не ослабил хватку. Дуупакс, которого отнесло уже на несколько метров от места столкновения, свалился с оружия и плюхнулся на землю, хватаясь за лицо. Сын жреца на секунду задумался, не вернуться ли и не удостовериться, что моркот больше не причинит им вреда, но конюшни и безопасность были слишком близко.
«Ты не можешь воевать, пока не уберёшь Чаран из-под удара, дурак! - отчитывал он себя. - Спрячь её и эту штуку подальше от уродов, и тогда сможешь доказать, что достаточно взрослый, чтобы вернуться к сражению».
Заплыв в конюшни, Керос наконец остановился у ближайшего стойла с горящими от перенапряжения ногами. Это место принадлежало Волнозвёзду, морскому коню его отца, заржавшему и попятившемуся от неожиданного вторжения молодого тритона с сестрой. Керос подплыл к горделивому животному, выставив руки ладонями вперёд, чтобы успокоить зверя, и сказал:
- Волнозвёзд, я вынужден просить об одолжении. На нас напали мор…
Морской конь бесцеремонно хлестнул могучим хвостом по земле, и остальные обитатели конюшен, во всем следовавшие лидеру, вторили ему – знак того, что они желали присоединиться к защите родного города.
- Нет! – загремел Керос, а сестра и конь даже слегка опешили от силы его голоса. Взяв себя в руки, тритон посадил Чаран на спину скакуну, игнорируя немалое сопротивление с её стороны, потом привязал её верёвкой из водорослей.
- Мать хочет, чтобы мы убрались подальше отсюда вместе с этим, - он показал Волнозвёзду золотое оружие на поясе, прежде чем закрепить ремень на шее животного. – Чтобы треклятые моркоты не смогли использовать это против нас или другого высоководного народа. Найди нашего брата Налоса, старшего сына Мораса. Он где-то выше, и там сейчас единственное безопасное место для нас. Сможешь доставить нас туда? Сможешь уберечь Чаран, пока отец не придёт за нами?
Гиппокампус склонил голову набок, будто переваривая сказанное тритоном, затем, пощекотав головными плавниками свою маленькую наездницу, мотнул головой и потрусил к выходу из конюшен.
Всхрапнув и тихо заржав, Волнозвёзд подозвал ещё двух морских коней на помощь в защите Чаран, в то время как третий – собственный конь и компаньон Кероса, Прилив – подошёл к молодому тритону. Керос снял со стены небольшой трезубец и сеть, которую обмотал вокруг плеча. Конечно, ему хотелось, чтобы на нём были его жилет или пояс, но, увы, сейчас он мог взять только то, что
