— Если есть надежда найти там союзников, мы готовы, — твердо сказал Корум.
— Тогда я открою вам проход в Стене Между Царствами, — тихо произнес лорд Аркин.
Он повернулся и прошел в глубь храма, где лежала сплошная непроницаемая тень.
— Приготовьтесь, — сказал он оттуда. Самого его уже видно не было — он полностью растворился в этой тени.
Корум внезапно почувствовал, как; в голове у него возник какой-то странный звук. Или, скорее, тишина, которая, однако, перекрывала все доносившиеся до него звуки. Он посмотрел на остальных — с ними, по всей видимости, происходило то же самое. Потом перед глазами у него все замелькало, а затем впереди возник некий расплывчатый силуэт, от которого исходило яркое сияние, поглотившее все вокруг, — и стены храма, и его спутников. И все вокруг задрожало, завибрировало…
Потом так же внезапно вибрация прекратилась.
Посреди храма возникло нечто крестообразное. Они подошли поближе, стараясь рассмотреть и понять, что это такое. Но с какой бы стороны они ни смотрели, возникшее нечто представлялось их взорам тем же самым — это был сверкающий серебром крестообразный просвет в окружающем его полном мраке. И сквозь него — как сквозь окно — была видна часть какого-то пейзажа…
Откуда-то из-за их спины раздался голос Аркина:
— Это проход в плоскости, где правит Ксиомбарг.
…Странные, невиданные черные птицы кружились в небе, кусочек которого был виден сквозь это «окно». Был даже слышен их отдаленный клекот.
Корум содрогнулся. Ралина невольно придвинулась поближе к нему.
Потом до них донесся голос короля Ональда:
— Я не стану хуже думать о вас, если вы туда не пойдете…
— Надо идти, — произнес Корум, словно во сне. — Мы должны идти!
Тут Джери с небрежной беспечностью шагнул вперед — и вот он уже стоит по ту сторону, рассматривая мелькающих в небе малоприятных птиц и поглаживая своего кота.
— А как мы вернемся? — спросил Корум.
— Если ваша миссия увенчается успехом, вам помогут вернуться, — отвечал Аркин. — Поспешите! Мне стоит огромных усилий держать этот проход открытым…
Взяв Ралину за руку, Корум шагнул в проход. И сразу остановился, озираясь вокруг.
Крестообразный серебристый силуэт уже терял свои очертания. Вот еще раз мелькнуло озабоченное лицо короля Ональда, и все исчезло…
— Итак, мы в царстве королевы Ксиомбарг, — фыркнув, произнес Джери. — Как-то здесь неуютно…
Со всех сторон их окружали черные скалы. Небо было холодным и недобрым. А впереди о скалистый берег разбивались волны мрачного, неприветливого моря…
Часть вторая,
В КОТОРОЙ ПРИНЦ КОРУМ И ЕГО СПУТНИКИ НАВЛЕКАЮТ НА СЕБЯ ЕЩЕ БОЛЬШУЮ НЕНАВИСТЬ СИЛ ХАОСА И НА СЕБЕ ИСПЫТЫВАЮТ НОВЫЙ, ЕЩЕ НЕВЕДОМЫЙ ИМ ВИД КОЛДОВСТВА
ГЛАВА ПЕРВАЯ
ОЗЕРО ТЫСЯЧИ ГОЛОСОВ
— Куда теперь? — спросил Джери, озираясь по сторонам. — К морю или к горам? И то и другое выглядит не очень-то привлекательно…
Корум глубоко вздохнул. Мрачный ландшафт, расстилавшийся вокруг, еще более ухудшил его настроение. Ралина сочувственно погладила его по плечу.
Глядя на Корума, она ответила Джери, который уже прилаживал на спину свой неизменный дорожный мешок:
— Раз у нас нет лодки, видимо, надо идти к горам, в глубь страны.
— Но лошадей у нас тоже нет, — резонно напомнил ей Джери. — А пешком мы далеко не уйдем. Кроме того, кто может сказать, можно ли перебраться через эти горы?
Корум благодарно улыбнулся Ралине. Он уже поборол минутную слабость и теперь стоял, выпрямившись и расправив плечи.
— Раз мы приняли решение проникнуть в это царство, надо решить, какое направление избрать.
Держа руку на эфесе меча, он пристально смотрел в сторону гор.
— Я видел кое-что из того, на что способен Хаос. Например, по дороге ко дворцу Ариоха. Однако мне кажется, в этом царстве власть Хаоса сильнее, чем в нашем… Давайте направимся к горам. Там мы, может быть, встретим местных жителей, и они скажут нам, где находится этот Город-в-Пирамиде, о котором говорил лорд Аркин.
И они двинулись в путь.
Через некоторое время до них дошло, что солнце висит в небе совершенно неподвижно. Вокруг царило настороженное молчание, которое прерывали лишь крики мерзких черных птиц, гнездившихся где-то на вершинах окрестных скал. Вся местность, казалось, прямо-таки дышала опасностью и навевала неприятное ощущение грядущего несчастья. Джери попытался было насвистывать какой-то веселый мотивчик, но тут же умолк. И звук сразу замер, словно поглощенный этой бесплодной, пустынной землей.
— Я всегда считал, что Хаос, как бы отвратителен он ни был, хоть что-то все же иногда создает, — произнес Корум. — Но то, что я вижу здесь, совершенно ужасно…
— Это как раз то, что происходит с любой страной, где Хаос исторгает из себя свое очередное творение, вернее свою очередную мерзость, — ответил ему Джери. — В конечном итоге Хаос несет гораздо более глубокий застой и упадок, чем то, что он более всего ненавидит в деяниях Порядка. Поэтому Хаос и должен все время стремиться ко все новым и новым бессмысленным чудесам, к новым пустым сенсациям. Так будет продолжаться до тех пор, пока само понятие о том, что такое истинное чудо, истинное творение, окончательно не забудется, а от самих творений не останется и следа.
Когда их наконец сморила усталость, они улеглись прямо на голых камнях. А когда проснулись, то обнаружили, что в окружающем их мире изменилось только одно: черные птицы, явно осмелев, летали теперь совсем близко, прямо у них над головами.
— Чем они, интересно, тут живут? — подумала вслух Ралина. — Кругом ни растений, ни дичи… Чем они питаются?
Джери выразительно посмотрел на Корума. Тот лишь пожал плечами.
— Вставайте, — сказал он. — Пора в путь. Время, конечно, вещь относительная, но у меня такое ощущение, что, если мы не поторопимся с выполнением нашей миссии, страна Ливм-ан-Эш погибнет.
Черные птицы между тем кружили уже совсем низко. Путники могли различить их кожистые крылья и тела, их маленькие алчные глазки и длинные острые клювы.
Внезапно крылатый кот, по-прежнему сидевший на плече Джери, издал пронзительный вопль и выгнул спинку дугой. Он тоже смотрел на черных птиц.
Путники продолжали свой нелегкий путь через нагромождения скал, пока не достигли подножия гор. Отсюда дорога круто пошла вверх.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
