ни единой лестницы. Абсолютно всё здесь было рассчитано на телепортацию.
Стены опоясывали кольцевые балкончики, за которыми, словно пчелиные соты, находились отдельные комнаты. Их количество в зависимости от высоты разнилось, от почти сорока до пятидесяти, с таким расчётом, что все комнаты имели одинаковую площадь.
И только самый верхний ярус, предназначенный для офицеров, имел увеличенную площадь комнат. Но и то не сильно. Причём, как объяснила Аня, увеличенная площадь была единственным отличием.
Что характерно — дверей в комнатах не имелось, вместо двери — плотная занавеска, да и ту инферны опускают, только когда хотят уединения. Традиции! При объявлении тревоги воины должны одеться и вооружиться у себя в комнате, выйти на балкон и оттуда телепортироваться прямо на плац, на своё отдельное место.
Плац разместился на первом уровне, по центру огромной площадки. Причём, что характерно, места здесь было столько, что плац, рассчитанный на такую казалось бы огромную толпу, занимал далеко не всё свободное место. Вокруг него размещались зонированные помещения: кухня, столовая, душевые, арсенал с оборудованием для ухода за оружием и даже спортзал… с бассейном! Думаю, по поводу последнего очень многие инферны ссыкнут от счастья.
— Им нравится? — каждые несколько секунд спрашивала Анна, хотя ведь сама видела, что нравится, но хотела лишний раз услышать подтверждение.
— Нравится, — кивал я, и принцесса хлопала в ладоши.
И пока безрогая принцесса радовалась результатам своего труда, рогатая принцесса покинула меня и тоже включилась в расселение. По задумке, чем выше статус инферны, тем выше ей полагалась ячейка.
С офицерами всё понятно, им в «пентхаус», а вот с остальными четырьмя с гаком сотнями девушек предстояло повозиться.
И тут я понял задумку Наги. Ладно, признаю, она придумала действительно элегантное решение!
Она устроила настоящую лотерею!
Все комнаты были пронумерованы, номер написали на шарике, как в спортлото, и все эти номера перемешали в большой бочке. Девушки подходили, наугад вытаскивали номерок и шли искать свою комнату! Вот почему они заходили по одной!
Кстати, номера этажей и комнат были написаны на стенах как арабскими цифрами, так и инфернскими. Разные надписи вроде «столовая», «душевые» — тоже дублировались.
— Артём, — подошёл ко мне Фирсов. — Тебя Его Величество вызывает.
— Конечно.
Заходить в инфернский улей Император не стал и ждал в машине — помеси боевой машины пехоты с лимузином.
— Залезай на пару слов, — сказал он. — Переговорим быстренько, да я поеду. Не сидеть же мне здесь весь день.
— Да, Ваше Величество.
Я сел в машину, а вот водитель, наоборот, вышел и тут же профессионально потерялся.
— Давай, — сказал Император. — Сперва про Тулу. Как там Клан Теней поживает?
— Клан Теней больше не поживает, — ответил я и вкратце рассказал всё то же самое, что уже рассказывал Фирсову.
Не утаил, конечно, и о том, что ещё сотня теневиков бродит где-то по миру и замышляет мне отомстить.
— То есть ты их сюда приведёшь? — нахмурился Император. — К нам?
— Ко мне, — я имел дерзость поправить Его Величество. — Вас это никоим боком не коснётся.
— А если…
— А если коснётся, — я всем своим видом постарался показать, что в такое «если» ни капельки не верю, — то вы мне голову оторвёте, я в курсе как что работает. Но вообще-то это не я начал.
— Допустим, — Его Величество чуть помолчал. — Давай дальше. Про Аньку. Работу она свою доделала, и теперь я её наконец-то забираю домой. А то совсем со своим блогом с ума сошла, и даже на назначенное ей наказание забила… но речь сейчас не об этом.
— А о чём же?
— О том, что у Ани как-то подозрительно быстро раскачивается магический дар, — Император пристально уставился мне прямо в глаза. — Я хоть и люблю дочь, как и любой отец, но всё-таки человек вменяемый и трезвые выводы делать могу. И кажется мне, что тут что-то нечисто…
О-хо-хо…
И что мне на такое отвечать?
— Я, Чернов, живу подольше тебя, — выдал Император, после чего я с трудом сдержал смешок, — и много сильных магов повидал. Но чтобы в её возрасте такие масштабные штуки воротить, — он кивнул на казарму за окном, — это, знаешь ли, перебор. И думается мне, Чернов, что ты в этом как-то замешан…
— Конечно замешан, Ваше Величество, — кивнул я. — Но это, простите…
Тук-тук-тук! — от ответа меня спас стук в окно.
— Ваше Величество! — донёсся глухой крик за бронированным стеклом. — Ваше Величество, это срочно!
— Входи, — рявкнул Император, нажав какую-то кнопку, от чего дверь приоткрылась.
— Беда, Ваше Величество, — не слишком информативно сообщил Фирсов, пока забирался в лимузин.
— И что он уже успел сделать⁈ — кивнул Величество в мою сторону.
— Я⁈ — признаться, стало чуточку обидно.
— Ничего, Ваше Величество, — сверкнул в мою сторону глазами граф. — Он тут не причём… но его тоже касается, так что я бы рекомендовал… В общем вот, смотрите…
С тем Фирсов передал Самодержцу Российскому планшет и тыкнул на кнопку воспроизведения. Ну а там… там было крайне занятное видео. Император, переглянувшись с графом, всё же повернул экран так, чтобы и я тоже видел.
Тот же самый уродец в маске, который месяц назад взял на себя ответственность за подрыв моста, наклепал целое расследование. Естественно, вырвал из контекста нужные обрывки аудио и видео, и склеил так, чтобы доказать свою правду.
И выходило у него, что правящая династия Голицыных, притащившая в Империю толпу демонов, — морально разложилась и потому не в состоянии управлять страной. Например, кумир молодёжи принц Владимир, внезапно зависим от порнографии и секс-игрушек…
— Чего⁈ — у Его Величества упала челюсть.
В доказательство своих слов, Аноним привёл скрины с чеками. Согласно им, с карточки принца Владимира улетали баснословные суммы на так называемый «платный контент» тематических сайтов и альтернативный спортинвентарь из магазина «Биовульв».
Хм…
Тут я, наверное, Володю оправдаю. Уверен, что за растратами на сисько-писечный кинематограф стоит Нага, — очень уж она у нас любопытная барышня. Другое дело, что принц додумался доверить свою карту инферне, которая в ценообразовании не шарит от слова совсем, и с трудом понимает, что такое «рубль».
Но это всё мелочи.
Самая жесть была дальше. Грехопадение сестры принца Владимира оказалось куда более серьёзным, да и представлено куда доказательнее.
