Читаем без скачивания Зарубежный детектив - Димитр Пеев

— Довольно. От таких героев меня увольте. К тому же я тоже читал дело.

— Хорошо, — сказал майор. — Супруги Варзару, были на побережье. Врачи, никаких связей с Флореску не поддерживали. Возвратились вчера или позавчера.

— Следующий. С врачами я потолкую в другой раз.

— Архитектор Соня Панделеску. Не замужем, 38 лет. С потерпевшим была знакома. Просила его как-то украсить фасад Дома культуры. Они поссорились и с тех пор друг с другом не разговаривали.

— Когда это случилось?

— Почти два года тому назад, — ответил майор.

— Неинтересно, точней, ужасно интересно, но, увы, разве что для беллетристов или психиатров.

— Флорин Зачиу, учитель истории. Некогда работал с Флореску в одной школе. Алиби: находился в больнице на удалении аппендицита.

— Спасибо, — сказал Армашу, — надеюсь, операция прошла благополучно?

Майор зачитывал другие фамилии, но вдруг Алек насторожился.

— Инженер Траян Коман, 32 года. Работает на заводе химических изделий. Спортсмен, но, если можно так выразиться, средства его существования неспортивны.

— То есть как?

— Прилежный посетитель баров, увлекается женщинами...

— Да ну! А это запрещено разве?

— ...Не поощряется. Тем более что он промышляет чужими женами. Время от времени его любовные похождения вызывают скандалы. Однажды из-за них он был и нашим клиентом.

— Хорошо знаете его? — спросил Алек.

— Да. Чудесный инженер, на заводе его очень ценят. Вообще, знаете, милый человек.

— Забавный, должно быть. Хотел бы с ним познакомиться. Алиби?

— С трудом, но нашел. В ту ночь он был...

— ...у почтенной матроны, — перебил майора Алек, — фамилию которой не смог назвать как истинный джентльмен.

— Верно. В конце концов он вынужден был сказать нам, где находился, а его красавица подтвердила.

— И все-таки... Покажите его!

Майор вызвал подофицера, охранявшего вход, и отдал ему распоряжение. Через несколько минут подофицер возвратился в сопровождении высокого юркого молодого человека с пружинистой походкой баскетболиста. Его несколько усталое лицо говорило о веселом и легкомысленном нраве.

— Приветствую вас, товарищ майор. Инженер Траян Коман, — представился он Алеку, бросив на него беглый, подозрительный взгляд.

— Вы дружили с Флореску? — начал Алек.

— Да. Мы были хорошими друзьями и никогда не ссорились.

— Значит, вы часто виделись?

— Конечно, хотя, — Коман замялся, — в последнее время он был очень занят. Школа, живопись да еще...

— Кто еще?

— Его любимая, та симпатяшка, что часто его навещала.

— Агата Милковяну?

— Да, вы, вижу, ее знаете. С ней он встречался очень часто. Однако, несмотря на это, я заходил к ним, когда знал, что он дома. Даже поздно. Он любил ночные посещения. Иногда мы ходили в ресторан, чтоб чего-нибудь выпить.

— Он выпивал?

— Да. Но не очень... Ему больше нравились разговоры. Флореску был человеком начитанным, хорошо рассказывал о живописи, художниках...

— Вернемся, однако, к преступлению. В ту ночь вы были у одной дамы. Это подтверждается, я обязан исключить вас из числа подозреваемых.

Траян Коман с облегчением вздохнул и сказал:

— Благодарю вас.

— Благодарите не меня, а ее, подтвердившую, что вы составили ей компанию в ту ночь, хотя она и рисковала...

— Только женское благородство, — вздохнул инженер, — заставляет искать прибежища у дам молодого одинокого человека.

— Не сомневаюсь. Но вот что: вы неплохо знали Флореску, знаете вы и его соседей, возможно, друзей.

— Да, но, конечно, не всех. Андрей был общительным человеком, некоторых его гостей я не знаю.

— А среди лиц, которых вы знаете и которых знал Флореску, кто-нибудь был заинтересован в его смерти? Не спешите с ответом. Я взываю сейчас к вашей памяти, к интуиции, но в то же время жду ответ объективный.

Коман ответил не сразу. Его, видимо, разволновали слова незнакомого человека с суровыми глазами, строгим и приятным лицом, говорившего уверенно и доброжелательно.

— Нет! — воскликнул Коман. — Я убежден, ни у кого не было никаких причин его убивать. Андрей был очень хорошим парнем. Даже когда он над кем-то подшучивал, он сам успокаивал собеседника, если тот обижался. Флореску был прекрасным товарищем. У него не было врагов. Поэтому-то преступление и кажется мне еще более чудовищным и необъяснимым. Кто мог его так сильно ненавидеть, чтобы решиться убить?

— Но, может, — продолжал Армашу, — кто-либо из его знакомых имел серьезный мотив для обиды на Флореску? Вы сказали мне, что знаете их. Как бы идеальны вы ни были, невозможно, чтоб никогда, ни у кого вы не вызвали обиды. А иногда это безобидное чувство превращается в долгую ненависть. Повторяю, подумайте, прежде чем ответить.

Инженер пристально посмотрел на Алека.

— Нет! Категорически нет! — сказал Коман. — Даже самая опасная ненависть, порожденная взаимной благосклонностью двух чистых сердец, миновала его потому, что он не вглядывался в глубину женской души. А если и болтают иногда... — запнулся Коман.

— Что болтают?

— Ну, эта история с мадам Элефтерие... все эти слухи необоснованны...

— А как сами вы оцениваете эту историю?

— Ложь! Андрей рассказал мне однажды, как обстояло дело, и я все понял. Он никогда не врал.

— Но почему вы не говорили об этом? — взорвался майор.

— Потому что Андрей меня просил. Он не хотел, чтобы оказалась скомпрометирована мадам Элефтерие. Но сейчас я не могу молчать. Я не выношу клеветы на покойников.

— Оставьте его, — вмешался Алек. — Продолжайте, пожалуйста.

— Да. Ее что-то влекло к нему, но Андрей деликатно отвергал ее самоотверженность, пока она однажды не зашла к нему в комнату. Андрей пришел в ужас и строго воззвал к ее добродетели. Но ее видели входящей к нему. Пошли разговоры.

— Муж узнал? — спросил Армашу.

— Вероятно. Но думаю, он понял, что Андрей ни в чем не виноват, потому что стал относиться к нему еще любезней. Это мое мнение. Может, в душе он был огорчен. Кто знает...

— А не мог супруг Элефтерие убить Флореску?

— Не думаю. Он на подобные вещи не способен. Низенький, хилый. Бухгалтер, человек спокойный... Тени своей боится.

— Все это не непреодолимое препятствие для человека, решившего совершить преступление. Можно быть и бухгалтером, и человеком спокойным, но в исключительном положении...

Инженер пожал плечами:

— Я повторяю, это мое мнение.

Алек повернулся к нему и спросил:

— Что же, значит, можно убить кого-нибудь за так, без всяких причин? Скажем, в приступе гнева или за то, что вам не понравился галстук, повязанный им в тот день?

Коман вздрогнул и, запинаясь, ответил:

— Нет... Не думаю. Нельзя!

— Хорошо, можете идти, — сказал Армашу.

К выходу инженер побрел заплетающейся походкой. На прощание он бросил на Армашу взгляд, словно хотел его убедить в чем-то.

ГЛАВА VI

— Вы случаем не подозреваете ли его? — спросил майор.

— Не больше всех остальных, — ответил Армашу. — Пока я обязан подозревать целый мир. По крайней мере, пока.

— Уверен, вы хотите встретиться с супругами Элефтерие. Не так ли?

— Не будьте так уверены. Семья Калафетяну — оба пенсионеры. Старики спят мало. Может, они что-то знают.

— Ничего. Как Коман. И у них алиби. Спали.

Стариков пригласили. Они вошли, испытывая робость и страх.

— Сожалею, что снова вас беспокоим, — произнес майор.

Армашу тоже почувствовал себя неловко.

— Простите, — сказал он. — Не привлек ли за последнее время учитель Флореску ваше внимание чем-то странным, необычным, что выходило бы за рамки его естественного поведения?

— Мы знали друг друга мало, — отвечал старик Калафетяну. — На лестнице виделись иногда ежедневно, почти никогда не разговаривали... Не знаю, что могу вам сказать, тем более что в последнее время я встречал его реже.

— Он, бывало, и не здоровался с нами, — добавила его жена.

— Милая, не будем говорить о нем плохо, потому что ему и так сейчас хуже некуда, — сказал старик. — Временами он и правда не замечал нас. Проходил мимо какой-то задумчивый, рассеянный.

— Вы думаете, Флореску вообще был рассеян или чем-то увлечен? — спросил Алек.

Старик задумался. Чувствовалось, он не знает, что ответить. Затем заговорил, запинаясь на каждом слове:

— Вроде он кого-то выслеживал или за ним кто-то охотился... Не могу сказать, почему мне так кажется. Но кажется, вот и все. Или показалось.

Алек задумался, затем поблагодарил стариков. Они ушли, заметно обрадованные, что так быстро отделались.

— Пока ни одного факта, — заметил Алек. — Пригласите, пожалуйста, Бениамина Стурзу.

— Будьте внимательней с этим субъектом, — сказал майор. — Он промышляет грязными делишками, и думаю, рано или поздно на них попадется. Я его чуть было не заподозрил, но он в ту ночь до утра играл в карты в многочисленной компании. Все это подтвердилось. У него нет никаких определенных занятий, так, оказывает услуги. Не знаю, чем он сейчас занимается. Ловок человек, еще не погорел ни на чем, хотя кое-что нам известно. Думаю, он может пойти на все, даже на преступление.