Читаем без скачивания Путь наемника (СИ) - "N&amp

— А-атаковать? — судорожно сглотнув, уточнил тот, не отрывая широко распахнутых глаз от остро наточенного лезвия.

— И быстро! — подтвердил Мейсис, отодвинув оружие в сторону.

Миркуд тут же судорожно закивал головой, словно отяжелевшая от плодов ветка яблони на ветру, на локтях отполз назад, потом встал на четвереньки, обернулся, и, поднявшись на ноги, убежал к основным силам.

Вскоре послышались крики команд, и армия Баербалада, наконец, пришла в движение.

— Вот за это, Варден, я тебя и люблю. — хлопнул Сокола по плечу Серп. — Мало кто умеет так вести переговоры.

Ничего не ответив, Мейсис стряхнул с плеча руку лидера Псов и подошел к Нику. Встретившись с ним взглядом, капитан на секунду замер, затем кивком поблагодарил и тоже отправился в город.

— Юлланай, Унтрих, Цинтор. — позвал он на ходу. — За мной. Посмотрим, что там за кфханов маг.

Не смея перечить серьезному тону Вардена, все трое отрядных волшебников направились следом. При этом Юла улыбнулась Нику одними глазами и украдкой показала большой палец. Ее явно впечатлило, как он сумел уничтожить защитное заклинание.

Никаниэль окинул взглядом оставшиеся на земле трупы. Их карманы уже начали обшаривать выжившие, едва не подравшиеся за право обыскать графа. Над одним из тел он внезапно заметил вьющийся белесый дымок с едва заметными зеленоватыми прожилками. Подойдя поближе, принц присел на корточки и, как и все, принялся ощупывать мертвеца. Только вместе с тощим кошельком он забрал еще толику некроэнергии, заместив ею часть накопленной в магических каналах маны.

На всякий случай осмотревшись и убедившись, что никто ничего не заметил, Ник пошел следом за Мейсисом. Малем и другие сейчас отчаянно сражались на улицах Лемилша и эльф хотел помочь им. Кроме того, у него имелась еще одна мыслишка, что можно сделать в обреченном городе.

На ходу Никаниэль обернулся. С десяток убитых так и лежали на своих местах. А еще больше ждало его впереди. Куда ни глянь — взгляд натыкался на пронзенные стрелами тела наемников. Кто-то был еще жив и отчаянно царапал пропитанную кровью землю, кто-то звал на помощь, кто-то стонал, кто-то взывал к богам или наоборот безбожно матерился. У некоторых были знакомые лица. Черные Соколы определенно понесли сегодня существенные потери.

Скрепя сердце, Ник продолжал шагать, переступая через трупы и уворачиваясь от протянутых рук. Стены уже практически отбиты. Скоро женщины и лекари отряда смогут безопасно подойти и помочь раненным. А мертвым… Мертвым уже не нужна помощь. Калиод и Мерфал схлестнутся в шарантори за их души, и кто знает кого ждет более легкая участь. Может быть там даже лучше чем здесь…

Никаниэль усилием воли прогнал дурные мысли. Чужие смерти уже не трогали его как раньше, но все еще заставляли сжиматься сердце, а зубы стискиваться от бессилия что-либо изменить.

Но вот живые… Живым еще можно помочь. Где-то там сражались Малем, Ангс, Садо, Шазшаз, Тавр, Ванесса, Юла. Так много имен. И каждое из них заняло свое место в душе принца. Каждое дорого ему. Каждое горело свечой, освещая и не давая серой мгле безразличия и бесчувственности захватить разум. Даже ворчливый дварф Гвойнан, столько раз выручавший Ника на последних миссиях, был в их числе.

И Никаниэль не хотел, чтобы эти огоньки погасли. А значит нужно их беречь. И защищать. Этим и предстояло ему сейчас заняться.

Глава 58

Миновав арку ворот, Никаниэль обнаружил на земле полосу болотной топи, перекрывающую проход. Не такую большую, как создала Юла на кладбище Фарлонда, но вполне достаточную, чтобы серьезно помешать атакующим. Похоже, что тут постарался вражеский маг.

Теперь понятно почему нападение шло с таким трудом. Препятствие приходилось преодолевать по перекинутому через него штурмовому щиту, и сразу вступать в бой на противоположном берегу.

Множество обезображенных тел лежало на этом небольшом участке, в два, а то и в три слоя закрывая пропитанную кровью землю. Настоящий пирог смерти, украшенный начисто отрубленными головами и конечностями — явная работа Шазшаза.

Трупа самого варвара, как и остальных из группы Ника, видно не было и, собрав еще немного некроэнергии, принц перешел по скользкому от крови «мосту» на другую сторону.

Здесь он сразу заметил результат своей магии.

Пробив ворота, Глыба не остановилась и не развеялась, а продолжила лететь дальше. Она перемолола в фарш десятки ничего не ожидавших солдат; взламывая брусчатку, пропахала борозду размером с ров, и закончила свой путь на месте разнесенного в щепки деревянного дома. Теперь выполнивший свою миссию булыжник отдыхал, лежа среди устроенного им погрома и прикрывшись упавшей на него сверху крышей. Ужасающая мощь.

Держа Люминистилл наготове, Никаниэль шел по улицам умирающего города. Лемилш агонизировал телами своих защитников, корчился муками раненных и стенал, вторя страданиям живых. Кое-где еще раздавался звон стали, но все чаще слышались крики о помощи и мольбы о пощаде. Лемилш пал, и пришла пора победителей собирать кровавую дань — время законного грабежа.

Прямо на глазах принца двое покрытых кровью незнакомых наемников выволокли на улицу молодую девушку, практически еще ребенка, и принялись жадно сдирать с нее одежду. Она кричала и вырывалась, заходясь бессильными рыданиями, но ничего не могла поделать.

На помощь ей, хромая, выскочил седой мужчина. Из рассеченного бедра струилась кровь. В руках он держал ухват — видимо первое, что попалось под руку. Человек храбро накинулся на насильников. Храбро и безрассудно. Получив по голове плоской стороной меча, он, как подкошенный, рухнул на землю. Без сознания, а может и без жизни. Приказ «не убивать» после горячки боя выполнялся спустя рукава.

— Не-е-е-ет! — зашлась криком девушка, отчаянно протянув руку к павшему защитнику, но этим лишь повеселила наемников. Они уже спешно расшнуровывали завязки на штанах.

Никаниэль хотел было вмешаться и даже сделал шаг в их сторону, но тут заметил чуть дальше по дороге точно такую же сцену. С той лишь разницей, что развлекались там трое солдат, а жертвой выступала женщина постарше.

Похожие крики доносились и с соседних улиц.

При всем желании Ник не мог в одиночку сражаться против всех захватчиков.

Таков этот мир.

Какой там придумал девиз наставник Флина? Сильный правит, слабый лукавит? Получается что теперь сильные получали заслуженную награду, а слабым оставалось только терпеть.

Даже Юлланай говорила, что грабежей и насилия не избежать. Она была лишь уверена, что Черные Соколы не будут без нужды убивать мирных жителей. Значит на них своей волей, своей силой повлиял Мейсис. Если Никаниэль хочет изменить этот мир, ему тоже нужно стать сильнее. А пока…

Скрипнув зубами, Ник огромным усилием воли отвернулся и, устремив взгляд строго перед собой, пошел дальше.

Отовсюду, терзая слух, неслись стоны, плач, крики, перемежаемые радостным и жестоким смехом. На глаза попался один из Соколов. На виске запекшаяся корка крови. Он шел в сторону ворот, волоча за собой мешок, туго набитый награбленным. За ним, причитая, бежал пузатый мужчина, умоляя вернуть хотя бы часть.

Остановившись, наемник развернулся и угрожающе направил на того покрытый ошметками плоти клевец. Резко побледнев, мужчина рухнул на колени и, закрыв лицо руками, затрясся в рыдании. А Сокол, кивнув Нику, продолжил свой путь.

Подобные сцены происходили повсеместно. Но Никаниэль старался абстрагироваться от них, сосредоточившись на поисках своей группы.

Миновав храм, подходы к которому оказались усеяны телами горожан (похоже жрецы так и не открыли двери искавшим у них спасения жителям), принц услышал впереди звуки сражения, перемежаемые редкими взрывами.

Гвойнан?

Ускорившись, Ник свернул за угол, и первое что бросилось ему в глаза — могучая фигура Шазшаза. В левых руках тот держал свой двуручник с искривленным лезвием и подобранный где-то топор. От выпадов противников варвар прикрывался круглым щитом, а его правя-нижняя рука свисала безвольной плетью, очевидно поврежденная в предыдущих стычках.