фармакологию. Дальше она точно пригодится. - Джей посмотрел на Шершня, - от синяков за пару часов и следа не остается, Свену трещины на ребрах заживили буквально за час.
- Не так сильно я его и ударил, - Грешник поморщился, - будь это в реале, а не учебке, я бы ему горло сломал, чтобы за спину не оглядываться. Пусть не паникует и попытается дышать медленно…
- Если бы это было в реале, - альфа зло засипел, - я бы перестрелял вас нафиг…
- Ты бы не успел, - близнецы прокрутили на пальцах ножи, подкинули и поймали за спиной, - ты получил бы нож в глаз в тот момент, как папочка нам подмигнул…
- Еще раз назовете меня папочкой, - Джей грозно выставил в их сторону палец, - и я буду учить вас бальным танцам!
- Не будь с нами таким жестоким, па… - пропели близнецы и картинно заткнули друг другу рты.
- А у вас тут весело, - Шершень с интересом покрутил головой по сторонам, а потом, увидев кого-то из знакомых, кивнул головой Джею, - ладно, встретимся еще…
- А я бы с удовольствием еще помахался с идиотами, - Свен сплюнул на пол красную слюну.
- Зубы целы? - Джей дождался, пока Свен махнул головой, и, осмотрев возбужденных ребят, предложил, - может, на огневой сходим на часик, так, чтобы пар выпустить?
- Соломоново решение, - Грешник подхватил со стола автомат и закинул на плечо, - спать сейчас точно ни у кого не получится…
Близнецы подобрали с пола разбросанные ножи и вилки и, сгрузив все на два подноса, пошли относить посуду, а потом бегом догоняли группу, которая притормозила у лестницы.
*
Следующие дни выстраивались в ряд, как солдаты на плацу. Немного отличаясь друг от друга, но в общем, похожие, как близнецы. Все легко приноровились к такой жизни, выгадывая себе и свободное время, и маленькие радости. На завтрак теперь бегали по улице, так было быстрее, чем спускаться и подниматься по сравнительно узким лестницам, да и пробежка в промозглой сырости бодрила сильнее контрастного душа и крепкого кофе.
Занятия на стрельбище усложнялись, теперь они не просто бегали по пересеченной местности, а вели почти настоящие бои с другими командами в условиях города. Маленькие дома пригорода с мебелью и посудой на столах. Кружевные шторы на окнах и… резиновые пули у всех команд. Арбитрами были наблюдатели, они и координировали, кого искать. Из всей защиты были легкие шлемы с маркерами цветных полос. Каждой команде отводился противник определенного цвета, а все остальные команды, шныряющие поблизости, считались условно мирным населением, стрелять по которому запрещалось. А в случае случайного выстрела по «мирному населению» виновный получал разряд шокера через браслет. Хорошо, что этот разряд не плюсовался к «штрафным» и был постоянным по силе.
На симуляторах их не столько учили летать, сколько готовили к диверсионной работе. Грешник вместе с инструктором отмахнулся от слабых просьб научить летать на больших кораблях. Принцип ручного управления был тот же, что и на «Кузнечике», разница была в габаритах и более сложной командной панели. Но на всех кораблях этим заправляли ИСКИны. Искусственные интеллекты. Именно они прокладывали курс полета и следили за правильностью прохождения пути. Отнюдь не у всех космолетчиков был достаточный уровень подготовки, чтобы делать это вручную. Как правило, вместе с космической яхтой продавали и программу управления, которая всем по сути и управляла. Нанять настоящего капитана или штурмана могли отнюдь не все. Вот и болтались в космосе дорогие яхты с условным экипажем и скучающими хозяевами. Они становились легкими жертвами пиратов или портовых авантюристов.
Или наоборот, старые корабли, полные народу, работающего практически за еду в погоне за мечтой и перебивающегося за сущие гроши на перевозках малых грузов. И только большие круизные яхты имели полный штат людей, которые, по сути, дублировали ИСКИны на случай непредвиденных ситуаций. Вот взаимодействию с ИСКИнами и учили на симуляторах. Как у каждой программы, у них имелись свои лазейки и слабые места. И, более того, каждая программа имела собственные «ключи взлома» на случай, если система будет сбоить.
Каждый хозяин яхты настраивал ИСКИн на себя, голосом, отпечатком пальца, сетчаткой глаза, каплей крови и определением ДНК. Систем настройки и индивидуального владения было бесчисленное множество, в случае захвата корабля ИСКИн имел массу вариантов определения захвата и саботажа захватчиков. Охраны «своего человека» и нанесения урона захватчикам. Вместе с этим отправлялся сигнальный вызов на аварийной частоте о захвате судна и помощи прилетевшим на выручку военным. Поэтому суда если и захватывались, то часто разбирались на запчасти, хотя и тогда не было гарантий, что продавец и покупатель такой контрабанды не окажутся за решеткой. Сигнальные маячки порой были частью самих деталей или частей обшивки и, покупая двигатель на частной свалке, всегда был шанс как бонус получить военный патруль, который пришел по маячку украденной машины.
Поэтому при обучении портняжек диверсионной работе, основной упор шел на работу с ИСКИнами, там все упиралось не столько в хакерский взлом, сколько в определение психотипа и психоматрицы компьютерных мозгов. Работа была скорее на уровне психологии и интуиции. Верность ИСКИнов своим хозяевам была сродни верности собак, но и их можно было обмануть и запутать. Разные модели, различные вариации, подбор ключей, все это было сродни работе взломщиков. И, на удивление, командная работа людей, понимающих друг друга с полуфразы, давала великолепные результаты. Инструктора довольно потирали руки и восторженно хлопали по плечам новых любимчиков.
Поэтому учебные часы перекраивались в угоду одним и в ущерб другим занятиям. В классе «Буль-буль» они появились лишь однажды, и то в качестве скорее ознакомительной экскурсии, чем серьезных занятий. Этот класс был ориентирован на акваколонии. В Федерации было несколько планет, которые почти не имели суши, зато имели большую численность населения и большую кормовую базу. «Рыбьи пастухи», как правило, были замкнутым обществом, со своими повадками и нормами приличий. Акваколонии находились на различных глубинах и имели собственную специфику жизни и технологий. Группу как на экскурсии провели по различным помещениям, показали всевозможные вариации шлюзов и систем определения «свой-чужой», а потом тактично вытолкали из класса, оставив в голове больше вопросов, чем ответов.
Нагрузка добавлялась плавно и неуклонно, и уже не оставалось свободного времени. Занятия на стрельбище сменялись гонками на всевозможном транспорте, а обязательные занятия на симуляторах отнимали последние силы. Грешник почти забросил чтение, близнецы умудрялись засыпать во время длительных обеденных или вечерних перерывов, положив головы
