По сигналу Лео Джулиан натянул поводья, придержав лошадь, и, взглянув на друга, сказал:
— Но мне показалось, что я слышал выстрел. Разве нам не надо поторопиться?
Впрочем, Джулиан прекрасно понимал: Лео знает, что делает. Трое его спутников были куда опытнее в делах подобного рода, и граф решил, что с его стороны будет гораздо разумнее следовать их указаниям.
— Да, милорд, вы не ошиблись, — ответил Бенед таким спокойным голосом, как будто речь шла о пении птиц. — Впереди действительно идет бой.
И, спешившись, добавил:
— Сейчас вернусь.
В следующее мгновение Бенед куда-то исчез — словно сквозь землю провалился. Джулиан с удивлением пробормотал:
— Куда он отправился?
— Взглянуть, что нас ждет, — ответил Найджел. — Он и меня пытался обучить передвигаться таким же образом, но я не уверен, что когда-нибудь пойму, как это у него получается.
— У него отлично получается, — согласился Лео. — Но думаю, что кузен Оуэн в этом деле его превосходит.
— Сколько же всего у тебя двоюродных братьев? — спросил Джулиан.
— Я же говорил тебе…
— Да, знаю. Как кролики.
Джулиан вдруг вспомнил о своих подозрениях относительно Хлои, и его сердце болезненно сжалось. Там, в Колинзмуре, находилась не просто его жена, а его беременная жена. И еще там были его родные, а также его сын. Сын, которого он совсем недавно обрел. И вот сейчас он мог потерять их всех, мог потерять все, что ему дорого…
— Успокойся, Джулиан. — Найджел тронул старшего брата за плечо. — Мы спасем их всех. Думаю, они укрылись в винном погребе. Я в этом уверен. Разве ты не помнишь, как матушка говорила нам, что надо прятаться именно там, если вдруг что-то случится?
Не успел Джулиан ответить брату, как тот выхватил пистолет и, резко повернувшись, прокричал:
— Эй, кто там?!
И тотчас же из тени, подняв руки, вышли человек десять мужчин, за которыми шел Бенед. Присмотревшись, граф с облегчением вздохнул и крикнул:
— Все в порядке, Бенед! Это не они напали на дом!
— Я знаю, милорд. Просто подумал, что они смогут нам помочь. Или лучше распустить их по домам.
— Мы пришли, чтобы помочь вам, милорд, — сказал Джейк, выступив вперед. — Мы услышали выстрелы, а потом прибежал Кип, мой племянник. Он сообщил, что на дом совершено нападение. Мы решили, что могли бы помочь. У некоторых из нас есть пистолеты.
Джулиан не знал, то ли смеяться, то ли плакать. Он очень хорошо представлял себе, что такое пистолет бедняка. Скорее всего старое, давно отслужившее свой срок оружие. И тому, кто попытается выстрелить из него, крупно повезет, если пистолет не разорвет у него в руках. И все же он был тронут словами Джейка. Хотя он не оправдал доверия этих людей, они были готовы защитить его в бою.
— Думаю, мы лучше узнаем, что нам делать, когда Бенед скажет, что нас ждет, — подал голос Лео. — Тогда и составим соответствующий план.
Бенед взглянул на кузена и проговорил:
— У тебя там двадцать хорошо вооруженных людей, большинство из которых все еще остаются снаружи. Твои люди стойко сражаются, но, похоже, нападение застало их врасплох, так как некоторые повержены. И я не уверен, что они когда-нибудь снова поднимутся. Несколько нападавших уже проникли в дом. Но не слышно, чтобы они кого-нибудь там обнаружили. Иначе уже раздались бы женские крики. Дом окружен. Несколько ваших людей забрались на крышу и обстреливают атакующих, так что те могут продвигаться вперед лишь ползком. Если нам надо подойти к дому, я скажу, как сделать это наилучшим образом.
— Это просто необходимо, — сказал граф. — Кроме Найджела там все мои родственники. А также жена, которая, возможно, ждет ребенка.
— Я же говорил — как кролики, — заметил Лео.
Бенед с Найджелом ухмыльнулись, а Джулиан с удивлением подумал: «Как они могут сохранять такое спокойствие, да еще шутить и весело болтать?» Хотя в этом, вероятно, не было ничего удивительного — ведь Найджел почти десять лет служил в армии, да и Бенед казался воплощением воинского стоицизма. Что же касается Лео, то его служба в министерстве, очевидно, не ограничивалась одним лишь сбором информации.
А вот он, Джулиан, хотя и не был воином, сейчас во что бы то ни стало должен был пробраться к своей семье — и спасти их всех, спасти Хлою и Энтони. И в тот же миг он вдруг понял, что любит Хлою и что на самом деле никогда не любил Беатрис. Просто был очарован ею, вот и все. Хлою же он любил по-настоящему — теперь в этом уже не могло быть сомнений. Даже удивительно, что ему понадобилось столько времени, чтобы понять это. Что ж, теперь оставалось лишь спасти Хлою, признаться ей в своем чувстве и, возможно, добиться от нее взаимности. Взглянув на Бенеда, граф проговорил:
— Скажите, что мы должны делать.
Бенед посмотрел на Найджела, и тот взмахнул рукой, как бы давая понять, что предоставляет ему полную свободу действий. В этот миг Джулиан с удивлением подумал о том, что его младший брат повзрослел. Лет десять назад Найджел высокомерно считал, что лучше его никто ничего не знает и не умеет. А теперь он, очевидно, понимал, что любой может чего-то не знать или же в чем-то ошибаться.
Отогнав посторонние мысли, Джулиан спешился и вместе с другими выслушал план Бенеда, а после этого все действовали очень быстро и решительно. Несколько минут спустя Джулиан уже пробирался по тропинке, ведущей к дому, с пистолетом в руке. По одну сторону от него двигался Джейк, по другую — Найджел с огромным, устрашающего вида ножом.
— Пойдем вон туда, — прошептал Найджел. — Только надо дождаться сигнала от Бенеда. Заходим в парадную дверь, а потом расходимся в разные стороны. Ты помнишь внутреннее расположение дома, Джейк?
— Да, сэр. Нет нужды напоминать. Я был там.
Даже в тусклом свете луны Джулиан увидел, как вспыхнуло лицо Джейка. И он тотчас же понял, зачем его туда приглашали. Скрипнув зубами, Джулиан проговорил:
— Мне казалось, Джейк, что у тебя есть семья — жена и дети.
— Есть, милорд. Я очень люблю свою Тибби, но те, кто отвечал графине отказом, умирали. Моя Тибби знала, что я не хочу туда идти. Но она сказала: пусть уж лучше эта шлюха поиграет с моим «Джеком», чем она, Тибби, станет вдовой.
Граф тяжко вздохнул и пробормотал:
— Мне очень жаль, Джейк. Скажи своей жене, что я прошу у нее прощения. Я должен был раньше остановить эту женщину.
— Моя Тибби будет очень рада, что ваша светлость просит у нее прощения. Но сначала она, конечно, отчитает меня за то, что рассказал вам об этом.
— Я начинаю подозревать, что Беатрис приглашала к себе очень многих, — проворчал Джулиан. — Только не пойму, почему я не видел ничего этого.
