— За таким красивым лицом многое можно скрыть, — ответил Джейк. — А поверить в то, что она творила, просто невозможно. Но если вас это утешит, то добавлю: я постарался очень плохо себя проявить, так что больше она меня не приглашала.
Как ни странно, последние слова Джейка ужасно развеселили Джулиана, и он с трудом удержался от смеха. Минут через пять Бенед подал сигнал, которого они ждали, и все трое начали приближаться к парадной двери особняка.
— Похоже, ни у кого из вас нет никакого плана или же смелости, чтобы его осуществить, — заявила леди Эвелин и посмотрела на Милдред. — Моему внуку всего три года, а молодая невестка, возможно, носит под сердцем еще одного ребенка графа. Поэтому я должна идти. У меня нет выбора.
— Да, конечно, — кивнула Милдред, открывая дверь.
— Я пойду с вами, миледи, — сказала Дайлис, приближаясь к графине. — Я должна найти мальчика.
Леди Эвелин ласково улыбнулась девушке:
— Нет, милая девочка. У меня на душе будет неспокойно, если позволю тебе выйти отсюда. Слишком уж ты молоденькая. Оставайся здесь. Я приведу к тебе Энтони.
— Так мы идем или нет? — спросила Милдред.
— Да, разумеется, — ответила Эвелин.
— Но, матушка… — прошептала Хелена.
— Что такое, дорогая? Я обязательно должна пойти, иначе Эвелин сбежит одна и поплатится за это жизнью.
— Вот, мама, возьми.
Пожилые дамы в изумлении уставились на огромный сверкающий нож, который Хелена протянула матери. Потом Эвелин вдруг улыбнулась и, взяв нож, проговорила:
— Она определенно твоя дочь, Милдред.
— Ты просто умница, Хелена, — кивнула леди Милдред, бросив последний взгляд на старшую дочь. — Что ж, Эвелин, нам нужно составить хоть какой-то план, — сказала она, уже поднимаясь следом за графиней по лестнице.
— Во-первых, мы должны говорить шепотом, — ответила Эвелин. — И еще я думаю, что мы все время должны оставаться вместе. Потому что ни одна из нас не сможет в одиночку отбиться от взрослого мужчины. Кроме того… Полагаю, мне нужны новые слуги. Никто не вызвался нас сопровождать, только молоденькая няня Энтони.
— Да, эта девочка не из робких, — согласилась Милдред.
— Тихо, — прошептала Эвелин. — Сейчас пойдем на кухню.
Переступив порог кухни, они сразу же поняли, что ни Хлои, ни Энтони там нет. Собираясь уходить, Эвелин вдруг заметила огромную чугунную сковороду, которую кухарка использовала для приготовления колбасы. Улыбнувшись, она сняла ее с потолочного крюка и протянула Милдред. Та взвесила сковороду в руке и удовлетворенно кивнула. Направившись в одну из комнат, они услышали чью-то тяжелую поступь, причем шаги становились все громче. Эвелин толкнула Милдред за дверь, а сама спряталась за дальний угол огромной кухонной плиты.
Через несколько секунд в кухню вошел мужчина с саблей на боку и с пистолетом в руке. Остановившись, он осмотрел кухню с нескрываемым отвращением — словно зазнавшийся французский повар. Эвелин заметила у него за поясом еще один пистолет, а также рукоятку ножа за голенищем сапога. Не будь они с Милдред столь предусмотрительными, никогда бы не смогли справиться с таким огромным мужчиной, к тому же прекрасно вооруженным.
Эвелин жестом показала подруге, чтобы та ударила этого человека по голове сковородой. Милдред взглянула на сковородку, потом на голову мужчины — словно примеривалась. Эвелин же легонько шаркнула ногой, чтобы отвлечь незнакомца. Он повернулся к ней и с отвратительной ухмылкой сделал шаг в ее сторону. В следующее мгновение раздался грохот, и мужчина со стоном рухнул на колени, затем уткнулся лицом в каменный пол. Эвелин поморщилась и взглянула на лежавшего перед ней незнакомца; судя по всему, он потерял сознание.
— Вот это удар, миледи, — раздался вдруг детский голосок.
Леди Эвелин повернулась и увидела за плитой немытого тощего мальчишку лет семи. Шагнув к нему, она спросила:
— Ты кто такой?
— Джем, миледи. Я помощник судомойки.
— А почему ты не в винном погребе?
— Кухарка велела мне спрятаться здесь. Она сказала, что там недостаточно места для грязных мальчишек.
Графиня подошла к нему еще ближе, и он, попятившись, пробормотал:
— Только не бейте меня, миледи. У меня еще не прошли синяки от той, прежней хозяйки. Ой, миледи, у вас такой свирепый вид!
— Это правда, Эвелин. Успокойся. Ты пугаешь ребенка, — сказала Милдред. — И вообще мы должны поторопиться. Нам еще нужно найти Энтони и Хлою.
— Вы ищете маленького графа? — спросил Джем, и обе женщины кивнули. — Я видел, как недавно он направлялся в сторону большого зала. Но сначала пришла новая леди и отослала вниз двух судомоек.
— В таком случае мы идем в большой зал, — объявила Эвелин. — А тебе, — она взглянула на мальчика, — надо идти в укрытие, в винный подвал, потому что… Ох, сучье вымя!
— Эвелин, ты что?! — в ужасе воскликнула Милдред.
— О, миледи, нельзя говорить такие слова, — пробормотал Джем.
— Нравится — вот и говорю! — заявила графиня. — Я только сейчас сообразила, что не могу отправить его вниз. Не уверена, что ему откроют дверь. Понимаешь, Милдред?
— Тогда пусть идет с нами.
— А почему? — спросил Джем.
— Потому что у нас есть оружие.
— У меня тоже. — Потащив леди Эвелин за собой, мальчик вынул из-за плиты короткую толстую дубинку. — Вот видите?
— Да, впечатляет, — кивнула Эвелин и, улыбнувшись, добавила: — Благородное оружие.
— А как быть с оружием бандита? — спросила Милдред.
Эвелин не хотела прикасаться к негодяю, но решила, что было бы неразумно оставлять за спиной вооруженного человека. Ведь он мог и очнуться.
— Да, ты права, лучше его разоружить.
Взяв у поверженного противника все оружие, графиня спрятала все за огромный буфет у стены, а один из пистолетов оставила себе.
— Что ж, теперь пойдем искать Энтони и Хлою. — Она погладила мальчика по волосам. — Держись рядом со мной, понятно? И делай то, что я скажу.
— Мы идем выручать маленького графа? — спросил Джем.
— Да, верно. Ты его знаешь?
— Конечно, знаю. Он дает мне поесть, когда кухарка не видит. И он делает ужасно свирепое лицо — совсем как у вас, — когда слышит, что мне иногда перепадает за день всего лишь корка хлеба. Он очень добрый.
— Верно, добрый, — кивнула графиня. — Как только спасем его и прогоним всех злодеев, я покажу своей молодой невестке, как нужно воспитывать слуг. И начнем с этой жирной жадной свиньи — кухарки.
С этими словами Эвелин быстро зашагала по коридору. Взглянув на последовавшего за ней маленького мальчика, Милдред вздохнула и прибавила шагу, чтобы не отстать. «Ах как же это я потеряла очки?» — думала она, сокрушенно покачивая головой.
