— Я люблю тебя, Джо. Люблю так, что не могу думать ни о чем другом, — едва слышным голосом проговорила Стиви.
Надвинув шляпу на лоб, Джо протянул руку и потащил Стиви за собой из гримерной в коридор. На полпути он неожиданно остановился, разжал пальцы и повернулся к ней лицом. Стиви замерла. Ей казалось, что сейчас Джо обнимет ее, поцелует, словом, сделает хоть что-то, пусть даже оттолкнет и уйдет прочь. Но Джо лишь поправил шляпу, опустив поля почти на глаза. Время для Стиви остановилось. Не сводя с девушки взгляда, Джо подал ей руку. Сердце Стиви затрепетало, она широко раскрыла глаза и доверчиво вложила свою маленькую ладошку в его крепкую надежную ладонь. Джо увлек ее к выходу. После того, как Стиви призналась ему в любви, он так и не произнес ни слова.
На улице их ждали остальные члены группы. Увидев появившегося в дверях Джо, Дженни бросилась ему навстречу, но тут же остановилась.
— Ну-ну, — пробормотала она, окидывая Стиви внимательным взглядом, — старая знакомая, — и, намереваясь ударить побольнее, уже громче с издевкой добавила: — Теперь ясно, какие планы ты в себе вынашиваешь.
Слова ее попали в цель. Стиви дернулась.
— Дженни, — прошипел Ричи, — заткнись!
Джо только смерил ее взглядом, проходя мимо.
— Догоню вас позже, — бросил он брату, направляясь со Стиви к стоянке.
Через несколько минут машина остановилась у ярко освещенного кафе, открытого всю ночь напролет.
— Два кофе, один — без кофеина, — обратился Джо к официантке, усаживая Стиви за покрытый пластиковой скатертью столик. Женщина в кокетливом фартуке либо не узнала его, либо была слишком уставшей, чтобы расточать любезности пусть знаменитому, но слишком позднему посетителю.
Стиви осмотрелась по сторонам. Занятыми были всего несколько столиков. Вплетаясь в негромкий гул голосов, по залу плыл по-домашнему уютный запах поджаривавшегося бекона. Самая прозаическая забегаловка из всех, что можно себе представить.
— Нейтральная зона, — как бы угадав ее мысли, произнес Джо.
Может, это и к лучшему, пронеслось в голове Стиви. Во всяком случае, безжалостный свет и присутствие посетителей явятся гарантией того, что никаких сцен здесь не будет.
— Развод оформлен несколько дней назад. — Джо сделал глоток из толстостенной фаянсовой кружки. Стиви выжидала, боясь проронить хоть слово. — Вчера я пришел, чтобы сказать об этом, а еще я хотел просить тебя стать моей женой.
Стиви прикусила нижнюю губу, чувствуя, как левая щека начинает едва заметно подергиваться. Сколько она ждала этих слов, а когда они наконец прозвучали, не осталось сил произнести хоть что-то в ответ.
Над столиком повисла тишина. Не в состоянии вынести гнетущего молчания; Джо отвел глаза в сторону.
— Ну?
Стиви кашлянула, прочищая пересохшее горло. Обними он ее сейчас, все было бы куда проще. В этой скудной безликой обстановке оба вели себя так, будто говорили не о своем будущем, а обсуждали кого-то из знакомых.
— Мммм… э-э… — Стиви запнулась, но тут же продолжила: — Знаешь, Джо, я просто невезучая. — Он понимающе кивнул. — Нет, тут не только это. На самом деле все еще хуже. Разве я ничего тебе не говорила? Понимаешь, со дня своего рождения я была обузой для матери. Только в семнадцать лет я поняла, в чем дело, и ушла из дома. Потом появился Майкл, мой приятель. Единственный до тебя в моей жизни мужчина. Мне даже начало казаться, что мы вот-вот обвенчаемся, но вместо этого он… поменял меня на кого-то там еще… — Стиви сделала паузу. — А, какого черта, тебе я могу сказать правду. Майкл отдал предпочтение мальчику. — Она попыталась рассмеяться. — Так что, видишь ли, уверенности мне это не прибавило. Потом началась сплошная тоска. Даже отпуск сорвался из-за непогоды, и вместо того, чтобы оказаться во Флориде, я встретила тебя. Тогда я ведь и вправду не знала, кто ты такой, и тем более не могла знать, что ты женат, поэтому-то и легла с тобой в постель, и сейчас… ну, остальное тебе уже известно. Вот такая я удачливая. — Стиви повела глазами по залу. — Вчера я несла Бог знает что и, похоже, опять упустила свой шанс. Свое настоящее счастье. Я поняла это, Джо, потому что всего полчаса назад, когда в коридоре сказала, что люблю тебя, ты промолчал, ты ни словом не помог мне. — Под требовательным, изучающим взглядом Джо Стиви почувствовала себя совсем несчастной. Дыхание ее сделалось прерывистым. — Как я понимаю… у тебя ведь теперь нет никакого желания взять меня в жены, Джо?
— Есть.
— Есть? — Глаза ее расширились. — До сих пор? Ты уверен в том, что говоришь искренне? Не потому, что обязан? Не из жалости? Не из-за этого? — Стиви опустила взгляд вниз, на округлость живота. — Потому что если так, то ни о каком браке не может быть и речи. Я не хочу продолжать список своих поражений.
— Я действительно обязан это сделать, Стиви, так как люблю тебя. До встречи с тобой я даже не задумывался о том, женат я или нет. У меня не осталось никакой надежды встретить человека, который смог бы изменить мою жизнь. Брак давал прекрасную возможность избегать любых обязательств, вытекающих из отношений между мужчиной и женщиной. А потом я нашел тебя, и во мне поселилось чувство вины. Какой-нибудь психиатр здорово повеселился бы, если дать ему возможность покопаться во всем этом. — Джо потянулся, развел плечи. — Я расскажу тебе о Кэти, — произнес он ровным бесстрастным голосом.
Стиви хотела возразить, не желая ничего слышать о женщине, которая незримо стояла между ними с самого начала. Но, прочитав в глазах Джо мольбу, смирилась.
Он заговорил, сначала медленно, затем все быстрее и быстрее, как бы стремясь выплеснуть накопившуюся за годы боль. Вспомнил придуманную беременность, приведшую к свадьбе, вспомнил то, что ощутил, когда узнал об обмане. Стиви сидела и слушала его ровный голос, повествовавший о паранойе и дикой ревности, о жутких обвинениях, о ночной сцене на стоянке возле клуба. О трагедии на дороге. Когда Джо перешел к посещениям клиники, Стиви не выдержала и легонько коснулась его руки.
— Там Кэти находится и сейчас, — закончил свой рассказ Джо и чуть отвернулся, боясь, что лицо выдаст его чувства.
— Ужасно. Как это ужасно для вас обоих, — медленно прошептала Стиви.
— Она даже не узнает меня. Не узнает после аварии никого и ничего вот уже семь лет. Меня душила вина, и я поклялся, что никогда не оставлю Кэти. Когда мы встретились, я понял, что полюбил тебя, но к тому времени у меня не было и тени сомнения: счастье — не для меня. Я мучился сам и мучил тебя, Стиви. — Он сжал ее руку в своей. — Я чуть не сошел с ума в тот день, когда ты сказала мне о ребенке. Первая мысль была о том, что это опять ловушка. И только после твоего отъезда до меня дошло: ты не смогла бы так поступить. Это исключено. Ты даже пренебрегла моими деньгами. — Джо покачал головой. — Вот тогда я впервые понял, что могу снова стать свободным. Силы для этого у меня всегда были, только я не подозревал, насколько трудно принять такое решение.
